С запутанным клубком - Пирс Энтони

— Женщина, ты должна…

Клото замерла на мгновение, затем попыталась вырваться, но хватка у Самурая оказалась железной. Она выплюнула ему в лицо еще несколько слов по-японски.

— Ух ты! — подумала Атропос и мысленно поджала губы. — Девушке ее лет не полагается знать подобные вещи!

Ниоба не могла не согласиться. Очевидно, свободные современные женщины узнают жизнь раньше, чем было принято в ее время.

Ярость Самурая превратилась в нечто сродни благоговейному ужасу, который сменило отвращение. Он что-то резко сказал по-японски — очевидно, как раз то, как Атропос поняла значение слова «гейша».

Клото размахнулась, намереваясь попасть Самураю в голову. Он поймал ее руку и, притянув девушку к себе, поцеловал. Она отбивалась, но ничего не могла поделать. Очень медленно она расслабилась.

— А этот тип умеет целоваться! — подумала Атропос.

— Укрощение строптивой, — согласилась с ней Ниоба.

Тут Клото пришла в себя и укусила Самурая за губу. И только после этого вспомнила, кто она такая. Протянула нить и скользнула по ней.

Неожиданно оказалось, что Самурай обнимает пустоту, потому что Судьба становилась эфемерной, когда путешествовала по нитям. Удивленный неожиданным поворотом событий, мужчина оглянулся.

Клото стояла в десяти футах от него. Самурай двинулся было в ее сторону, но она, словно он и не преграждал ей путь, оказалась у него за спиной. Студенты, наблюдавшие за происходящим, дружно вскрикнули от изумления. Когда Самурай повернулся и снова направился к ней, Клото приблизилась, наклонилась и возникла у самых его ног. В результате он споткнулся, а Клото, чуть скользнув в сторону, прошла сквозь него и лягнула в зад.

Самурай сгруппировался, покатился вперед, быстро вскочил на ноги.

— Магия! — вскричал он. — Мой меч!

Тренер, тот, у которого был коричневый пояс, вылетел за дверь, а через секунду вернулся с катана note 5 в ножнах. Самурай выхватил блистающий клинок.

— Я знаю, что нужно делать с ведьмой!

— Пожалуй, пора отсюда уходить, подружка, — подумала Атропос.

На этот раз Клото ее услышала и заскользила вверх по нити и прочь из здания.

Оказавшись на улице, она остановилась:

— Но я же не выполнила свою миссию!

— Добро пожаловать в реальный мир, детка! — проворчала Атропос. — Если этот тип раньше и не собирался помочь Сатане, то теперь обязательно будет с ним заодно!

— Да, он потерял лицо!

— Что?

— Лицо. Я публично его опозорила, из-за меня пострадала его репутация.

— Ты хочешь сказать, что теперь он не услышит доводов разума? — сухо поинтересовалась Атропос.

— Он вовсе не плохой человек, просто очень высокомерный! Мне не следовало его унижать!

— А разве он не назвал тебя шлюхой? — спросила Атропос, и Ниоба поняла, что пожилая женщина хочет заставить молодую и неопытную переосмыслить случившееся.

— Он подумал, что я гейша. Я уверена, он не собирался меня оскорбить. Гейша — уважаемая профессия.

— Она развлекает, — вставила Ниоба, — и является подругой.

— В таком случае, милая, пойди-ка к нему и извинись! — рявкнула Атропос, да таким грозным голосом, словно перед ней снова стояла чернокожая девчонка-подросток.

— Все не так просто, — с сомнением промолвила Клото. — Я свободная женщина. И не имею дела с… с…

— Ты с гораздо большим удовольствием отправила бы его к чертям собачьим, верно? — требовательно спросила Атропос.

— Нет! Просто когда речь идет о потере лица… я не собиралась…

— Не собиралась поступить необдуманно, а потом обложить этого типа самыми последними словами? — уточнила Атропос.

— Я… старые обычаи… всю свою жизнь я сражалась…

— Детка, неужели ты думаешь, что твое нынешнее поведение выглядит лучше?

— Нет, — прошептала Клото. — Я… переборщила.

— Пожалуй, надо вернуться и попытаться ему все объяснить, — заметила Ниоба. — Или придется перерезать его нить.

— Нет! — выкрикнула Клото.

— Она не настолько свободная! — съязвила Атропос.

— Ну, он очень даже интересный мужчина, — заявила Ниоба.

— Интересный мужчина, — грустным эхом отозвалась Клото.

— Послушай, милая, возвращайся туда, — напутствовала Клото Атропос. — Только слушайся нас. Мы тебя выручим — ты же помогла мне с домашним заданием той девчонки. Знаешь, скажу тебе по-простому: никто из нас не совершенен, нет таких, кто знал и умел бы все. Попробуем вернуть этому человеку его лицо.

Клото рассмеялась — чуточку истерически:

— Не выйдет! Таким способом у нас ничего не получится!

— Ну, давай все равно рискнем, — настаивала на своем Атропос. — Он мужчина, а ты ужасно симпатичная молодая женщина. Он тебя выслушает. Да и что мы теряем?

Клото обреченно пожала плечами, а потом скользнула по нити в здание школы.

Занятия возобновились, и, увидев Клото, тренер в коричневом поясе вскрикнул от удивления. Девушка молча прошла мимо него в коридор и дальше в кабинет Самурая.

Он вытирал губкой лицо. При виде Клото Самурай замер перед зеркалом.

— Извинись, — приказала Атропос.

— Я… я пришла извиниться, — пролепетала Клото.

— Только кровь может все исправить, — повернувшись к ней, мрачно проговорил Самурай.

— Я… этого я вам дать не могу.

— Кто ты?

Клото колебалась.

— Не думаю, что разумно открыть ему, кто мы такие, — сказала Ниоба. — Получится, будто мы угрожаем.

— Я… я сверхъестественное существо, — ответила Киото. — Вот почему я не могу…

— Ведьма!

— Нет. Всего лишь женщина. Только… не такая, как все.

На губах Самурая появилась едва уловимая улыбка.

— Не такая, как все, — согласился он.

— Самурай, что я должна сделать, чтобы все исправить? — спросила Клото.

— Я не хотела… вы меня разозлили.

— Я принял тебя за японку, — кивнув, заявил он.

Клото стало обидно.

— Я и есть японка… но свободная. Я ушла из своей семьи, потому что… не хочу жить по законам средних веков.

— Это хорошие законы! — возразил Самурай.

— Вы примете мои извинения?

— Нет. Только кровь может смыть нанесенное мне оскорбление.

Клото умоляюще подняла руки:

— Самурай, я бессмертна. И не в силах смыть оскорбление кровью. Но если мы с вами не договоримся, мне придется пролить вашу.

— Ты это уже сделала, — дотронувшись до своего носа, проворчал он.

— Всю кровь, — продолжала Клото.

— Ну так и давай! — вскричал воин. — Приведи своего воина, пусть он встретится с моим мечом! И тогда ты вернешь мне долг.

— Соглашайся! — приказала Ниоба.

— Но…

— Сегодня, — заявил Самурай, — здесь, в моем додзе. В присутствии моих учеников, которые были свидетелями нанесенного мне оскорбления.