Чёрный Мурза против красного Маркса - В. Грутов

М.И. Туган-Барановский при классификации разновидностей социализма и коммунизма описанную систему справедливо относит к государственному социализму (коллективизму). Отрицательное отношение к нему основоположников марксизма нами уже приводилось. Поэтому из всего выше сказанного следует, что советское общество представляло собой государственно-социалистическую переходную к капитализму систему. То есть советский строй не приводил и не мог в силу своих исторических условий и "задач" привести к посткапиталистическому социализму. Это был докапиталистический социализм и, на наш взгляд, его вполне можно считать прогрессивным историческим явлением, ибо он способствовал тому, что менее развитое общество переходило к более высокой ступени эволюции, т.е. к уровню буржуазной формации.

Почему же так получилось, что революционное государственно-социалистическое рабоче-крестьянское движение в России приобрело прогрессивный характер (что, на первый взгляд, вроде бы противоречит воззрениям Маркса и Энгельса)? Это стало возможным в связи со вступлением мира в эпоху империализма. В свое время выдающиеся советские историки - представители "нового" научного направления предметно показали, что в периферийных странах в условиях господства монополистического капитализма ни одна общедемократическая задача не могла разрешиться без постановки тех задач, которые мы назвали государственно-социалистическими.

Таким образом, С. Кара-Мурзе надо понять, что так называемая "советская цивилизация" была не альтернативным путем к новой коммунистической формации, а альтернативой западному варианту перехода к буржуазному обществу. Субъективно для многих советский социализм стал началом коммунистической эпохи, но объективно это была буржуазная модернизация в форме антикапиталистического бунта модернизирующейся "традиции".

Обвинение четвертое: К. Маркс и Ф. Энгельс неправильно определили субъект будущей коммунистической революции. "Социальной причиной, – пишет С. Кара-Мурза, – по которой классом-могильщиком буржуазии должен стать пролетариат, была, по Марксу, эксплуатация рабочих посредством изъятия капиталистом прибавочной стоимости. Именно пролетариат поэтому был должен и имел право экспроприировать экспроприаторов" (с. 131); "Но это теоретическое обоснование неотвратимости пролетарской революции на Западе несет в себе внутреннее противоречие. Дело в том, что, согласно политэкономическим воззрениям самого Маркса, капиталисты были экспроприаторами вовсе не по отношению к пролетариям – у пролетариев они покупали их рабочую силу по ее стоимости, через эквивалентный обмен на свободном рынке труда. Жертвами капиталистической экспроприации были именно крестьяне и ремесленники, жившие и работавшие в некапиталистических хозяйственных укладах, где они вели натуральное хозяйство или мелкотоварное производство" (с. 131-132); "Если так, то как раз не на Западе и не от пролетариата следовало ожидать революции "экспроприированных масс" (с. 132).

Логика С. Кара-Мурзы упрощена до крайности: экспроприировать экспроприаторов, оказывается, могут только те, у кого собственность когда-то была экспроприирована. Но резонно задать вопрос: почему в список экспроприаторов буржуазии попали только ремесленники и крестьяне, почему на это не имеют право церковь, средневековые феодалы, индейские касики и и.д.? Вопрос второй: кто должен экспроприировать экспроприаторов – те, у кого непосредственно буржуи изъяли собственность или их дети и даже родственники? Неужели С. Кара-Мурза не понимает абсурда в своих "экспроприаторских" построениях? По К. Марксу в коммунистической всемирной революции экспроприатором должен стать только тот, кто им может быть по численности и месту в общественном производстве, а именно пролетариат, то есть класс наемных производительных рабочих, создающих прибавочную стоимость, и, к слову сказать, не всегда продающих свою рабочую силу по ее стоимости. Насколько оправдались прогнозы и надежды К. Маркса по этому поводу, это важный и дискуссионный вопрос, но выставлять в качестве главной революционной силы (в деле становления новой коммунистической формации) крестьян и ремесленников – это уж слишком!

С. Кара-Мурза, опираясь на произведения В.В. Крылова, всячески стремится умалить роль классической капиталистической эксплуатации рабочих в современном мире и акцентирует внимание на эксплуатации квазикапиталистической, возникающей в периферийных странах в ходе так называемой регрессии капитала. Суть явления состоит в том, что продукт созданный в некапиталистических и полукапиталистических секторах через различные экономические и внеэкономические механизмы присваивается крупным капиталом и поступает на мировой капиталистический рынок. Последствие такой регрессии капитала – капиталистический уклад, окруженный морем пауперизма, незанятости и бедности.

Подойдя к данному выводу, С. Кара-Мурза, к сожалению, обрывает раскрытие темы, ведь цель его достигнута: им установлен главный враг, "доказана" необходимость цивилизационной антизападной революции, определен ее ведущий субъект и, в конечном итоге, К. Маркс посрамлен.

В отличие от С. Кара-Мурзы у нас нет идеологических ограничительных в исследовании и поэтому мы можем, во-первых, привести примеры таких стран как Бразилия, Венесуэла, Индия, Мексика и др., страдающих в тисках квазикапиталистической эксплуатации, но постепенно отвоевывающих себе место в списке классических капиталистических стран, и, во-вторых, заглянуть в историю теории данного вопроса и увидеть, что у истоков нового якобы немарксистского взгляда на проблему развития периферийных стран стоял сам К. Маркс.

Именно К. Маркс выдвинул положение о том, что капитал может воспроизводить сам, "от себя", еще докапиталистические по своей внутренней структуре формы производства, а не только разрушать их при соприкосновении с ними. Данный феномен был подробно рассмотрен К. Марксом на примере плантаторской системы, от которой российское крепостничество, к слову сказать, отличалось лишь степенью несвободы и насилия по отношению к эксплуатируемым работникам. Так он пишет:

"В колониях второго типа – плантациях, которые с самого же начала рассчитаны на торговлю, на производство для мирового рынка, – существует капиталистическое производство, хотя только формально, так как рабство негров исключает свободный наемный труд, то есть самую основу капиталистического производства. Но здесь перед нами капиталисты, строящие свое хозяйство на рабском труде негров. Способ производства, вводимый ими, не возник из рабства, а прививается ему".

Причина появления такого квазикапитализма состоит в переходе от производства, рассчитанного на непосредственное удовлетворение собственных потребностей колоний, к производству с целью получения прибавочной стоимости при вовлечении в мировой рынок, на котором господствует капиталистический способ производства и который преобладающим интересом делает продажу продуктов этого производства за границу.

Обвинение пятое: К. Маркс и Ф. Энгельс предложили такой вариант преодоления капиталистического способа производства, который восстанавливает индивидуальную собственность по типу ""ваучерной приватизации" по Чубайсу" (с. 259) "Затем эти индивидуальные собственники вступают в отношения кооперации с образованием ассоциаций свободных производителей" (с. 259). Такое обвинение понадобилось С. Кара-Мурзе для того чтобы, во-первых, умалить размышления К. Маркса на эту тему и, во-вторых, доказать, что советская национализация и есть высший тип обобществления, а, следовательно, и перехода к коммунизму.

С. Кара-Мурза для того чтобы манипулировать сознанием читателей опять приводит усеченную цитату К. Маркса: "Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют.

Капиталистический способ присвоения, вытекающий из капиталистического способа производства, а, следовательно, и капиталистическая частная собственность, есть первое отрицание индивидуальной частной собственности, основанной на собственном труде. Но капиталистическое производство порождает с необходимостью естественного процесса свое собственное отрицание. Это – отрицание отрицания. Оно восстанавливает не частную собственность, а индивидуальную собственность на основе достижений капиталистической эры: на основе кооперации и общего владения землей и произведенными самим трудом средствами производства" (М., Э., т. 23, с. 773). Дальше у С. Кара-Мурзы идет отточие и затем продолжается цитата: "Там дело заключалось в экспроприации народной массы немногими узурпаторами, здесь народной массе предстоит экспроприировать немногих узурпаторов". (М., Э., т. 23, с. 773). "В тот момент это положение "Капитала", – развивает свою мысль известный марксовед-манипулятор, – наверняка вызвало недоумение. Почему надо восстанавливать "индивидуальную собственность на основе достижений капиталистической эры"? Почему не строить сразу общенародную собственность на основе общинной культуры и достижений некапиталистической индустриализации? Разве это значит "повернуть назад колесо истории"? Это настолько не вязалось со здравым смыслом и культурой русских рабочих и крестьян, что в комментариях к приведенному положению Маркса в канонической книге советской политэкономии цитата Маркса прерывается, а далее своими словами говорится: "На смену капиталистической собственности идет общественная собственность". Советскому официальному обществоведению пришлось радикально подправить Маркса, сказав вместо слов "индивидуальная собственность" слова "общественная собственность" (с. 259-260).