История Англии - Вильям Ньюбургский

освобождения земли иерусалимской, должен заплатить десятину со всех своих годовых доходов и движимого имущества, которым он владеет, за исключением урожая этого года; но с урожая следующего года, он также должен заплатить десятину. Из этого исключаются книги и одеяния, а также церковные облачения, все капитулы клириков и их слуг, церковные украшения, а также облачения лошадей и оружие рыцарей, а также драгоценные камни, принадлежащие этим обоим классам. Но тот, кто принял крест, клирик или мирянин, платить ничего не должен, но он должен получить десятину со своих владений от арендаторов (за исключением горожан и землепашцев), кроме тех, кто с согласия своего сеньора также принял крест.

Поэтому, мы, полагаясь на милосердие Бога, отпускаем всем лицам, которые свободно отдадут свои десятины, половину наложенных на них эпитимий. Кроме того, мы прощаем им те десятины, которые они не платили в соответствии с законом, и еще те грехи, о которых они могли забыть. Но если будут сомнения, относительно того, уплатил ли кто-то свою законную десятину, то пусть истина будет установлена опросом семи надежных людей из его соседей, и пусть будет предписано, чтобы это совершилось по закону, под страхом осуждения или анафемы. Также предписано сеньорами королями и подтверждено архиепископами и епископами и всеми баронами, относительно любого клирика или мирянина, который примет крест — что если он перед этим заложил свои ренты, то пусть полностью получит их за этот год, а в конце года кредитор должен еще раз получить ренты, причем дополнительные доходы, которые он должен от них получить должны быть учтены при уплате долга, поскольку проценты на долги не должны начисляться с момента принятия креста и все время, пока должник находится в крестовом походе Все люди, как клирики, так и миряне, должны быть правомочны законным образом заложить свои доходы церкви или кому угодно, на срок три года, так что, если что-нибудь случится с должником, то кредиторы будут этим обеспечены. Еще относительно тех людей, которые могут умереть в крестовом походе — пусть деньги, которые они будут нести с собой для содержания своих слуг, для помощи земле Иерусалима и для подаяния беднякам, будут распределены в соответствии с советом доверенных людей, которые будут назначены для этой цели.

Также постановляется, что никто впредь не должен клясться великими клятвами, и никто не должен играть в азартные игры или в кости, и никто не должен носить мех горностая, и одежду черную, или алую, и что все люди, клирики и миряне должны довольствоваться двумя мясными блюдами из того, что они купят, и что никакой мужчина не должен брать с собой в крестовый поход женщину, за исключением прачек, которые пойдут пешком, и по поводу которых не может возникнуть никакого подозрения, и что никто не должен иметь одежды с разрезами и с кружевами.

Глава 24.

О сборе десятин и том, как император и его люди приняли крест.

Съезд, на котором короли приняли знак Господень и издали эти ордонансы с согласия всех присутствовавших там епископов и ноблей, был распущен. Славный король Англии быстро вернулся в свое королевство, созвал там в пригодном месте великий собор, и с одобрения прелатов и ноблей Англии он выставил на обозрение эти ордонансы, которые уже были приняты во всех его заморских владениях. Тогда архиепископ Кентерберри, епископы Дархэма и Норвича, и много ноблей его королевства, воспламенившись королевским примером, торжественно приняли священный знак — многие действительно из-за своей великой преданности Богу, но другие с меньшей искренностью, а так сказать, либо по приказу короля, либо для того, чтобы заранее заслужить благосклонность своего сюзерена, предчувствуя его приказ. Великое множество клириков, рыцарей, горожан и землепашцев со всех концов Англии позаботились о том, чтобы последовать примеру короля и знати, то же происходило и во французских провинциях. Также, в соответствии с королевским предписанием были затребованы десятины, и с самой большой тщательностью были сделаны приготовления всего необходимого для столь долгого похода.

И римский император Фридрих не долго чувствовал в этом отношении себя менее набожным или менее активным, чем вышеупомянутые короли. Созвав главных людей своей империи, он обнародовал намерение своего великодушного духа, и торжественным образом, украшенный диадемой своего императорского достоинства с символами смирения перед Господом, он показал своим принцам и подданным какой герб есть самый величественный. Столь великий пыл веры и преданности затем воссиял и дальше, в могучих вождях и воинственном народе Германии, предпринявших этот наирискованнейший поход во имя Христа, так что воистину можно сказать, что это есть «перст Божий», и таким образом, почти все народы, носящие имя христиан, с пылом занялись громадными приготовлениями для начала задуманного ими похода.

Глава 25.

О том, как королем Франции был нарушен договор и о последовавшей затем смерти короля Англии.

В то время как верность правоверных государей и народов была столь пылкой, злобные козни древнейшего врага не прекращались, и он желал любыми средствами испортить то дело, что начиналось так хорошо. Как только славный король Англии, едва приехав в своем королевство, стал делать разного рода приготовления для будущего похода, столь великий монарх, как король Франции, спровоцированный не знаю чем, разорвал верность этому договору, что был торжественно заключен между ними так, чтобы продлиться до их возвращения с Востока, и ни во что не ставя знак креста, который они оба приняли как союзники, вспыхнул в конвульсии внезапной ярости и, как говорили, он помог в измене неким неправедным людям. Он внезапно, подобно узурпатору, вступил в благородный замок, называемый Шатору, которым владел король Англии. Возликовав от этого успеха и поменяв, или вернее удушив, план похода в Иерусалим, он стал думать, как бы добиться еще большего успеха.

Об этих печальных событиях скоро стало известно, и король Англии думал о том, как бы ради их благочестивого предприятия действовать помягче, и перед тем, как пересечь море, он вперед себя послал к этому лживому дельцу, весьма уважаемых людей со словами мира, но тот был не только тверд и несгибаем ко всем справедливым предложениям, но даже с еще более необузданной гордостью выражал готовность к осуществлении своих опасных замыслов. Как только король Англии пересек море, то благодаря посредничеству добрых людей, они встретились друг с другом. Король Англии намеревался предъявить жалобы на нарушение их договора и об ущербе нанесенном ему самому, а король Франции, как будто бы он был полностью прав в этом дурном деле, притворялся честным