БУКОЛИКИ. ГЕОРГИКИ. ЭНЕИДА - Публий Марон

Встань же с зарей, призови к оружью союзников новых,

Чтобы врагов упредить, и возьми свой щит, что окован

Золотом весь по краям, огнемощного бога созданье.

Завтрашний день – коль мои не сочтешь ты напрасными речи, —

245 Многих латинян узрит, в беспощадной поверженных битве".

Молвив, она отплыла, но сначала рукою умелой

С силой толкнула корму – и корабль полетел меж зыбями,

Скоростью споря с копьем иль стрелой, настигающей ветер.

Следом и все корабли убыстряют свой бег. В изумленье

250 Вести внимал Анхизид909, но, ободренный знаменьем новым,

Взор устремил к небесам и вознес молитву Кибеле:

"Матерь благая богов, возлюбившая горы Диндима,

Башни, и стены, и львов, в колесницу парой впряженных!

Будь нам в битвах вождем, приблизь исполненье вещаний,

255 Вновь низойди благосклонной стопой к фригийцам, богиня!"

Так он сказал. Между тем заалела заря, воротилось

Утро, и темную ночь лучи его с неба прогнали.

Прежде всего приказал Эней друзьям, чтобы каждый

В битву готов был идти и послушен первому знаку.

260 Вот уж и тевкров своих, и лагерь отпрыск Анхиза

Видит с высокой кормы, и когда на солнце горящий

Поднял он щит на левой руке, – до небес долетели

Крики дарданцев со стен; разжигают их ярость надежды,

Стрелы их чаще летят. Так весной к потокам Стримона

265 В небе плывут журавли, окликая друг друга протяжно,

Между мятущихся туч уносимые Нотом попутным.

Крикам дивились и Турн, и вожди авзонийцев, покуда

К берегу мчавшийся флот не заметили все, оглянувшись,

Не увидали судов, подлетавших по глади все ближе.

270 Шлем горит на челе, пламенеет грива на гребне,

Выпуклый щит золотой посылает огненный отсвет, —

Так в прозрачной ночи среди звезд алеет зловеще

Пламя кровавых комет или Сириус всходит, сверкая,

Жажду с собой принося и поветрия людям недужным,

275 Жаром зловредным своим удручая широкое небо.

Турн один среди всех не утратил спесивой отваги:

Верит, что берег займет и прибывших не пустит на сушу.

"Срок желанный настал с врагом схватиться вплотную!

280 Марс, о мужи, – он в наших руках! Пусть каждый, сражаясь,

Помнит свой дом и жену, пусть великие подвиги предков

Каждый в душе воскресит. Так захватим берег, покуда

Строем не стали враги и неверны шаги их на суше.

С теми Фортуна, кто храбр!"

285 Молвит он так – и в душе размышляет, кого за собою

К морю вести и кому поручить осажденные стены.

Той порою Эней высаживал на берег войско,

Сходни спустив с кормы. Отливом затихшего моря

Пользуясь, многие вниз в неглубокую прыгают воду

290 Или по веслам скользят. А Тархон, приметивши место,

Где не бушует прибой, не рокочет волна, разбиваясь,

Но далеко на песок набегает вал безопасный,

Тотчас корабль направляет туда и соратников молит:

"Воины, славная рать, налегайте сильнее на весла,

295 Мчите, гоните челны! Пусть во вражью землю вонзятся

Острые ростры, пусть киль бороздой ее ранит глубокой!

Что мне с того, что корабль разобьется, с разлету ударясь, —

Только бы на берег нам скорей ступить!" И едва лишь

Речь окончил Тархон, как гребцы, на скамьях приподнявшись,

300 К пашням Латинским челны, покрытые пеной, погнали.

Врезались в берег суда, и в дно их кили зарылись,

Все невредимы – лишь твой, о Тархон, корабль быстроходный

Встал на мели, налетев на песок, нанесенный волнами.

Долго противился он, шатаясь, напору прибоя,

305 Но раскололся – и вот мужи в воде очутились;

Плавают вкруг и мешают идти им обломки и доски,

Зыбь сбивает их с ног и, отхлынув, относит от суши.

Времени Турн между тем не терял, но все свое войско

К морю повел за собой и построил, чтоб недруга встретить.

310 Трубный разносится звук, и – добрый знак! – нападает

Первым Эней на полки земледельцев – и первою жертвой

Воин латинский упал: бегом навстречу герою

Бросился мощный Терон, но, пробив его медные латы,

Туники ткань разорвав, тяжелой от золота, в ребра

315 Впился Энея клинок. И Лихас пал, посвященный

Фебу910: он был извлечен из утробы матери мертвой,

Но лишь младенцем ему удалось избегнуть железа.

Пали Гиас и Киссей, валившие палицей толстой

Толпы врагов: ни сила рук, ни оружье Алкида

320 Их не спасли, ни родитель Меламп, Геркулеса помощник,

С ним неразлучный, доколь земля отягчала трудами

Бога. Бросает Эней в понапрасну вопившего Фара

Дрот – и в раскрытых устах застревает острое жало.

Пал бы и ты, о Кидон, за возлюбленным следуя новым,

325 Клитом, чьи щеки покрыл впервые пушок золотистый,

В прахе лежал бы и ты, от руки Дарданида погибнув,

Страстью, что к юношам лишь тебя влекла, не тревожим,

Если бы братья твои не примчались когортой сплоченной,

Форка сыны; как один, все семеро копья бросают,

330 Но отскочили они от щита и шлема Энея

Или, Венерой благой отклоненные, только задели

Тело ему. Тут верному царь промолвил Ахату:

"Копья подай! Из них ни одно не метнет понапрасну

В рутулов эта рука: ведь под Троей не раз оставались

335 Копья мои у аргивян в груди!" И, промолвив, схватил он

Пику и бросил ее, и она у Меона с разлета

Медь пробивает щита и сквозь панцирь в грудь проникает.

Брат Альканор подбегает к нему, чтоб Меона в паденье

Правой рукой поддержать, но копье, не утративши силы,

340 Дальше бег свой стремит и пронзает плечо Альканору,

И, омертвев, повисает рука, держась лишь на жилах.

Нумитор, вырвав копье из тела брата, в Энея

Метит, – но поразить не дано ему было героя:

Только Ахата в бедро могучего ранила пика.

345 Юной силою горд, подбегает воитель из Курий,

Клавз, и Дриопа разит он издали пикой негибкой;

Брошена сильной рукой, говорившему что-то Дриопу

В горло вонзилась она, и речь и жизнь обрывая;

Вниз лицом он упал и кровью густой захлебнулся.

350 Трое фракийских бойцов, Борея дальних потомков,911 —

Идас-отец их прислал из отчего Исмара в битвы, —

Клавза рукой сражены, погибли от ран. Подбегает

С войском аврунков Алез, и Мессап, Нептунова отрасль,

Мчит на прекрасных конях. И одни, и другие стремятся

355 Вспять врагов оттеснить. На пороге Авзонии битва

Грозно кипит. Так ветры порой, враждуя в эфире,

Борются между собой, равны отвагой и силой,

И не хотят уступить ни они, ни море, ни тучи:

Долго упорствуют все, и неясен исход их сраженья.

360 Так же троянская рать с латинской ратью схватилась,

Грудью в грудь, нога к ноге, противники бьются.

В поле с другой стороны, где поток весенний оставил

Множество шатких камней и с обрыва смытых деревьев,

Дрогнул аркадцев отряд, непривычных к пешему строю

365 (Местность неровная их заставила седла покинуть);

В бегство пустились они от латинян, в погоне упорных.

Это увидев, Паллант – что еще в нужде остается? —

Доблесть друзей стремится зажечь то мольбой, то упреком:

"Что же бежите вы все? Эвандра именем громким,

370 Славой деяний его и былых побед и надеждой

Сына сравняться с отцом и стяжать хвалу – заклинаю:

В бегстве спасенье себе не ищите! Мечами должны мы

Путь прорубить! Туда, где враги лавиной густою

Мчатся на нас, отчизна зовет и вас и Палланта.

375 Нас не боги теснят: противник преследует смертный

Смертных, – не меньше у нас и сердец, и рук, и оружья!

Стойте! Волна преграждает нам путь, кончается суша:

Некуда дальше бежать! Иль помчитесь вы по морю в Трою?"

Так он промолвил – и сам врубился в гущу латинян.

380 Первым злая судьба послала навстречу Палланту

Лага: тяжелый поднять хотел он камень, нагнувшись,

Но размахнулся Паллант и копье вонзил ему в спину

Там, где ребра хребет раздвигает, – и вытащил с силой

Жало копья из костей. Тут Гисбон, напрасно надеясь

385 Юношу первым сразить, нападает, забыв осторожность, —

Ум помрачил ему гнев и боль за убитого друга, —

Но принимает его на клинок Паллант и вонзает

В легкое меч. Анхемол, старинного рода потомок,

Рета дерзостный внук, осквернивший мачехи ложе,912

390 Пал на латинских полях, и Сфений, и Тимбер с Ларидом, —

Давка сыны-близнецы, меж собой вы были похожи

Так, что мать и отец в заблужденье сладостном часто

Путали вас, – но отнял Паллант ваше сходство жестоко:

Голову, Тимбер, тебе мечом Эвандра отсек он,

395 Правая прочь от плеча отлетела рука у Ларида,

Пальцы щупают меч, в содроганье предсмертном сжимаясь.