Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

Пересекая «большую лужу» — Атлантический океан — с полным запасом топлива на борту, U-552 снова направлялась к американскому побережью, где предполагалось нанести противнику особо сильный удар. Первые дни похода проходили при переменном ветре, сила которого колебалась между тремя и шестью баллами. К вечеру 15 марта ветер усилился, и высокая зыбь, к досаде командира, еще уменьшила скорость хода субмарины. Через два дня она достигла района холодного течения. Оказавшись во власти ледяного Лабрадорского течения, Топп с отвращением вспомнил злополучный поход к Ньюфаундленду, заменивший «приятное путешествие» на юг. Однако ничто, кроме леденящих душу воспоминаний, уже не могло взволновать команду U-552. В этот раз была взята теплая зимняя одежда и лодку оснастили всем необходимым.

19 марта налетел одиннадцатибалльный шторм, и подводная лодка с трудом продвигалась вперед. Видимость была умеренная, но в надводном положении расходовалось слишком много топлива, поэтому Топп решил продолжать путь под водой. Ночью заряжали аккумуляторы, по утрам и в полдень лодка производила вентиляцию, для чего приходилось всплывать.

Из поступившей 21 марта радиограммы стало известно, что в районе канадского порта Галифакс формировался конвой, направлявшийся в Англию. В этот день временами проходили снежные заряды, и вслед за ними видимость снова прояснялась. Топп, решивший действовать против конвоя, на следующий день принял оповещение о его обнаружении от капитан-лейтенанта Эриха фон Бюлова, командира U-404. Одновременно Бюлов сообщал, что из-за недостатка топлива сам он не сможет поддерживать контакт с конвоем. Конвой в своем составе имел пять крупных транспортов, два крейсера, шесть миноносцев и шел со скоростью 12 узлов. Топп решил отказаться от атаки, поскольку вероятность встречи была небольшой, а попытка разыскать конвой привела бы к чрезмерному перерасходу топлива.

Ночью 23 марта погода немного улучшилась. В 00.30 вахтенные доложили об обнаружении дымов. U-552 полным ходом пошла на сближение с конвоем, который показался в 01.30. Топп донес по радио об обнаружении конвоя в составе пяти-шести крупных транспортов, одного большого военного корабля и миноносцев. Возможно, это был тот конвой, о котором сообщал Бюлов. Если это так, то он сильно изменил курс.

Субмарина шла против волны под двумя дизелями полным ходом, но, несмотря на это, почти не продвигалась вперед. Видно было, что противник имел значительно большую скорость. Под утро, когда преследование пришлось прекратить, U-552 находилась уже в назначенном для нее районе — вблизи Филадельфии.

Очень скоро, в утренних сумерках, Топп обнаружил танкер, с которым поддерживал контакт в течение всего дня. Танкер шел зигзагом, и атаковать его из надводного положения было невозможно. После 03.00 утра приходилось держаться на большой дистанции от танкера, поскольку небо было безоблачным, а луна предательски освещала ровную, блестящую поверхность океана. В 04.19 подводная лодка погрузилась, готовясь к атаке. Вскоре после погружения лодки противник застопорил ход. Когда дистанция до танкера сократилась до 1000 метров, он дал полный ход и резко повернул на подводную лодку, которая быстро ушла на глубину 20 метров. Танкер прошел на полном ходу точно над лодкой, и с той же скоростью удалился.

Приказав всплыть, Топп зашел вперед по курсу танкера для торпедной атаки. Через час лодка оказалась в выгодной позиции. Началось сближение, но танкер снова сделал зигзаг, застопорил ход — и подводная лодка оказалась у него на остром курсовом угле. Полагая, что танкер должен вскоре лечь на прежний курс, Топп продолжал сближение. Наблюдения показывали, что танкер поворачивал с застопоренными машинами и делал это каждый раз, когда лодка оказывалась у него на острых курсовых углах.

Вскоре субмарина отошла. В этот момент танкер дал полный ход и лег на основной курс. Заметил ли он лодку?

В 06.40 подлодка погрузилась для атаки танкера из подводного положения. Противник хорошо был виден в перископ. Создавалось впечатление, что танкер вот-вот окажется на остром курсовом угле подводной лодки и еще может быть произведен торпедный выстрел. Но танкер снова остановился, затем развернулся и полным ходом направился в сторону находящейся под водой U-552. Топпу ничего не оставалось, как опустить перископ и уйти на глубину. Атака сорвалась.

Капитан-лейтенант Топп не знал, что предпринять. Поведение танкера его сильно озадачило. Он все еще был уверен, что противник не заметил лодку. Гораздо позднее, уже вернувшись из похода, Эрих Топп узнал, что подобные маневры судна, подвергающегося атаке, были связаны с введением противником новых средств обнаружения субмарин и борьбы с ними. Но в тот момент времени на раздумье не оставалось.

В 07.00 лодка всплыла и следовала за танкером, держась в теневой части горизонта. Командир решил еще раз атаковать судно, как только скроется луна. Наконец видимость уменьшилась, и подводная лодка в четвертый раз пошла на сближение с танкером. Команда Топпа тоже не понимала, в чем дело и что мешает атаковать противника.

Между тем U-552 уже заняла позицию впереди по курсу танкера, развернулась и готовилась к торпедному выстрелу. Танкер, приближался и уже показался во всю свою ширину. И вдруг в самый последний момент противник снова сделал крутой разворот в сторону лодки.

После похода Топп вспоминал: «Я заорал не своим голосом: „Оба дизеля, полный назад!“, склонившись над рубочным люком. Танкер совсем рядом, и погрузиться не успеть… В каких-нибудь пяти метрах лодка проходит за кормой танкера! Она была бы смята и раздавлена ахтерштевнем танкера, если бы его капитан положил руль на правый борт вместо левого. Наверное, он сильно выругался, когда заметил ошибку и понял, что таранить лодку не удалось…»

Подводная лодка была вне опасности. Артиллерийский расчет на танкере почему-то не занял своих мест у орудия. Только теперь капитан танкера начал радировать, что судно преследуется германской лодкой. Топп быстро отошел, развернулся за кормой противника для следующей атаки и выпустил по нему торпеду.

«Попадание в самую середину! — продолжал Топп. — Загруженное до отказа судно начинает гореть. Огонь быстро охватывает весь танкер. Он заметно оседает. Под давлением воды повсюду пылающими фонтанами бьет нефть. Мы стоим вблизи пожарища. Кажется, для этого танкера вполне достаточно одной торпеды. Это неплохо — каждая на счету!

Пока танкер полностью погрузится, ждать я не стал: в этом районе полно самолетов. Отходим в западном направлении и замечаем множество рыбачьих судов с отличительными огнями. От встречи с рыбаками на всякий случай приходится уклоняться. В 12.00 появляется моторно-парусное судно, и мы погружаемся. Вдали продолжает гореть атакованный нами танкер. Узнаем, что это „Оушен“. В течение дня его название упоминается в перехваченных радиограммах. Похоже, им так и не удалось спасти это ценное голландское судно.