Экспансия - Роман Пастырь

Эрано. Проверим, сможешь ли ты разобраться, что я делаю, и как это использовать. Остальные тоже смотрите, — добавил он так, что стало понятно, многого от остальных учеников не ожидается.

Выставив ладонь, Кирий принял пропускать через себя поток внешней силы. Она циркулировала в нём, и над ладонью капля за каплей стал формироваться шарик эссенций. Лихо он. Я пробовал с этим работать, но большого успеха не добился. В день по капле выходило.

— Что видите? — спросил Кирий.

— Эссенции архетипа движений, — ответил я.

Остальные собрались вокруг и смотрели… Ну, без уважения, не совсем понимая, с чем столкнулись.

— Которые абсолютно бессмысленны в формировании ауры, потому что движение как таковое не подходит для её создания. Нужно что-то более материальное. Смотрите дальше.

Это я тоже сам обнаружил, когда пытался последовать совету Сарко. Тот либо не счёл нужным, либо сам не знал, какие особенности есть у архетипа движения.

Тем временем вокруг шара закрутился воздух, быстро возник смерч. Небольшой, он постепенно разрастался, пока не достиг метровой высоты. Эссенции движения стали менять цвет, превращаясь в… эссенции воздуха.

— Кирий, а ты владеешь воздухом? — спросил я.

— Нет, — улыбнулся мастер.

Поток воздуха закрутился, ударил в землю и принялся собирать пыль. Вскоре возникли эссенции земли. Которые через минуты опали, и им на смену пришло что-то острое. Кажется, эссенции силы меча или что-то подобное.

— Движение — один из базовых архетипов, на котором стоит наш мир. Нельзя дышать, сдвинуть камень, ударить мечом без движения. Оно есть во всем. В свете, темноте, в воде и земле, в крови и природе.

— Какой из этого вывод? — спросил я, догадываясь об ответе.

— Постигнув движение, можно закрыть слабые стороны за счёт других сил. Это будет сложно. Не факт, что у кого-то из вас получится. Но попытаться-то вы можете.

Кирий сжал ладонь, растворяя эссенции, и рассмеялся.

Дурковатый он немного, конечно.

Разумеется, поднятая тема не была единственным, о чем я спрашивал, но и учёба моя только начиналась.

***

Так наши занятия и проходили. Каждый день Кирий придумал что-то новое или показывал, как лучше практиковать то, что уже было.

На первый взгляд, тренировки были странными, как и сам наставник, но каждый день я замечал, как продвигаюсь вперед. Это при том, что я и так до этого выжал свой потенциал, дойдя до той отметки, когда каждый шаг даётся с большим трудом. Так что снова разогнаться было приятно и мотивировало. Бывало, что мы с Кирией засиживались до поздней ночи, либо практикуясь, либо споря о какой-либо детали.

Акцент шёл на два умения. Развитие шага во всех его проявлениях, будь то ускоренное перемещение или ходьба по вертикальным поверхностям. И на использование движения в атакующих целях. Спустя месяц я добился того, что мог срезать кусок скалы на расстоянии пятидесяти шагов, и это было только начало. За следующие пять месяцев я собирался полностью раскрыть это искусство.

У Каи тоже имелись успехи. Она занималась чем-то схожим. Налаживала связь с темнотой таким образом, чтобы та помогла ей перемещаться. Как именно — это вопрос к темным практикам, я в те дебри не лез, мне и самому хватало тем для изучения.

Отдельно расскажу про два упражнения.

Как-то раз, утром, Кирий притащил нас к горной реке. До неё где-то с полчаса от храма. Подойдя, он спокойно пошёл по воде.

— А вы чего встали? — спросил он, обернувшись. — Давайте на ту сторону.

Первой попробовала Лиза и ожидаемо оказалось в воде. Злая, раздраженная и мокрая, она выбралась наружу. Я пробовать не спешил, наблюдая за тем, что делает Кирий. На словах это сложно описать, но попытаюсь. Мастер настолько слился с движением водяного потока, что не проваливался. Это, кстати, один из основополагающих принципов, которому он обучал.

— Если убрать всё лишнее, получится идеально движение, — повторял он нам раз за разом.

Лишним могло быть что угодно. Напряжение в теле — для его проработки мы занимались растяжками и массировали друг друга, учась заодно ощущать движение токов в чужом организме. Несовершенство самих движений — для чего нас заставляли отпустить мысли и позволить телу двигаться самому. Какие-то физические ограничения, обойти которые тоже имелись способы, и практики, позволяющие этому научиться. Список большой, и Кирий регулярно каждому из нас указывал на что-то новое.

— Действуйте, а не меня разглядывайте, — пожурил нас Кирий и подпрыгнул.

Ни всплеска, ни кругов на воде. Поток был несильным, но был, и, как стоять на воде, я не представлял.

Пришлось пробовать. В тот день я не раз искупался. Да и в последующие тоже.

Второе упражнение было куда интереснее. То, ради чего я в школу и прибыл. Техники смещения. Заодно узнал, как именно главного жреца в храме выбирают.

То утро началось с прихода в новую комнату. На этот раз она была обычной, если не считать размеров. Кирий встал у белой линии, прочерченной в начале помещения.

— В этом месте проводятся экзамены на мастерство. Мастером пути считается тот, кто способен дойти до красной отметки, — указал Кирий на линию, что была где-то в тридцати шагах от нас, — Можете попробовать. Вдруг среди вас есть мастера, а я не в курсе.

Предложение скрывало подвох, как нетрудно догадаться. Я уже наловчился видеть секреты храма и чувствовал, что путь в эти тридцать шагов легким не будет. Тем не менее попробовал каждый.

Стоило заступить за белую линию, как на меня навалилось давление. Стало трудно дышать, ноги повело в разные стороны, я словил дезориентацию и позабыл, как двигаться. Из чистого упрямства сделал три шага, после чего меня повалило и выкинуло обратно, протащив по полу. У остальных было не лучше. Я бы сказал, хуже.

— Это нелегко, как вы могли заметить, — прокомментировал наставник. — Комната выстроена таким образом, что каждый последующий шаг в разы сложнее. Но пройти этим путем можно.

Кирий спокойно переступил черту и прогулялся до красной линии, не встречая никакого сопротивления.

— Это базовый экзамен, — сказал он, вернувшись. — Если пройдете, можете гордиться собой и считать, что что-то поняли из моих уроков.