Рыцарь из ниоткуда. Сборник (СИ) - Бушков Александр Александрович

— Как вам сказать, Канцлер… — пожал плечами Сварог. — Я, кажется, придумал, как с большими шансами на успех провести разведку в Горроте.

К его некоторому изумлению, Канцлер никак не отреагировал — так и сидел в усталой позе, уронив руки меж колен. И лишь потом поднял голову, фыркнул:

— А вы знаете, вы меня ничуть не удивили. Я давно понял… особенно после хелльстадской свадьбы, что от вас всего можно ожидать…

— Я не шучу, — сказал Сварог.

— Я тоже, — без улыбки сказал Канцлер. — После того, как вы наведались туда на «Рагнароке» и ухитрились выбраться невредимым, от вас всего можно ожидать… Надеюсь, на этот раз будет что-то менее шумное?

— Безусловно, — сказал Сварог. — Один-единственный человек, то бишь я, ночной порой…

— Избавьте меня от подробностей, — сухо бросил Канцлер. — Я только надеюсь, что вы постараетесь вернуться живым.

— Да, мне бы тоже чертовски этого хотелось… — сказал Сварог. — И есть неплохие шансы.

Глава VI

Ночной полет

Сварог и не подозревал, что в иных случаях волшебство — чертовски нудное занятие.

Алая мантия хелльстадского короля, конечно, была великолепными крыльями — бесшумными, быстрыми, позволявшими совершать в воздухе головоломные маневры. Однако в скорости она заметно уступала реактивному истребителю и могла выжать не более сотни лиг в час. По Хелльстаду — точнее, над Хелльстадом — Сварог на ней летал из чистого развлечения, на небольшие расстояния. Меж тем загадочное «Горное гнездо» о котором говорила Литта, располагалось примерно лигах в трехстах от гланской границы. Так что в его выходе на разведку не было ни капли романтики, которую иные склонны приписывать магии — он летел, летел, летел, и это было так же скучно, как тащиться пешком через какой-нибудь немаленький город. Летел себе стоя, и летел. Сдохнуть можно от скуки. Хорошо еще, что в силу тех же волшебных свойств мантии он совершенно не ощущал бьющего в лицо ветра, которого следовало бы ожидать на такой скорости. Спасибо и на том.

Под ним, уардах в трехстах, проплывали уже надоевшие расселины, горные пики, крутые склоны. Несколько раз он видел внизу тусклые огоньки горных деревушек, но уверен был, что никто его с земли не заметил, что его вообще не обнаружили здешние умельцы. Вздумай они его захватить, вряд ли стали бы ждать, пока он пролетит лиг двести вглубь горротской территории, над хребтом Каррер. Да и охрана молчала, не поднимая тревоги. Он и сейчас никоим образом не собирался мушкетерствовать: впереди него, вереницей, шел десяток Золотых Шмелей, на расстоянии в две сотни уардов друг от друга, так что любая угроза была бы обнаружена заранее. А полдюжины Золотых Филинов, сомкнутым строем прикрывавших ему спину, в случае появления чего-то непредвиденного обеспечили бы отход. Не было никакого мушкетерства. Была серьезная операция, разработанная по всем правилам. Вот только с оружием плоховато: никакие бластеры ларов здесь не действуют, а земные пистолеты в этих условиях смотрелись бы слишком убого. Доран-ан-Тег, висевший на боку на удобной перевязи, да кинжал на поясе — вот и все оружие… Оставалось одно — думать. А мысли были невеселые: выходило, что при той самой крайней необходимости он не сможет использовать ни против токеретов, ни против Горрота свою могучую Золотую Орду. После событий у Батшевы нет никаких сомнений, что где-то, то ли в пещере, то ли в местах, над которыми он пролетал, есть как минимум один завод по производству отравляющих газов. А если еще и лаборатории по разработке и производству бактериологического оружия… Один случайный лучевой удар по такому вот заведению, разрушивший бы хранилища, — и мало никому не покажется. Нет даже аппаратуры, способной определить присутствие этой дряни, — хотя профессор Марлок по самую задницу зарылся в старинные архивы, иные даже не компьютерные, а бумажные. Он, конечно, храбрился, он обещал золотые горы — но Сварог как-никак был профессиональным военным и хорошо представлял, что это такое: создать на пустом месте нормальную санитарно-эпидемиологическую службу. В особенности, когда неизвестно, какие газы или вирусы будут применены. Нереально в считанные дни создать от них защиту и противоядие. Просто нереально. Интересно, понимает ли это Канцлер? Задавать ему такие вопросы у Сварога, откровенно говоря, не хватило духу — Канцлер и так на нервах… впрочем, как и он сам. Хорошо Янке — она по недостатку знаний не способна в полной мере осознать опасность…

Ему уже не в первый раз приходило в голову, что все они действуют к а как-то не так. Что нужно избрать совершенно другую тактику… Вот только какую? Что-то вертелось в голове, но упрямо не давалось в руки. Где-то здесь была зацепка. Но вот…

Внимание! Под серебряной митрой, словно бы у него в голове зазвенел тоненький металлический голосок, и Сварог остановился в воздухе, повис над двойной скалой с острыми вершинами. Передовой Золотой Шмель сообщал, что в лиге впереди себя обнаружил поток излучения — неизвестного, непрерывного, стоящего словно бы завесой над ночными горами. Сварог мгновенно дал ему команду остановиться, замереть, а остальным, достигнув передового, ни в коем случае не выдвигаться дальше, там же и висеть. Глянул на запястье, на нехитрый прибор, совмещавший компас и, если можно так выразиться, счетчик пройденного пути. Что, вот оно? Литта не называла никаких расстояний, потому что не могла их знать, твердила одно: «На восход от столицы, милях в двухстах от Акобара». Выдвинул крохотный экранчик навигатора. Вообще-то по косвенным приметам примерно подходит…

Он сбросил скорость и двигался теперь не быстрее идущего скорым шагом человека. Вертел головой, но ничего интересного или опасного вокруг не видел — голые отроги гор, темные полосы лесов у подножий, пронзительная ночная тишина… Показалось ему, или далеко впереди и в самом деле встает над горами тусклое гнилушечье свечение?

Разумеется, он с самого начала летел с «ночным зрением», чтобы видеть все, как днем — мало ли что интересное могло на земле подвернуться помимо намеченной цели. И сейчас для проверки ночное зрение отключил. Какое-то время висел, крепко зажмурясь, чтобы глаза привыкли к такой перемене. Потом посмотрел.

Теперь он видел все, как самый обыкновенный человек, «взглядом филина» не владеющий. Семела на небосклоне не имелось, одни звезды, так что темнота стояла вокруг не кромешная, но довольно густая.

Все правильно. Там, впереди, явственно виднелась полоса тусклого зеленоватого сияния, видимая теперь, когда он смотрел обычным зрением, даже чуточку поярче. На ее фоне четко просматривались вершины парочки гор. Размеры определить было невозможно. Шмели бы тоже не смогли с такого расстояния, не подлетевши поближе, но осталось впечатление, что полоса не особенно высокая. Ровный, неподвижный свет без всяких переливов, колыханий, за все время, что Сварог его наблюдал, он не стал ни тусклее, ни ярче.

Вот так они и висели в воздухе бравой эскадрильей: аккуратная шеренга Золотых Шмелей, где-то в уарде от них Сварог, а сзади, чуть повыше его головы — Золотые Филины. Шло время, и ничего не происходило, хотя они находились не далее чем в лиге от объекта. Это, конечно же, был объект. Во-первых, координаты примерно совпадают, во-вторых, Сварог что-то не слыхивал о подобных природных явлениях.

Пора было на что-то решаться. Если послать на разведку Шмеля, и его засекут, и против него что-нибудь предпримут — получится скверновато. Если пробираться туда самому Сварогу и случится то же самое — тоже ничего хорошего. Но есть некоторые отличия. Сварог как-никак — не безмозглый механизм с ограниченной программой. И потом, при обоих вариантах, как ни крути, отступать придется с боем, так что, в общем, никакой разницы…

Он принял решение. И, приказав своему летучему воинству оставаться на месте, осторожно двинулся вперед, со скоростью пешехода, но не по прямой, а поднимаясь выше и выше, к редким облакам. Теперь мог рассмотреть, что тусклое зеленоватое свечение представляет собой не горизонтальную полосу наподобие забора, а плавно изгибается дугой… полукругом… идеально правильным кругом…