Путь тени - Брент Уикс

— Об этом мне Блинт не рассказывал, — проговорил Кайлар.

— Очень зря. Мы — самые опасные на свете вюрдмайстеры.

— Дориан, скорее передай ему слова. И давай…

— Фир! — воскликнул Дориан. — Пожалуйста, помолчи. Я знаю, что делаю.

Великан притих, окидывая Кайлара недобрым взглядом.

— Кайлар, — произнес Дориан. — Считай, что ты просишь пьяницу, завязавшего с выпивкой, влить в себя всего лишь стаканчик вина. Из-за тебя мне придется мучиться несколько недель подряд. А Фиру предстоит все это время следить за мной — я могу в любую минуту сойти с ума. Впрочем, ты этого заслуживаешь.

Фир поджал губы, однако не произнес ни слова.

Дориан вытянул руки, и по ним пробежала дрожащая волна. Кайлар уставился на них с неподдельным любопытством. Вены колдуна вдруг напружились, будто стремясь вырваться на поверхность, и разом выступили. Кожа почернела, словно на нее вдруг нанесли миллион татуировок. Один слой изображений лежал поверх другого, знаки переплетались с нижними и верхними; более темные выделялись на фоне более светлых. Картина восхищала и ужасала. Вир подрагивал от невиданной мощи и существовал как будто не только на руках Дориана, но и отдельно от них. Казалось, татуировки мечтают оторваться от кожи. Темнота вира распространилась по всему залу, поглощая свет. Кайлар был уверен, что все происходит в действительности, что ему это не мерещится.

Зрачки Дориана расширились до такой степени, что стало почти не видно голубой радужки. Лицо осветилось безумной радостью и помолодело лет на десять. Вир увеличился настолько, что стал потрескивать.

Фир схватил Дориана, как тряпичную куклу, и затряс изо всех сил. Кайлар позабавился бы, если бы его не сковывал жуткий страх. Фир тряс друга до тех пор, пока мрак не рассеялся, потом усадил его на стул.

Дориан издал стон, внезапно постарел и заметно ослаб.

— Рад, что теперь ты не сомневаешься, Окутанный тенью, — произнес он, не поднимая головы.

Кайлар не сомневался, но не желал в этом признаваться.

— Может, вы всего-навсего создали иллюзию?

— Иллюзии не поглощают свет. Иллюзии… — проговорил Фир.

— Он просто упрямится, — перебил его Дориан. — Он верит. — Колдун посмотрел на Кайлара, тотчас отвел взгляд в сторону и опять застонал. — М-м… На тебя даже глядеть невозможно. Картинки о твоем будущем… — Он крепко зажмурился.

— Чего вам от меня нужно? — спросил Кайлар.

— Я умею предсказывать судьбу, Безымянный, но я всего лишь человек, поэтому могу ошибаться. О боги! Как было бы хорошо, если бы я ошибался! Согласно моим видениям, если ты завтра не убьешь Дарзо Блинта, Сенарию захватят халидорцы. Если ты не прикончишь его и на следующий день после этого, тогда погибнут все, кого ты любишь. Глава вашего Са'каге, шинга, твои друзья — старые и новые — все. Если же ты единожды совершишь то, что должен, будешь год мучиться чувством вины. Если сделаешь это повторно, сам лишишься жизни.

— Ах вот в чем дело! Вы разыграли весь этот спектакль только для того, чтобы я предал мастера Блинта? По-вашему, я такой наивный? — спросил Кайлар. — Сколько же вам пришлось заплатить за сведения обо мне? Наверняка целое состояние.

Дориан приподнял ослабевшую руку.

— Я не прошу тебя сейчас же во все поверить. Это, конечно, слишком. Ты наверняка решил, что мы халидорцы и задумали убрать с дороги Блинта, чтобы он нам не мешал? Ты ошибаешься. В доказательство этого я попрошу тебя первым делом убить моего брата. Нельзя допускать, чтобы ему в руки попал ка'кари.

Кайлару показалось, что в него всадили нож.

— Что-что?

— Фир, — произнес Дориан. — Передай ему главные слова.

— Спроси Мамочку К., — сказал Фир.

Кайлар покачал головой.

— Подождите-ка! Что? Спросить ее о чем? О ка'кари?

— Спроси Мамочку К., — повторил Фир.

— А ваш брат? Кто он?

— Если я тебе скажу, ты проиграешь в схватке с ним. — Дориан до сих пор не смотрел на Кайлара. — Будь неладна вся эта колдовская мощь. Какой в ней прок, если я ничего не могу объяснить тебе так, чтобы ты понял? Если представить, что время — река, Кайлар, тогда большинство людей живут под водой. Лишь некоторые выныривают и угадывают, что произойдет в будущем, или понимают прошлое. Я не такой, как все. Если я не стараюсь сосредоточиться, то выпадаю из временного потока. Мое сознание будто плывет над рекой. Я вижу тысячи и тысячи разных возможностей. Спроси меня, куда упадет лист, и я затруднюсь ответить. Вероятностей чересчур много. А шум вокруг меня стоит такой, что, кажется, я гоняюсь за каплей воды, которая падает из тучи в озеро, плывет к водопаду и несется дальше по течению. Если же я к кому-нибудь прикасаюсь или затягиваю песню, то могу сосредоточиться. Но не всегда. — Казалось, Дориан смотрит сквозь стену и заблудился в собственных мыслях. — Порой, когда я выхожу за пределы реки, я начинаю различать узор. И вода перестает быть водой; она превращается в материю, сотканную из множества решений — незначительных, принимаемых простолюдинами, и крайне важных, королевских. Как только мне становится понятна замысловатость всей этой путаницы, мой мозг будто раскалывается надвое.

Колдун моргнул, посмотрел на Кайлара и сощурился, словно от адской боли.

— Бывает, я ни с того ни с сего вдруг вижу совсем непрошеные картинки. Ужас на лице молодого человека, который наблюдает, как я умираю. Кто он такой? Почему так страдает? Когда это случится? Я не имею понятия. Например, в том, что завтра прямоугольная ваза подарит тебе надежду, я не сомневаюсь. Еще я вижу девочку, которая плачет над тобой и тянет тебя за руку, но ты слишком тяжелый. От чего она хочет тебя уберечь? Этого я тоже не знаю.

Кайлара бросило в дрожь.

— Девочка? Когда это произойдет? — Неужели колдун видел Илену Дрейк?

— Не могу сказать. Подожди-ка… — Дориан моргнул; его лицо напряглось. — Ступай. Уходи немедленно. Спроси Мамочку К.!

Фир распахнул парадную дверь. Кайлар, удивленный столь неожиданным поворотом, посмотрел на одного мага, потом на другого.

— Иди же, — велел Фир. — Иди!

Кайлар выбежал в ночную темень. Фир проводил его долгим взглядом, сплюнул и опять уставился в уличный мрак.

— Ты о чем-то умолчал.

Дориан, содрогаясь, вздохнул.

— Он умрет. Неважно, каким образом.

— Разве такое возможно?

— Не знаю. Может, он вовсе не тот, за кого мы его приняли.

35

Кайлар бежал не останавливаясь, сопровождаемый сомнениями. Небо на востоке начинало светлеть, город подавал первые признаки жизни. Вероятность наткнуться на дозорных была предельно мала. Кайлар выбирал улицы, на которых располагались лишь мелкие лавчонки, а дозорные дежурили только возле крупных и дорогих. Однако если ему не повезет и он все же наткнется на стражников, что скажет? «Я просто вышел подышать утренним воздухом»? Нарядившись в темно-серый костюм, прихватив запрещенные растения и вымазав лицо золой? Так ему и поверили!