Спасти красноармейца Райнова - Владимир Геннадьевич Поселягин

но егеря легли все. Про золото командир роты знал, он его забрал и смылся, тем более наши на пятки наступали, понимал, что ловить с немцами нечего. В Швейцарии только в сорок шестом и всплыл, тогда я эту историю и узнал. Даже бывал на месте боя и яму от схрона видел.

Проснулся утром, подъём был, мне дали пять галет, и даже кружку с кофе выдали. Так что посадили в машину, легковой «Опель-Капитан», грузовик с солдатами ехал за нами. В прикрытии в качестве брони была укороченная версия «Ганомага» со спаренными зенитными пулемётами «МГ». Он собственно впереди и катил. Добрались за полтора часа, показывал куда ехать, хотя всё так незнакомо, после боевых действий сорок четвёртого, там кое-где и ландшафт сменился. Но нашёл, не ошибся. По пути встретили грузовик, что Райнова вёз. Его просто перекинули в грузовик охраны, и те, кто его привёз, укатили. Мне одно не понравилось, у Степна свежий белый гипс на ноге. Он не ходок. Что правая рука в бинтах, это мелочи, меня нога его беспокоила.

Мельком посмотрев на капитана, я уже показал где нам встать, и когда мы вышли, сказал:

- Хотелось бы признаться в неточности. Вы честно ведёте дела, и я бы хотел быть честным.

- Золота нет? - насторожился тот.

Мы в сторону отошли, так что нам не мешали.

- Нет, золото есть, слитки и монеты. Просто оно с Польской компании. Один бывший польский офицер о нём рассказал, двадцать первого июня допрос был. Очень жить хотел, я ему поверил. Вы бы не поверили, мол, по слухам, там-то золото зарыто, вот и сказал, что сам закапывал. Там не свежее захоронение, старое. Но оно есть. Идёмте, я покажу.

Солдаты взяли лопаты, я отсчитал от валуна нужное расстояние и указал место.

- Вроде тут.

За двадцать минут на метр углубились, но ящик нашли. Немного промахнулся я, угол обнажился, но очистили весь. Капитан сам сбил замки и изучил содержимое, без свидетелей, кроме меня, ящик убрали в грузовик, и немцы укатили. Меня капитан кинул. Нет, Райнова и меня оставили как есть, но долю, что я выторговывал, нет, забрал всё. В принципе, пофиг, будет самолёт, ограблю какой германский банк, золото будет, если захочу. А так проводив их взглядом, хоть тут слово сдержал, подошёл к сидевшему у дерева бойцу, тот опирался спиной о него, с интересом меня разглядывая.

- Степан Райнов, красноармеец Пятнадцатого стрелкового полка?

- Да, это я, товарищ лейтенант.

Да я сам видел, что это он.

- Отлично. Мне приказали тебя найти и доставить командованию. Некий майор госбезопасности Зиновьев. Знаешь такого?

- Нет.

- Не родственники?

- Нет, нет у нас таких родственников.

- Может ты свидетель чего? С чего такой интерес?

- Не знаю, обычный боец я.

- Хотя да, если подписку о неразглашении брали, то ты должен молчать, вот и молчи. Там разберёмся. Я между прочим карьерой рискую. Мне Зиновьев старлея обещал, если тебя доставлю. Вон, офицера германского подкупил, схрон польский с добычей сдал, чтобы тебя и меня отпустил. За это меня по голове не погладят. Ладно боец, тебя нужно эвакуировать к нашим. Что с ногой и рукой?

- Сказали осколком в ногу, кость сломана, в руку пулей. Пока терпимо.

- Вода и еда?

- Хочу всё. Сильно.

- Ясно, у меня тут недалеко схрон, километр тебя тащить. Давай на закорки ко мне.

Тот забрался мне на спину, ух тяжёлый, и вот я потащил его. С полкилометра смог, а дальше всё. Сам оглушённый, сил не хватало, так что усадил, сам отбежал, якобы к схрону. Принёс фляжку, банку саморазогревающеюся, с мясом, пачку галет. Больше ничего нет, последние запасы. Мы вместе и заточили их. Я босиком. Он тоже, надо что-то делать.

- Нужно транспорт искать, - озвучил я. - До места стоянки моего отряда километров сорок будет, даже чуть больше. Или машина нужна или повозка. Значит так, держи плащ-палатку. Я тебя туда в кусты оттащу. Жди, я за транспортом, вернусь или этой ночью, или утром следующего дня. И припасов нужно добыть, у моих бойцов скоро к концу они подойдут. Всё ясно боец?

- Ясно товарищ лейтенант. В тех кустах ждать вашего возращения сегодня или завтра, себя не обнаруживать.

- Молодец, всё точно.

Я во фляжку воды набрал, рядом речка, чтобы у того было что попить, устроив его в кустах, со стороны не видно, я отбежал, переоделся в синий комбинезон и напрямую мимо дорог побежал до Высоко-Литовска. До него километров десять будет. Там всё и добуду.

Я решил угнать авто у складов с продовольствием, подождать, когда загрузят, и угнать, там припасы и нам со Степаном и отряду надолго хватит, тем более котёл я добыл, есть где готовить. В одном месте я по скудному перелеску бежал и меня обстреляли, судя по звуку, два «МГ» работало и карабины, около десятка, значит немцы. Впритирку несколько пуль прошло, я успел рухнуть на прелую листву и дальше активно полз, пока на меня сыпался мусор, срезанные листья и мелкие ветки. Стук по деревьям так и шёл. Не самый приятый звук. Одно стало ясно, передвигаться днём в зоне боевых действий, тут недалеко передовая, это не просто опасно, самоубийство, так что я решил залечь где до наступления темноты. И полз подальше. Немцы вроде прочесать решили там, где меня видели. Сглупил я, решив, что смогу добраться до города, хотя до него всего километра четыре оставалось, тут пройти небольшой лесок и с другой стороны увидел бы его, но до леса не добрался, там поле и полевая дорога. Не пустая наверняка. Я просто до них не успел добраться. Чёртовы солдаты. Они серьёзно искали того, кто тут бегал, пришлось снять с себя всё и скользнуть в воду речки. Тут глубина по пояс, и метров пять ширины, приток какой-то реки, но я смог затаиться в камышах. Два часа ждал. Немцы долго не искали, прошли цепью и тишина, но я не рисковал, лучше переждать, тем более вода вполне тёплая. Почему и нет? Ноги после пробежки отойдут. Сбил. Я же без сапог, добыть их это одно из главнейших дел. Впрочем, на складах, куда я и устремился, сапоги были. Командирские. Подберу себе пару новеньких сапог. Одну носить, вторую в запас. Посмотрим, что там есть.

Всё же я не выдержал и выбрался вскоре. А то губы посинели, что-то дрожать стал,