Магистр Тайной Печати - Кристиана Берестова

Судья замолчал, переводя дыхание.

— К чему я клоню, господа? Сегодня на архив Донны Лантье наложили Тайную Печать.

Губы Айрин задрожали. Неужели она до сих пор не поняла, какая разница между нашей дочкой и тем, кто сейчас живет в ее теле? Словно подслушав мои мысли, судья обратился к Рини.

— Поймите, Айрин, Донна уже давно умерла. Вы ведьма и вам, как никому другому известно, что бывает, когда душа уже давно обрела покой.

Жена подняла на него свои звездно-синие глаза.

— Я все понимаю. Все. Только боль моя почему-то никуда не делась. — Ее взгляд стал жестким. — Про Тайную Печать мы уже знаем, чего вы от нас хотите ваша честь?

Креатор шумно вздохнул, потер переносицу, негромко кашлянул и ответил.

— Я хочу, чтобы не было претензий с вашей стороны. Если вы согласны с приговором, скажите это сейчас, а то начнете опять самодеятельностью заниматься: собственное расследование проводить, петь мне песни о том, что Донну подставили…

— А ее подставили? — не преминула спросить Фиалка.

Судья развел руками.

— Ну что я вам говорил? Уже начинается. — Его голос звучал почти обреченно. Лиада пихнула Фиалку под столом. Пихнула от души, Соня ойкнула и надулась, потирая пострадавшую коленку.

— Можете ознакомиться с делом, Крис. Не забывайте только, вам теперь по статусу не положено бегать по кустам с арбалетом. К тому же Донна в другом сообществе и исполнением приговора будут заниматься Воины Печати. В своем сообществе, впрочем, вам тоже не придется больше этим заниматься. У нас, слава Преверу, есть вам достойная замена, целый штат выпускников Университета, сего года выпуска.

Соня с Лиадой переглянулись и дружно кивнули. Донна была из одного с ними сообщества, и они имели право уничтожить ее.

— Ну нет, и думать забудьте, — судья погрозил им пальцем.

— Вы, Вайолет, теперь студентка Университета, а вы Лиада в слишком высоком звании, чтобы этим заниматься. И вообще, — он раздосадовано нахмурился. — Чего вам спокойно не живется? Мы специально дали вам звания повыше, чтобы вы нам глаза больше не мозолили, а вы неугомонные какие-то.

— А чего в этом плохого-то? — возмутилась Соня. — Служим на благо Пондемониума, жизнью рискуем, а вы нам палки в колеса пытаетесь вставить.

Лиада снова врезала своей протеже под столом. На этот раз глаза Фиалки полыхнули гневом.

— Никуда мы вам не пытаемся вставить палки! — Выпалил, было, судья, но осознав, что его слова могут быть неверно истолкованы, смутился и покраснел. Пытаясь загладить свою промашку, он быстро заговорил дальше.

— Почему у вас такое недоверие к высшим органам власти? Что, думаете, без вас не разберутся? Мы хотим как лучше для вас, а вы все на рожон лезете. Совет Концессий никого просто так к уничтожению не приговаривает!

— А где сейчас заговорщики? — спросила Айрин.

— Они обезврежены и заключены в Башню, — ответил ей мой босс, появляясь в дверях.

Выражение его лица мне не понравилось, оно светилось странной тревогой, так хорошо знакомой мне по опыту. Тепло поприветствовав судью и почтительно откланявшись присутствующим, Самаэль занял свободное место.

— Ваша честь, разрешите полюбопытствовать, у кого сейчас находится дело Донны? — Вступил в разговор барон Лингстрем.

— Дело у меня, Курт, — недовольно ответил Креатор. — Хотите копию?

— Было бы недурно, — ледяным голосом ответил Курт. Легкая тень пробежала по лицу судьи.

— Я предоставлю ее вам, барон. Как нам с вами договориться?

— Дайте нам на время оригинал, и мы сделаем с него столько копий, сколько нам понадобится для успокоения души. После этого мы поблагодарим вас за гостеприимство и отправимся восвояси.

Вот это самообладание! Молодец Курт настоящий полковник. Не смутило его недовольное лицо старейшего Креатора, не сбила с толку пустая болтовня.

— Хорошо, барон, будь, по-вашему.

Покидая Башню.

Дружно оставляя апартаменты судьи, мы все как один думали о Донне. Незаметно улетучилось чувство удовлетворения от хорошо проделанной работы. Вот дьявол! Зачем было портить нам такое хорошее настроение, после удачного завершения дела?

Вежливо попрощавшись, Самаэль незамедлительно отбыл в Лодрем. Мы медлили, погруженные каждый в свои невеселые мысли.

— Да, кстати, господа, — услышали мы в спину голос судьи. — Вы что же, разводиться не собираетесь?

Курт пронзил меня напряженным взглядом и сжал руку Айрин. Переглянувшись, мы дружно кивнули.

— Нет, господин судья, — не обращая внимание на дико вращавшего глазами Курта, сказала Айрин. — Сначала мы решим все наши семейные проблемы, а уж потом официально расторгнем брачные узы. — Курт молча выпустил ее руку из своей ладони. Креатор одобрительно хмыкнул.

— Я вас правильно понял досточтимые супруги Лантье, вы собираетесь сунуть свои носы в дело Донны?

— Совершенно верно ваша честь, именно этим мы и планируем заняться.

Старейший Творец бессильно развел руками.

— Что ж, как у родителей биологического тела Донны, у вас действительно есть на это право. Можете мне не верить, но в досье все в порядке, приговор справедлив. Вне закона она по заслугам, но, раз вы хотите заниматься расследованиями в свой отпуск, дело ваше. Знайте только, ваши действия неофициальны. Вас никто к этому не уполномочивал.

— Мы все понимаем ваша честь.

Судя по нахмуренным бровям старейшего Креатора, он явно в этом сомневался.

— Я передал второй экземпляр оригинала барону Лингстрему. Сделайте с него копии, архив верните мне. Прощайте, господа, дела не ждут, — на этих словах судья растворился в воздухе, как утреннее приведение.

— Куда мы теперь? — растерянно спросила Соня.

Честно говоря, я еще не думал о том, куда мы все направимся после суда. Слишком много приходилось слушать, анализировать и чувствовать. Курт обнял Лиаду за плечо и бережно отвел в сторону. Он что-то тихо говорил ей на ухо на незнакомом мне языке.

— Крис, может, ты объяснишь мне более подробно, что здесь происходит? Вы все говорите по-французски, и общаться я могу только с тобой, — прозвучал рядом нежный голосок Алисы.

Бедная малышка, она действительно была ограниченна в общении. Я бережно обнял ее за плечи.

— Придется, видно тебе учить французский язык или везде таскать за собой дедушку Жофрея в качестве переводчика.

— Да нет у меня времени сидеть с учебниками! Вокруг такие события творятся! Вы же всемогущие колдуны, неужели нельзя под каким-нибудь гипнозом вложить мне в голову ускоренный курс французского языка?

Я задумался. Попробовать, конечно, можно, только вот какой будет результат?