Хроники Фаины Раневской. Все обязательно сбудется, стоит только расхотеть! - Елизавета Орлова

— Если это надо для дела, я могу играть хуже!

Я никогда не боялась говорить то, что думаю и не лезла за словом в карман. Когда в самом начале моей артистической карьеры Сергей Эйзенштейн отказался снять меня в «Иване Грозном», я где-то в компании сказала:

— Да я лучше кожу с задницы буду продавать, чем соглашусь сниматься у Эйзенштейна!

Видимо, ему передали эти слова, и в скором времени, я получила от него телеграмму со словами:

— Как идет торговля?

Иногда режиссеры начинали предлагать несколько изменить рисунок роли, а я обижалась и уходила в свою гримерку и говорила костюмерше:

— Я, наверное, уволюсь. Режиссер считает меня дерьмовой актрисой… 

Муля, не нервируй меня!

После Пышки, несмотря на успех, я решила больше в кино не появляться — слишком это все мучительно. Тем не менее, спустя три года я приняла предложение режиссера Игоря Савченко сняться в роли попадьи в фильме «Дума про казака Голоту». К этому времени я как раз осталась без работы в театре, и кино захватило меня. В 1939 году я снялась сразу в трех кинокартинах. В фильме «Человек в футляре» режиссера Анненского я сыграла роль жены инспектора, в картине «Ошибка инженера Кочина» режиссера Мачерета — роль жены портного Гуревича — Иды. Но настоящую известность принесла комедия Татьяны Лукашевич «Подкидыш».

Отныне и навеки меня встречали и провожали другой фразой: «Муля, не нервируй меня!». Называется — придумала на свою голову. Я остро ненавидела роль, которая дала мне популярность!

«Подкидыш» снимался все на том же «Мосфильме» режиссером Татьяной Лукашевич по сценарию, написанному знаменитой актрисой театра и кино Риной Зеленой и писательницей Агнией Барто. Однажды в разговоре с Агнией Львовной я так и сказала ей:

— Я вас ненавижу. Куда бы я ни пришла, все оглядываются и говорят: «Смотри, это Муля, не нервируй меня, идет»!

Это был первый советский семейный фильм. Фильм, в котором не надо было давать стране угля, строить гидроэлектростанцию, разоблачать вражеских агентов и ставить рекорды на бескрайних полях Родины.

Пятилетнюю Наташу мама неосмотрительно оставила на старшего брата, но тот, занятый своими пионерскими делами, не заметил, что девочка ушла из квартиры. Коммуникабельная дружелюбная девочка познакомилась с детсадовскими детьми и пришла вместе с ними в детский сад, но, пока заведующая звонила в милицию, снова ушла гулять. Затем она случайно оказалась рядом с квартирой холостого геолога и пожилой дамы — зубного врача. Геолог пожелал ее удочерить, но пока он спорил с соседкой по поводу методов воспитания девочки, та снова незаметно ушла. Такой вот Колобок на новый лад: я от бабушки, то есть от брата, ушла, а от вас и подавно уйду. В конце концов, Наташа встретилась с комичной семейной парой — Лялей и Мулей. Ляля, женщина властная, но не слишком умная, тут же решила удочерить девочку. Подкаблучника Мулю она спрашивать даже и не собиралась. Все, разумеется, закончилось хорошо. Наташу вернули маме целой и невредимой, и всем было весело.

Когда я впервые прочитала сценарий, я спросила:

— Скажите правду, сценаристы роль Ляли писали под меня?

Фильм получился великолепный, вне времен, вне поколений. Фразы из «Подкидыша» стали крылатыми: «Муля, не нервируй меня!», «Дудеть надо, дудеть!», «Товарищ милиционер, что же это такое — на совершенно живых людей наезжают!», «Девочка, Наташенька, скажи, что ты больше хочешь: чтобы тебе оторвали голову или ехать на дачу?», «Это у вас подводная лошадь? — таких не бывает! — Нет, бывает: вот подвода, а вот лошадь…».

Дети повсюду бегали за мной, крича:

— Здравствуй, Муля! Муля, не нервируй меня!

Несмотря на то, что меня это жутко злило, это ничего не меняло.

Случалось, что во время съемок «Подкидыша» нам приходилось сниматься на шумной улице Горького, тут же репетировать и записывать фонограмму. Толпа нас окружала постоянно, несмотря на все усилия милиции. У меня лично было такое чувство, что я моюсь в бане, и туда пришла экскурсия сотрудников из Института гигиены труда и профзаболеваний.

А еще на съемках фильма «Подкидыш» мне пришла в голову интересная мысль о сходстве актерской и учительской профессий. В работе над этим фильмом я убедилась, что актеру в какой-то степени всегда необходимо обладать даром педагога. Вы помните сюжет? Муж и жена нашли девочку и стали ее воспитывать. Я играла роль жены, и маленькую Веронику Лебедеву, исполнявшую роль нашей юной героини, мне пришлось воспитывать в самом буквальном смысле слова. Сейчас я вспоминаю это с удовольствием. С детьми работать всегда трудно. В кино, наверное, особенно. Там своя специфика, свои подчас изнурительные условия. Актер должен всегда чувствовать партнера независимо от того, ребенок это или нет. Должен понять мир ребенка. Потому и родственны наши профессии — актера и школьного учителя.

Фраза же «Муля, не нервируй меня!» продолжала меня преследовать и годы спустя. Я даже пожаловалась однажды своей подруге Анне Ахматовой, сжав в руки кулаки:

— Это же мои мули!

А когда Леонид Ильич Брежнев вручал мне орден Ленина, то и он не смог удержаться — скорчил рожу и пропищал:

— Муля, не нервируй меня!

Я презрительно пожала плечами и сказала:

— Леонид Ильич, ко мне так обращаются только невоспитанные уличные мальчишки!

Брежнев страшно смутился и тихо ответил:

— Извините, просто я вас очень люблю.

На этом инцидент и был исчерпан. 

Похожести гримом тут не добьешься…

1943 год для воюющей страны стал годом перелома. До мая 1945 года оставалось два долгих года, но превосходству немецкой армии под Сталинградом уже был положен конец. А в Москву поспешили вернуться из эвакуации толпы актеров, истосковавшихся по настоящей работе. Они были голодны, плохо одеты, но полны энтузиазма.

Режиссеру Исидору Анненскому для своего нового фильма «Свадьба», снятого по мотивам чеховских произведений, удалось собрать блистательную труппу, в которую, помимо меня, вошли Алексей Грибов, Зоя Федорова, Эраст Гарин, Николай Коновалов, Михаил Яншин, Сергей Мартинсон, Вера Марецкая, Осип Абдулов, Николай Плотников, Сергей Блинников, Владимир Владиславский, Лев Свердлин, Михаил Пуговкин… В роли сварливой жены доктора в «Свадьбе» дебютировала Татьяна Пельтцер.

Эта история, представляя собой неиссякаемый кладезь российского остроумия, беспристрастно описывала человеческие пороки и заблуждения. Пошлейшее представление свадебных разборок в семье мещан Жигаловых, пытающихся, во что бы то ни стало, заполучить в женихи капризного чиновника Апломбова, превратилась в подлинную энциклопедию национальных характеров.