Обретенная мечта - Мэй Макголдрик

– Это довольно-таки большой замок.

– Спасибо, мистер Пеннингтон… Весьма исчерпывающие сведения, – улыбнулась Порция. – Тогда расскажи о его обитателях. С кем можно подружиться, кого следует остерегаться? Что позволительно говорить и о чем лучше помалкивать?

– О Лайоне и его жене я тебе уже рассказывал. Поместьем управляет Уолтер Траскотт, это наш кузен, сын брата нашей матери. Он чуть младше Дэвида, рос вместе с нами. В общем, он нам почти как родной брат. Еще там есть миссис Макалистер, экономка. Весьма деспотичная женщина, настоящий дракон в юбке.

– Наподобие миссис Грин? – насторожилась Порция. Пирс улыбнулся.

– Да нет, – покачал он головой. – На самом деле у нее добрейшее сердце. Однако беспорядка она не терпит и держит всех в строгости. Дворецкого, насколько я помню, зовут Мартин Кемпбелл. Невысокий, сухонький старичок, весьма энергичный. Об остальных слугах ничего не могу сказать, поскольку не знаю, кто из них остался.

Пирс полагал, что после скандала многие слуги уволились.

– Ну а насчет того, что говорить, а чего не говорить… Порция вся обратилась в слух.

– Миссис Макалистер скажи, что ты моя любовница, и прикажи ей отнести твой сундучок ко мне в спальню. – Пирс слегка прикусил девушке мочку уха. – И еще скажи, что она может убираться ко всем чертям, если ей что-то не нравится.

– Вы, мистер Пеннингтон, неисправимы! – Порция ткнула Пирса кулаком в грудь и оттолкнула.

Он улыбнулся, увидев легкий румянец, проступивший на ее нежных щеках. То, что она продолжала отрицать очевидное для всех окружающих, в какой-то степени доставляло ему удовольствие. Его влекло к ней не только физически. Разговаривать с Порцией в постели тоже было своего рода наслаждением. Незаурядный ум и идеалистические взгляды на жизнь делали ее исключительной во всех отношениях. Они стали друг для друга чем-то большим, нежели просто любовниками, с того самого вечера, когда она налетела на него в саду у адмирала Миддлтона. Друзьями, товарищами, можно даже сказать, сообщниками.

Решение было только одно, и Пирс ждал подходящего момента, чтобы задать наиважнейший для него вопрос.

Елена пошевелилась, Порция поспешила пересесть к ней. Женщина медленно открыла глаза.

– Нам еще долго ехать? – спросила она.

Пирс выглянул из кареты: мимо тянулся привычный, знакомый с детства пейзаж. Впереди виднелся каменистый холм, на нем возвышался замок. Это и был Баронсфорд.

– Мы уже почти на месте.

Было далеко за полдень, когда ирландец постучался в дверь временного пристанища капитана Тернера. Взволнованный, охваченный нетерпением лошадник дважды поинтересовался, остается ли в силе прежнее предложение насчет двадцати фунтов. Капитан заверил его в этом и пригласил к себе.

– Вчера вечером к нам прискакал посыльный с письмом для какой-то мисс Файнз, – сообщил ирландец. – Я как раз стоял у ворот, смотрел, как Мэри рвет цветы для дома… Поэтому и принял поводья. Судя по акценту, парень – иностранец… Возможно, француз. Однако за то время, что я работаю в Дрелинкорте, у нас не было никакой мисс Файнз. Я хотел проводить его в дом, но тут выбежала горничная и забрала письмо. Понимаете?.. И ушла с ним в дом… У вас, сэр, не найдется, чем промочить горло?

Тернер указал в сторону буфета, где стоял кувшин с элем, и ирландец, налив полную кружку, залпом осушил ее.

– Так вот, сэр… Я сразу же послал Мэри вслед за горничной. Моя подружка теперь только и мечтает, как мы развернемся с этими деньгами… У вас ведь есть такие деньги?.. Мэри, значит, побежала за ней, приложила ухо к двери и подслушала, о чем хозяйка говорила с горничной. В общем, тот, кто послал письмо, согласился с предложением мисс Файнз и готов встретиться с ней то ли в Бэррисфорде, то ли в Беарсфорде, а может…

– В Баронсфорде! – выпалил Тернер. – Я знаю, где это! Они упоминали о дате встречи?

– Так точно, капитан… В последнюю среду июля.

Все складывалось настолько гладко, что просто не верилось. Совершенно ясно, что тут замешан и Пеннингтон.

– Знаете, сэр, Мэри думает, что это место находится где-то в Шотландии… Хозяйка велела приготовить карету для поездки на север.

– А от кого письмо? Мне нужно знать имя. Ирландец приуныл.

– Насчет имени ничего сказать не могу… Но уверен, что это ответ на одно из тех посланий, которые хозяйка отправила чуть раньше.

– Принеси мне письмо.

– Извините, сэр, не могу. Капитан навис над ирландцем.

– Придется постараться, мой друг, если хочешь получить двадцать фунтов.

Парень поскреб в затылке. Для вящей убедительности Тернер протянул ему еще один мешочек с мелкими монетами. Неуверенность на лице парня сменилась решительностью.

– Ладно!.. Поговорю с Мэри… Если она сможет что-то сделать, дам вам знать.

Через пару минут ирландец ушел.

Капитан Тернер не сомневался, что сам Карл Эдуард, этот коварный Младший Претендент, вознамерился тайно посетить Баронсфорд. Но для подтверждения этой догадки требовались доказательства. Ведь для поимки столь важной персоны, врага законного короля, необходим по меньшей мере полк солдат, и, чтобы убедить кого-либо из командиров выделить в его распоряжение столько людей, он должен иметь упомянутое письмо.

Не дожидаясь остановки кареты, Пирс распахнул дверцу и соскочил на землю. Перед ним возвышался все тот же замок, однако прилегающий двор совершенно не был похож на то место, откуда он уезжал. Вдоль подъездной аллеи толпилось множество народа, словно здесь отмечали какой-то праздник. Волынщики загудели на своих волынках, едва только карета въехала в ворота. По воздуху плыл запах жареного мяса, на столах стояли бочонки с элем. Сельчане, со многими из которых Пирс был хорошо знаком, надели свои лучшие наряды, наперегонки с собаками носились дети. Как только ноги Пирса коснулись земли, раздались приветственные возгласы, и он увидел, что со стороны полей сюда приближаются люди.

Пирс почувствовал, как к горлу подступил комок. В мыслях он невольно перенесся во времена детства, когда вместе с братьями и другими детьми сломя голову носился по полям, карабкался на скалы, плескался в реке. То было замечательное, беззаботное время. За какое-либо «предательство» провинившегося всего лишь пихали носом в грязь, и можно было без особого труда получить прощение.

Пирс увидел, что к нему приближается Уолтер Траскотт, их кузен. Как только тот подошел, Пирс обхватил его за плечи и сжал в объятиях.

– Ну?.. Как Лайон? – Голос его дрогнул.

– Спасибо, я в полном порядке, – раздалось за спиной.

– Пирс обернулся и увидел Лайона. Уолтер отошел в сторону. Пирс перевел взгляд на трость в руке брата, и у него перехватило дыхание при воспоминании о том, в каком состоянии был Лайон, когда Пирс уезжал.