Охота на рэкетиров - Ярослав Зуев

— Зря ты так.

Напутствие медсестры Яны не давало Кристине покоя, настроение у нее портилось с каждой минутой. Очевидно, Кристина раз за разом прокручивала в уме момент расставания с медсестрой, гнев накапливался в ней, как электрические разряды в грозовом облаке. Андрей догадывался почему-то, кому уготована судьба громоотвода.

«Сегодня день раздачи трындюлей, — усмехался Бандура-старший, когда маме Андрея случалось закипеть на ровном месте. — А я, выходит, дежурный…»

Андрей осознавал, что Кристина жаждет реванша, и готовился к самому худшему.

— Зря я вообще с тобой поехала… Дура… Поперлась неизвестно куда и зачем!.. — Для разминки начала Кристина.

«Таки дура, никто не спорит».

— Я же тебе предлагал остаться…

— С Заикой? С этой истеричкой конченой? Спасибо — не надо!

— Тебе не угодишь, — произнес Бандура вкрадчиво.

— Какого лешего мне в Киеве не сиделось, хотела бы я знать? Что я здесь потеряла?!

— А… — протянул Андрей, почувствовав, как внутри поднимается пенистая волна ярости.

— Да! В Киеве! — бросила вызов Кристина. — Стоило переться к черту на кулички, чтобы найти одного жалкого брехуна в такой вшивой халупе, куда и ногой ступить противно, да мямлю под охраной психопатки. А теперь я вообще в толк не возьму, что мы тут забыли…

— Ребята тебя не спрашивали, что они в Крыму забыли, когда за Боником пришлось гнаться! — голос Андрея дрожал от обиды. — Из-за тебя да Аньки мы в дерьмо вляпались!

— Из-за меня?! — вспыхнула Кристина. — Твои дружки аж бегом побежали, потому что им хвосты припекло. Ледовой бы с них в два счета шкуры содрал! А не приспичило бы, никто б и с места не сдвинулся!

— Уверена? — поинтересовался Бандура зловеще.

— Чтобы ты не сомневался! А этот твой Атасов — старший куда пошлют. Типа, туда, типа, сюда… Руководитель группы долбаный!

— Может, и Вацика Атасов привел?!

— Вацлав — дружок Анны. Я тут НИ ПРИ ЧЕМ! — отрезала Кристина.

Когда ей случалось увлекаться, она и сама верила собственной лжи. Причем — совершенно искренне. Такова уж была Кристина Бонасюк. И ничего с этим не поделаешь.

— А Атасов при чем?! — задохнулся от негодования Андрей.

— Меня не касается. Твой Атасов мне вообще — до лампочки! Великая ценность! Не понимаю, что ты в нем обнаружил?.. К тому же, он алкоголик, а я этого — терпеть не могу!

«Неприязнь к пьяницам с подругой Анькой бухать тебе немешала?» — думал Андрей со злостью.

Впрочем, он подозревал, что с Анькой Кристина попрощалась. По крайней мере, за все время поездки о куме Анне не было сказано ни слова. Как будто бы той вообще не существовало.

— Интересно знать, — продолжала Кристина, распаляясь все больше и больше. — Поехал бы твой любимый Атасов тебя, дурака, разыскивать? Или Протасов? Али Э-э-эдик?

— Поехали бы.

— Сомнения меня терзают!

— Не меряй всех по себе!

— Да они тебя за шестерку держали…

У Андрея загудело в висках.

— Это ты Аньку похерила, как только она вляпалась! — заявил Бандура вне себя от бешенства. — Ты еще в Осокорках пыталась соскочить. Невменяемую из себя корчила! Я хорошо помню! А теперь сдала ее с потрохами!

Честно говоря, судьба Анны Ледовой и его не слишком волновала. Андрей хотел зацепить Кристину побольнее, и с задачей справился на «отлично».

— Закрой рот! — завизжала Кристина. — Закрой свой черный рот! Не тебе судить о нашей дружбе! Понял, недоумок?!

— Клевая дружба! — зарычал Андрей, с трудом пропустив между ушей оскорбления.

«Аристократка рыночная! Графиня из баньки!»

С минуту оба переводили дух. Андрей раздумывал над тем, что пора прекращать ссориться, пока не стало поздно. Кристина держалась совершенно иного мнения.

— Чего ты завелась? — нарушил молчание Андрей. — Ты бы видела, какая тут гонка была. Теперь близко уже. Скоро найдем то место.

Андрей исподтишка покосился на Кристину. Та лишь поджала губы и нахмурилась.

«Ни единого признака примирения. Вот дрянь упертая».

— Между прочим, — продолжал Андрей, рассудительно решив заручиться поддержкой далекого Правилова. — Мне Олег Петрович посоветовал из Киева уехать. На время. Пока не улеглось все.

— А ты и уши развесил?

— Ничего я не развешивал… — несколько опешил Андрей. — Украинский после несчастья с дочкой ходит сам не свой. Только и ищет, кому бы в глотку вцепиться.

— С тебя какой спрос?! Твой Правилов девчонке сам кислотой лицо залил, а на тебя свалит. Пока ты тут бестолку тычешься, по закоулкам. Кто сбежал — тот и виноват.

— Это урки сделали! — воскликнул Андрей. Впрочем, без особой уверенности в голосе.

— Неужели ты такой кретин, что веришь дешевым правиловским байкам?

— Напрасно ты так об Олеге Петровиче…

— Что напрасно?! — взвизгнула Кристина. — Как он родной племяннице помог, так и тебе поможет. Правилов… — Кристина воздела руки к потолку, апеллируя к Высшему Судье. — Дался тебе этот Правилов. Ничтожество продажное. Нашел тоже, перед кем пресмыкаться! Ни-что-же-ство!

— Я ни перед кем не пресмыкаюсь! — залился краской Андрей. — И потом… Олег Петрович, между прочим, мой шеф. И с моим Стариком когда-то служил.

Слово Старик, использованное Протасовым в рассказе о собственном отце, пришлось Андрею по душе. И он немедленно вставил его, как только речь зашла о Бандуре-старшем.

— Да кому сейчас интересно, кто с кем служил?! — презрительно отмахнулась Кристина. — Ладно. Поскольку ты сам с головой не дружишь, я тебе объясню, так и быть. Твой шеф Артем Павлович Поришайло. Ты же сам хвастался, как Поришайло тебе подарил перстень?

— Ну, подарил, — признал Андрей, — что с того?

— И деньги?

— И деньги…

Андрей хлопнул себя по лбу.

— Вот блин! Забыл!..

— Что забыл? — поинтересовалась Кристина вкрадчиво. Андрей с расстояния почувствовал, как она вся напряглась.

«Зря ляпнул», — сказал себе Бандура.

— Ничего… — буркнул он под нос.

— Ты что, отдал часть денег Протасову? — переспросила она так холодно, что у Андрея создалось полноценное впечатление, будто в салоне осел иней.

— Ты дал деньги этому тупому жлобу?!

Хмуро уставившись в пространство перед капотом, Андрей раздумывал над тем, что молчание и вправду золото.

«Теперь эта бешеная самка тебя со свету сживет. Ну что же, сам и виноват».

— И собрался Эдику с психопаткой отсыпать?

— Она тут ни при чем, — глухо сказал Бандура.

— Ах вот как? Мы могли в любой круиз уехать. За границу! Куда угодно! Так он решил все деньги на дружков протрынькать.

— Я… — открыл было рот Андрей, но Кристина его опередила.

— Она тут ни при чем?! Это я тут ни при чем! Безмозглый придурок!

Андрей решил, что Кристина вот-вот захочет выйти.

— Ну-ка, останови машину! — приказала она.

— В Киев намылилась?

— Не твое собачье дело, ничтожество!

— За Васильком соскучилась? — осведомился Андрей, сочувственно улыбаясь.

— Лучше Василек, чем узколобый урод вроде тебя!

— Естественно. Сауна, кретины парятся, денежки капают.

— Не твоего ума дело!

— Да уж понятно, что не моего. Ты грамотная за чужой счет. Пошел Правилов на фиг. У самой в Киеве кусок хлеба с маслом есть. Так что тебе Правилов ни к чему, пока какие новые бандюканы не наедут.

— А тебя в Киеве никто не держит. Катись к папочке в деревню мед качать!

— Обойдусь без твоих советов как-нибудь! — сорвался на крик Андрей. — Ты о своих банных буднях подумай. Жопу подставила — лишний полтинник есть. А то и сотка, что скажешь?

— Ну-ка останови!

— На ходу выбрасывайся.

— Ничтожество!

— Захлопни пасть! Задрала!

Кристина рванула ручку на себя, Андрей поднажал на газ.

— Давай, козлиха! Хочу это видеть!

И тут в панораму лобового стекла вплыла дорожная развилка. Первым ее опознал желудок Андрея, немедленно свернувшийся тугим морским узлом. Так, что глотать стало некуда.

Бетонка тянулась дальше, очерчивая фронт кукурузного поля. Свеженасыпанная полоса гравия отпочковывалась от главной дороги и сразу ныряла в заросли. Дорожный указатель с надписью «СТО» кто-то успел отодрать. С мясом. Так, что остался один столбик, с торчащими из него шляпками гвоздей. Впрочем, Андрей и без указателя знал, что они попали, куда следует. На ту самую развилку.

— Вот оно, — выдохнул Бандура, резко крутанув руль вправо. Круша зеленые стебли, «Ягуар» выехал на поле и утонул в нем — по крышу.

— Что ты делаешь?! — завопила Кристина.

— Отвяжись!

В салоне стало так темно, будто они очутились в джунглях. Заросли освещались призрачным, рассеянным зеленоватым светом, пробивавшимся сверху. Листья колыхались на ветру, отбрасывая причудливые продолговатые тени. Поднапрягшись, вполне можно было представить, что находишься в сказочном заколдованном лесу.