Слепой прыжок - Павел Балашов

— Понимаю-понимаю. А ты что? — спросил Лемке.

— А я посажу корабль. После того как все сделаю, — ответил капитан Заславский. И на лице его не было ни тени улыбки. — Леон, Урмас, все понятно?

— Да, капитан! — браво рявкнул Дирк.

— Понятно то, что мы отдаем «Ревель» твари, — с черным от горя лицом ответил Леон. — Макс, Аллах свидетель, я тебя не понимаю, но я тебе верю. Не подведи меня, капитан, хорошо? Я очень в тебя верю.

— Не переживай, Леон. На борту разведбота тебе все станет ясно, а сейчас — двигайте, ребята, время дорого! Нам еще после твари в порядок базу приводить, если кто забыл. Мы не мусорщики, мы форматировщики, господа, — и в этот момент Заславский так заразительно улыбнулся, что Леон поверил сразу и до конца — капитан решил все наилучшим образом и все делает правильно.

Аскеров кивнул, хлопнул по плечу Дирка и отправился готовить «Бритву». Отто остался в рубке, явно желая о чем-то еще спросить командира.

— Помолчи, Лемке, ладно? Послушай просто. Ревель, вызови мне тварь!

— Минутку, капитан, подключаю. Готово.

— Эй, созданный, слышишь меня? Это капитан Заславский.

— Слышу, капитан. Вы решились?

— Значит, так. Своих людей я отправлю на спасательном боте, а сам сяду на космодром. Выгоню из эсминца танк, и можешь отправляться. А теперь ты мне расскажи, как ты собираешься передать мне взрывное устройство?

— Элементарно, капитан. Когда я поднимусь на орбиту, я с вами свяжусь. И сообщу, где мина.

— Не годится. Взлетишь, дашь тягу на разгон, а я тут ищи этот долбаный заряд? Нет уж, передача кодов управления произойдет только в обмен на координаты взрывного устройства. И указания по разминированию, что характерно, тоже.

— Хорошо, капитан Заславский. Я буду ждать вас на посадочной полосе космодрома. Окажитесь благоразумным человеком, не пытайтесь стрелять по мне. Иначе я не смогу вам помочь с миной, — созданный не верил своим ушам, Заславский отдавал корабль! Видимо, очень дорожил своей базой.

— Конец связи, — отрубил Макс.

Закончив разговор, он посмотрел на пилот-ложемент капитана, свой, можно сказать. Потом — на динамик громкой связи. Потом — на Отто.

— Ревель, глуши реактор. По исполнении — доложить.

— Выполняю, капитан, это недолго. Готово, работа на накопителях. У вас час в текущем энергопотреблении, индикатор заполненности накопителей перевожу вам на наручный терминал, — и, подтверждая его слова, на экране терминала появилась зеленая батарейка с цифрами 99,5 %.

— Отлично. Так, отключайся сам, я тебя извлекать буду.

— До скорого, Макс, я на тебя очень надеюсь, — ответил ИскИн, презрев положенное обращение и субординацию.

Макс кивнул и взялся за пилот-ложемент, вынимая фиксаторы и откидывая его в сторону на встроенных петлях-тягах. Под основанием покоилась матово-серая усеченная пирамида со сложной идентификационной маркировкой, к которой подходило несколько кабельных систем. Заславский по очереди отключил их все, достал из ниши блок ИскИна, оказавшийся весом килограммов под пять, и передал его Отто:

— Все, давай с ним на разведбот, скажешь Леону, чтобы сел там, где мы нашли корабль. И — ждать меня, я с вами свяжусь, как все сделаю. Давай, Отто, пошел.

— Есть, Макс, работаем. Давай только, я тебя прошу, аккуратно, хорошо? — Отто принял блок бортового интеллекта и отправился из рубки прочь. А Заславский пристегнул обратно пилот-ложемент, устроился в нем поудобней и стал следить за происходящим на табло отчетов. Минуты текли медленно, но неумолимо.

О, вот появилось сообщение о том, что разведбот готов к вылету. Вот индикатор, который говорит, что на борту разведбота четыре человека. О, открылся шлюз палубы, ребята улетели. Макс остался на борту эсминца «Ревель» один и наконец-то успокоился окончательно.

Положив руки на контактную доску, кинул взгляд на индикатор заряда накопителей у себя на терминале, ага, 97 %. Можно начинать. Включив маневровые двигатели, Заславский потушил все освещение в рубке, при этом превратив переднюю ее стену в обзорный экран. На экране стало видно, как приближается атмосфера планеты, как нос эсминца начинает взрывать буруны из разреженного газа, как по обшивке эсминца в очередной раз бегут языки пламени. «Ревель» снижался, а на экране Заславский краем глаза увидел точку «Бритвы», которая снижалась гораздо быстрее и немного другим курсом.

Стараясь не думать ни о чем, кроме этой посадки, Макс медленно, но верно вел корабль к посадочной полосе космодрома. Он ни секунды не сомневался в том, что взрывного устройства на базе нет, но выдавать свою информированность врагу не хотел. Вдруг эта скотина заложила мину в ретрансляторе? Тоже ведь малоинтересный вариант, если честно.

Экипаж «Скай Блейда» видел только огромный огненный след — именно так выглядела посадка со стороны. Леон покачал головой, но решил не любоваться на эсминец, а вести «Бритву», своих забот хватает. Разведбот немного потряхивало, да и вообще следовало быть внимательным.

— Отто, — позвал Аскеров, — а что это ты притащил?

— Это Ревель. Блок искусственного интеллекта. Мы демонтировали его из корабля, перед тем как передавать, — ответил Лемке. Тевтон изрядно волновался за друга и командира.

— О как! А почему вообще решили передать корабль твари? — попробовал уточнить Леон, в голове у которого начала складываться немного странная картина.

— Потому, что улететь он никуда не сможет. Там реактор заглушён к чертовой mutter, а геля нет больше вообще. А помимо этого, donnerwetter, его ждет очень интересный сюрприз, когда эта Arsch попробует взлететь! — Лемке нервно засмеялся, как обычно в душевном волнении путая интерлинг и свой родной немецкий.

— Отлично! А если он не идиот и проверит?

— А пусть проверяет, все индикаторы говорят, что все в норме! Ревель постарался, перед тем как отключиться, — сообщил Отто.

— Ну вы даете, господа! — вмешался в разговор Дирк. — Вот так вот взять, к чертовой матери, всех поиметь и цинично в этом признаться!

— Ну-ну, не всех, а тварь! Пускай взлетит на накопителях, их хватит, как раз чтобы выйти на устойчивую орбиту, а там разберемся, — захохотал Отто, — Дирк, мы же не идиоты, в конце концов!

— Отлично, — повторил Леон, — Отто, это просто отлично. Вы молодцы с капитаном, это было здорово придумано.

— Давай сажай нас, только поаккуратней, — хохотал немец из десантного отсека. — Елена если проснется при посадке — воплей будет столько, что хлопот не оберемся! Работаем, форматировщики, работаем, ха-ха-ха!

— Есть сажать аккуратно, — ответил Леон и начал переводить разведбот в горизонтальный полет, чтобы снижаться по спирали.