Три сестры - Хезер Моррис

на что это похоже, чтобы я знала, чего искать. А пока, сестра, занимайся своими делами.

– Ты боишься, Ливи? – вдруг посерьезнев, спрашивает Магда.

Ливи смотрит на старшую сестру и видит собственный страх, отраженный в глазах Магды.

– Это ведь не может быть хуже марша смерти, да? Или отбора? – отвечает она вопросом на вопрос.

– Можно и так сказать, – говорит Магда.

– Только так.

Прошедшие подготовку садятся в поезда, идущие в разные города, откуда они отправятся в Румынию. Одним из вариантов был Вранов, но Магда с Ливи его отбросили, вместо этого они выбрали Кошице, проложив маршрут через Венгрию. Они надеются, что местные жители покажут им путь в Констанцу.

У них есть карты и проводник Влад. Вместе с тремя парнями сестры слушают, как Влад рассказывает, что им придется проделать еще 500 километров по Румынии.

– Думаешь, мы успеем посетить могилу отца в Кошице? – шепотом спрашивает Ливи.

– Вряд ли, Ливи. Нам надо ехать. Когда-нибудь мы вернемся, – говорит Магда.

Ливи откидывается назад, закрывает глаза и позволяет перестуку колес поезда усыпить себя.

В Кошице они видят своих друзей, сходящих с поезда, но в соответствии с полученной инструкцией делают вид, что незнакомы. Их группа из шести человек теперь предоставлена самой себе.

– Всего тринадцать дней пути, и вы будете на борту корабля, – говорит им Влад, когда они идут по улицам Кошице. – Давайте найдем теплое место для ночевки.

– Гостиница? – с надеждой спрашивает Ливи.

– Сарай, – отвечает он.

– Никаких мягких одеял и пуховых перин для тебя, Ливи, – поддразнивает один из парней. – Согласна? Или нам придется подстрелить пару уток, чтобы набить их перьями подушку для тебя?

– Это было бы чудесно, спасибо, – в том же духе отвечает Ливи.

Смеркается, когда они подходят к окраине города. Они на пустынной дороге, справа и слева лес, и никаких признаков сарая. Парни собираются разбить лагерь в лесу, и Влад тоже, но Ливи хочет ночевать под крышей.

Все шесть голов поворачиваются на звук цокающих копыт. Рука Влада лезет под пиджак. Ливи напрягается: вот сейчас что-то случится, их снова схватят и накажут за желание не жить в тени. Магда делает глубокий вдох, стараясь унять дрожь в руках. Она никогда ни в кого не выстрелит, она это знает. Ну как она это сделает, если при первых же признаках опасности пасует?

– Куда направляетесь? – спрашивает фермер, сидящий на телеге, запряженной красивой черной кобылой.

Влад вынимает руку из кармана и приветственно машет. Ливи и Магда с облегчением выдыхают.

– В Требишов, – отвечает он.

– Вы евреи?

– Да.

Ливи бросает взгляд на Влада, но тот смотрит на фермера. Если он не тревожится, то не следует и ей.

– Садитесь, и я подвезу вас.

Они залезают. В повозке воняет навозом, но на соломе им довольно удобно.

– Прошу прощения, – говорит фермер. – У меня там сзади свиньи.

Они молча едут примерно час. Всю дорогу Влад держится прямо. Он мог бы ехать на поезде или в машине, думает Ливи, меняя положение тела. Фермер наконец подъезжает к развилке дороги.

– Требишов примерно в десяти километрах отсюда. Можете пойти туда сейчас или переночевать в моем сарае. Решайте сами.

– Уже поздно, – с надеждой произносит Ливи.

– Спасибо, – говорит Влад фермеру. – Мы были бы благодарны. Обещаю, мы уйдем раньше, чем вы встанете утром.

– Сомневаюсь. – Фермер улыбается. – Вы когда-нибудь содержали ферму? – Фермер отпускает поводья, и лошадь подходит по узкой дорожке к небольшому дому, рядом с которым виднеется добротный сарай. – Устраивайтесь здесь. Там есть несколько свиней, но они вам не помешают. А моя жена скоро принесет вам немного поесть.

Он слезает с повозки и размашистым шагом идет к дому.

– Спасибо! – хором говорят ребята ему вслед.

Пока они устраивают себе постели из груды соломы, в сарай входит жена фермера.

– Пусть кто-нибудь поможет мне, – зовет она.

Влад и Магда помогают ей внести кружки с чаем и огромное блюдо дымящегося картофеля со свининой. Им дают шесть вилок.

– Вы так щедры! – восклицает Влад.

– Когда поедите, оставьте тарелки у двери, я заберу их позже. – Перед тем как уйти, жена фермера задерживается у двери. – Знаете, мы помогали другим группам, таким, как ваша, и мы сделаем все, что в наших силах, для тех, кто придет потом. – С этими словами она уходит.

Не успев привыкнуть к доброте других людей, Ливи ощущает комок в горле.

– Ливи, не удивляйся так, – говорит Влад. – Не все ненавидят евреев! – (Парни и Магда смеются.) – Давайте ужинать.

Они собираются вокруг блюда с едой.

– Может быть, она не знает, что евреи не едят свинину, – замечает один из парней.

– Он же предупредил нас, что у него есть свиньи, – вздыхает Магда. – Но, Ливи, ты помнишь тот дом с русскими?

Ливи кивает:

– Если нет ничего другого, мы едим свинину.

Парни продолжают смеяться, когда все берутся за вилки и наклоняются над блюдом.

На следующее утро фермер будит их, принеся чай и свежий хлеб. Он предлагает довезти их до Требишова.

– Второй день из четырнадцати, – объявляет Влад.

В Требишове они покупают еду и двигаются к границе. Они в Венгрии. В ту ночь они спят в лесу. Теперь Ливи предпочитает спать на открытом воздухе, подальше от людей. Хотя она имеет навыки выживания на природе, но уверена, что при конфронтации с врагом нервы подведут ее. Она жалеет, что с ними нет Циби, – ее тяготит их договор о том, чтобы всегда быть вместе. Искушают ли они судьбу, оставив ее?

В течение следующих десяти дней они едут на поезде, на попутках или идут пешком и наконец прибывают в Констанцу за два дня до назначенного срока. Препятствий на пути почти не было, и Ливи с Магдой ужасно этому рады. Им повезло, они твердят об этом друг другу и молятся, чтобы эта удача сопутствовала им до конца путешествия.

В порту их корабль уже стоит у причала, ожидая взволнованных мигрантов. Вокруг следы недавно отгремевшей войны: многие здания в развалинах, ожидающих расчистки, но в центре города старинные дома стоят во всей красе, нетронутые хаосом, обрушившимся на порт.

На следующий день к ста парням и девушкам, прошедшим подготовку в лесном лагере в Моравском Карсте, примыкают еще несколько сотен из лагерей, разбросанных по всей Европе.

Ливи и Магда, охваченные радостным возбуждением в предвкушении предстоящего путешествия, кружат по порту.

– Все поднимайтесь на борт, и поживее! – Влад подводит молодых мужчин и женщин к кораблю, руководя посадкой.

У трапа Магда берет Ливи за руку.

– Вот и все, сестричка, – с блестящими от слез глазами произносит она.