Александра - Элизабет Хереш

Я бы с чистой совестью отправила Милюкова, Гучкова и Поливанова в Сибирь! Это государственная измена — и в разгар войны (…) Будь как лев в борьбе против пары бестий-республиканцев!

Бог посадил нас на трон, и мы должны его удержать и в неприкосновенности передать нашему сыну, — если бы Ты только об этом подумал, Ты бы не забыл и о том, что ты суверен, — и насколько легче это для самодержца, чем для того, кто дал конституцию!

Любимый, послушай меня, я тоскую по Тебе…»

На полях письма царь пишет: «Павел — бедный старый муженек — без воли…» (этот царь не только не обладал выдающимися качествами других царей, которых Александра выпаливает на одном дыхании вместе с ним, но также был непопулярен и задушен собственной дворцовой стражей). На послание Александры он отвечает: «Твое письмо невольно вызвало у меня улыбку, так как ты обращаешься со мной, как с ребенком…»

«Каждая женщина любит своего мужа еще и как мать, если она его действительно любит…» — парирует Александра. Между тем события идут своим чередом.

В Москве нападки повторяются. Оратор от земского собрания Львов заходит еще дальше: «Сейчас мы должны взять историю страны в свои руки… Нам нужен царь, которого будет защищать ответственное перед парламентом правительство…»

Это звучит, как призыв к дворцовому перевороту, — как и за год до этого, собрание разгоняет полиция.

Во время заседания Александра поддерживала с министром внутренних дел связь по телефону. «Ты видишь, он храбро отбивался», — торжествующе докладывает она в Генштаб.

Последствия — кровавые беспорядки. Население возмущено. Трепов подает прошение об отставке. Сначала царь возражает, затем уступает благоразумию, так как премьер-министр не может действовать против собственного руководителя ведомства внутренних дел — Протопопова — и в его усилиях ему мешает собственная государственная власть. Тем самым потерян последний министр, чья преданность делу, готовность к компромиссу и лояльность могли бы спасти положение (и царский режим). Впрочем, позднее царь снимет и Протопопова. «Прости, но так надо…» — пишет он извиняющимся тоном Александре. Однако было уже слишком поздно: предвидя события, Трепов еще до бурного заседания Думы требовал смещения Протопопова. Тогда царь сразу же согласился с этим. Однако Александра так долго и настойчиво упрашивала царя, чтобы он все же не отстранял человека, «имевшего благословение нашего друга и тем самым Бога», что Николай дал ему последний шанс.

Тем самым Россия — и с ней династия — брошена на произвол судьбы. Вместе с тем ускользает то, за что Александра доныне против законов реальности всеми силами цеплялась: авторитарное правление, будто это закон природы, неизбежно теряешь то, что слишком сильно хочешь удержать.

Продолжение заседания Думы перенесено на февраль 1917 г. Между тем идут закулисные переговоры. Конституционные демократы, собравшись на частной квартире, решают добиваться низложения царя; согласно их замыслам следовало признать престолонаследником Алексея, а до его совершеннолетия обязанности регента исполнял бы брат царя, великий князь Михаил. Тот должен был согласиться на конституцию, предусматривавшую ответственность правительственного кабинета перед парламентом.

Радикальнее решают в Москве: похитить царя вместе с царицей, а Дума с помощью военных взяла бы власть в свои руки.

У леворадикальной партии совсем другие планы. Она готовит демонстрации и стачки, призывая рабочих выходить на улицы с лозунгами «Хлеб» и «Мир». Цель: вынудить царя к отречению и единолично, без Думы, сформировать правительство в форме советов рабочих и солдатских депутатов. Переворот готовится совместно с Германией. Поэтому в Берлине знают, «что депутаты Думы хотят объявить царя неспособным и создать революционное правительство», как явствует из секретной переписки. Так как это повышает вероятность сепаратных переговоров, Берлин через посредников в Стокгольме посылает в Петроград деньги. Однако для революционеров крайне левого крыла, получивших такую солидную поддержку, грядущие события — дар Божий.

Убийство Распутина

Первый признак того, что недовольство населения вступает в стадию активных действий, убийство Распутина. После бесчисленных слухов о подобных планах его действительно убивают в ночь с 16 на 17 декабря.

Исполнители князь Феликс Юсупов, Дмитрий Павлович и депутат Думы Владимир Пуришкевич действуют как патриоты, которые хотят избавить, наконец, страну от «корня зла» и тем самым спасти царский режим.

Под предлогом знакомства со славившейся своей красотой женой Ириной (племянницей царя, дочерью его сестры Ксении) Юсупову удается заманить Распутина в себе в дом, предварительно отделавшись от целого штата охранников. Распутина пасет не только охранка, тайная полиция царя, но также пособники немецких агентов и другие круги, для которых его услуги имеют ценность.

В полуподвальном этаже своего дворца Юсупов оказывается один на один с Распутиным. Сначала он дает ему еще один шанс: не хочет ли тот покинуть Петербург? — «Для чего?» — Распутин притворяется, что ничего не понимает. Когда разговор, как бы случайно, переходит на Протопопова, «старец» заявляет: «А знаешь, что я тебе скажу? Заезжал ко мне вечером Протопопов и слово с меня взял, что в эти дни дома сидеть буду. Убить, говорит, тебя хотят; злые люди-то все недоброе замышляют…» — «А, ну их! — выкрикивает Распутин. — Все равно не удастся — руки не доросли. Пробовали, не раз пробовали, да Господь все время просветлял — беда всякому, кто подымет на меня руку!» — зловеще звучат его слова.

Сначала Распутин отказывается от начиненных цианистым калием пирожных, но, наконец, решает попробовать, затем ест одно за другим. Яд должен был уже давно подействовать, но «старец» преспокойно продолжает беседу. Тогда Юсупов предлагает ему вина, но гость отнекивается. Наконец, когда князь все же наливает, Распутин осушает бокал — с отравой — затем другой. Под действием всего принятого яда другой бы уже давно свалился замертво, однако «старец» продолжает медленно потягивать вино, словно смакуя.

Когда допито последнее отравленное вино, гость и хозяин садятся напротив. К ужасу Юсупова Распутин требует, чтобы тот сыграл ему на гитаре и спел.

Наконец, Юсупов приносит револьвер, сунув его в карман брюк. Потрясает не только стойкость Распутина к яду, но также полное отсутствие дурных предчувствий. Возможно ли, что человек с такой интуицией и мнимым даром пророчества, которым он хвастался и с помощью которого манипулировал людьми, не осознает, насколько близок к собственной смерти?