Асхалут дракона - Екатерина Боброва

В небесном зале было тихо. Где-то высоко грохотало, завывало, рождались и умирали смерчи, наливалось темнотой место прорыва. Здесь стояла тишина. Два дракона хранили молчание. О чем можно говорить, когда грань так близка, что жизнь отступает, страшась небытия.

- Сын, - тихо позвал Ильрандор.

- Да, отец, - откликнулся Ласти.

- Знаешь, просто хочу, чтобы ты знал. Я бы не стал от тебя требовать вступать в Гнездо. Ты бы мог уйти вместе с ней.

Ласти замер, осознавая предложенный ему дар. Щедро, очень щедро. Позволить сыну не участвовать в раскладе семьи, поставить его счастье выше благополучия Гнезда!

- Отец! - он моргнул, стряхивая непрошенную влагу с глаз.

Ильрандор долгим взглядом посмотрел на сына. Он прощался.

- Выживи, если сможешь, - шепнул одними губами, шагая вперед.

- Нет!

Ласти кинулся было наперерез отцу, но тот оказался быстрее. Ему не нужно было больше играть отвлекающую роль. Теперь его задача - заменить собой юного глупого Рионагдо, у которого все же хватило ума понять, что его жажду мести просто использовали для совсем других целей. Ильрандор улыбнулся, чувствуя, как ладонь касается уже холодной чужой руки, как иголками впиваются в кожу потоки силы. Боль очищала, смывала совершенную им оплошность. Он войдет за грань, сняв с души тяжкое бремя вины.

Ласти остался один. Рядом умирал отец, и он не в силах был ему помочь. Дракон аккуратно положил на камни тело Рионагдо, сел рядом. Как все меняет смерть! В сердце не осталось ненависти, только сожаление и... даже жалость?

Ему нужно было уходить, но он медлил. Что значит его жизнь для драконьего народа? А смерть? Еще несколько драгоценных мгновений мира. И он остался.

"Прости, Риленок, - мысленно обратился к такой родной и такой далёкой, - если я уйду, то внутри меня погибнет честь, если останусь - умру я сам. Знаю, ты поймешь и простишь, своего глупого дракона. Жаль, что мои крылья больше не ощутят тепло твоего тела. Мне так нравились наши полёты".

Но всему приходит конец. Ильрандор продержался не долго. Сердце Ласти болезненно сжалось, видя побледневшее лицо отца, но руки действовали быстро и твёрдо. Одной - поддержать, опустить на камни, второй накрыть холодную ладонь, самому стать частью ритуала. Целиком погруженный в боль, он уже не видел, как самые сильные и нетерпеливые твари прорвали полотно пространства, ринувшись вниз к сладкой добыче. Остальные озверело бились в еще державшуюся преграду.

Риль старательно пыталась не путаться под ногами. Сумятица вокруг царила жуткая. Маги пробовали навести порядок, скоординировать действия людей, грейфов и драконов, построить линии обороны. Самими дисциплинированными оказались тройки. Этих оставили в ударном резерве. Двойки - асхалут и дракон заняли круговую оборону. Им предстоял свободный бой. Наскоро обозначили сектора, строго настрого запретив снижаться на нижние уровни - свои с земли зацепить могут. Асхалутов на гроннах отослали на дальние сектора - прикрывать, вдруг кто решит пойти на прорыв.

Риль в который раз обвела взглядом небо - Ласти нигде не было видно. Хирано утверждал, что они с Ильрандором не пострадали в бою. Их видели живыми и невредимыми. "Где же, ты, где?" Риль пробовала пробиться сквозь барьер, тщетно. Ласти отгородился. Девушка не находила себе места от беспокойства, сердце щемило от предчувствия беды. Внезапно, мир перестал существовать, сузившись до слабого отголоска боли, докатившегося от Ласти. "Он умирает!" - пришло осознание, а руки сами потянулись за нити, вырисовывая портал. "Не пропадай, прошу, не пропадай", - она цеплялась за эту боль, как за последнюю надежду. "Если чувствует, значит, еще жив".

В зал она шагнула через несколько мгновений. Это на зачёте казалось построить такой портал сложно, а сейчас, страх за любимого стал лучшим стимулом.

- Зараза, какая же ты все-таки чешуйчатая зараза, решил умереть, да еще и без меня! - она прижалась к родной, но почему-то жутко холодной спине, обняла и, взламывая блок, потянулась к мужу. Сдвинуть с места Ласти, убрать руку, из которой тянулись черные щупальца, она не решилась. Любое вмешательство в магический ритуал чревато серьёзными последствиями. Риль горестно всхлипнула, чувствуя, как прорыв начинает тянуть из нее силы, но не отступила, лишь крепче прижалась к мужу, покрыв короткими поцелуями его рубашку.

Три черные тени с жутким визгом рванули вниз.

Испуганно клекотали гронны, люди зажимали уши руками, а драконы трясли головами - дикий визг бил по перепонкам, проникал в самое сердце, заставляя кровь превращаться в лёд.

- Держать строй! - рявкнул старший, - что вы, драконицы? Визга испугались?

Два дракона виновато покачали крыльями, занимая своё место. Оба были молоды, и за спиной имели лишь пару гонок, да шуточных поединка.

- К бою! - скомандовал старший, когда одна из тварюг оказалась в их секторе. Он немного помедлил, разглядывая противника. Та выглядела занятно, словно старая драная половая тряпка, с темным сгустком посередине. Внезапно тварь повернулась боком, и сгусток оказался маленькой головой с провалами между глаз. Рта у неё не было.

"И стоило бояться? - удивился дракон, - на вид ничего страшного". Асхалуты дружным залпом отправили в тварь по белому сгустку молний. Та, даже уклоняться не стала, наоборот, сдвинулась в сторону, чтобы поймать все три заклинания. Острое зрение позволило старшему разглядеть, что вреда те не причинили. Тварь махнула пару раз рваными краями, словно выражая довольство.

- Ах, ты, гадина, держись!

Он первым зашел на атаку, выпуская струю пламени. Гадина уклонилась, демонстрируя нелюбовь к огню.

- Оказывается, кто-то не любит горяченького, - с удовлетворением подумал дракон, готовясь повторить залп. В этот раз он почти достал тряпку, но та тряхнула обожжённым краем, на котором появились лишние дыры, и к немалому удивлению старшего, через пару мгновений следов от его атаки не осталось.

- Живучая, тварь, - захотелось плюнуть, желательно в тряпку, ещё лучше ядовитой слюной, но тварь уже выскользнула из их сектора.

Пара магических атак и пространственники вынуждены были отказаться от своего главного оружия.

- Эх, сюда бы с десяток огнеметов, - вздохнул один из магов.

- Так вон же, летают над головами, - возразил другой.

- Они по одному шмалят, а температура не дотягивает, эту тварюгу хорошенько прожарить надо. Как бы заставить этих ящериц объединиться и дать одновременный залп из всех глоток.

Но ящерицы и сами сообразили, что нужно делать. Сразу три звена, образовав сложное построение, чтобы не задеть друг друга, зашли на атакующую линию. Огневой залп ярко-желтым сгустком пронёсся по небу, на мгновенье возвращая солнечную яркость сумрачному дню. Одна из тряпок ярким факелом вспыхнула на тёмном фоне неба. Одновременно с этим истошный визг ударил по перепонкам - твари перешли в наступление.