Не суди по оперению - Зои Брисби

Максин взорвалась:

– Если у вас белый халат и трубка на шее, по-вашему, вы лучше меня знаете, что со мной?

Максин кипятилась, глаза ее метали молнии. Она грозно направила палец в сторону врача:

– Вам про меня не известно ничего: ни кем я была, ни кто я есть, ни кем буду. Вы еще не ощущали предвестия немощи. Для вас я лишь набор симптомов. Максимум – интересный случай. На худой конец – обуза, которую сбагривают, прописав паллиатив. Вы мните себя Богом, запрещая мне умереть достойно и по убеждению, потому что это напоминает вам, что вы смертны. Вы тоже станете старым и больным, и ваш Гиппократ вам не поможет!

Врач выдержал удар с иронией во взгляде. Он повернулся к Алексу:

– Ваша бабушка всегда так себя ведет?

– Она мне не бабушка, – ответил молодой человек, подмигнув. – Она моя сестра.

Врач в недоумении пожал плечами. Пережитое потрясение, судя по всему, оказалось сильнее, чем он предполагал. Надо будет попросить зайти к ним коллегу психиатра.

Он приготовился сообщить официальным тоном результаты анализов, когда вдруг перехватил взгляд, которым обменивались старая дама и молодой человек. Врач поразился, сколько в нем было нежности, соучастия и доверия. Глубокая привязанность, видимо, объединявшая их, тронула его сильнее, чем он ожидал.

Он отогнал от лица воображаемую муху.

– Короче, после вашего обморока мы взяли ряд анализов…

– Не стоило беспокоиться. Лучше бы вы занимались теми, у кого есть шанс выжить. Собой, например. Вы давно смотрели на себя в зеркало? Когда вы последний раз высыпались?

Врач в явном затруднении почесал затылок.

– М-м-м… Точно не помню.

– Вам надо следить за питанием. Вы совсем отощали.

Он растерянно взглянул на болтавшийся на нем халат и на свой впалый живот.

– Вы занимаетесь спортом? Вы женаты? У вас есть дети? Есть хобби? Вы книги читаете?

– Ладно вам, Максин. Я думаю, все поняли вашу позицию, – вмешался Алекс.

Он хотел вытащить врача из-под целой лавины вопросов, а, особенно, вернуться к тому, что его волновало больше всего – результатам анализов. Он понимал, что она пытается выиграть время.

Но старую даму невозможно было взять голыми руками.

– Вы зря тратите время со мной. Вам надо лишь немного увеличить дозу морфина, и делу придет конец.

Она показала пальцем на Леони и Алекса.

– Они вас не выдадут.

Врач обернулся к Алексу, покорно кивнувшему головой, а затем к Леони, которая прятала лицо под носовым платком.

– Не думаю, что это нам понадобится.

– Это не так уж и тяжело, – продолжила Максин тоном, который свидетельствовал как раз об обратном. – Я вас прекрасно понимаю. Вы не хотите себя запятнать. Достоинство старой дамы не в счет, когда речь идет об успешной карьере.

– Если соизволите меня больше не перебивать, я смогу вам кое-что объяснить.

Максин уже открыла рот, чтобы возразить, но Алекс жестом ее остановил.

– Уж и сказать ничего нельзя…

Старая дама закуталась в стерильную простыню с картинным величием, достойным Клеопатры, приготовившейся к укусу змеи. Она легла на бок, демонстративно повернувшись спиной ко всем, кто был в палате, и, нахмурив брови, уставилась в окно.

Алексу показалось, что она пробормотала «грубиян», но он бы в этом не поклялся.

Врач, не первый раз имевший дело с упрямыми как бараны пациентами, должен был признать, что Максин превзошла всех. Но так как ему было не привыкать, он решил срочно воспользоваться тишиной, чтобы сообщить необходимую информацию. Он и так потерял кучу времени, а ему еще надо было обойти других пациентов и сообщить им не всегда хорошие новости.

– Вы, конечно, не здоровы…

Максин дернула плечом, и простыня слегка сползла с ее руки.

– Но у вас нет болезни Альцгеймера.

– ЧТО? – хором воскликнули Леони с Алексом.

Но Максин сочла, что это уже чересчур и одним рывком сбросила простыню на пол.

– Вы черт знает что готовы придумать, лишь бы держать людей в больнице! Я все знаю про эту болезнь. От нее умер мой муж. И у меня ее симптомы. Переделайте ваши анализы, они неправильные.

– Непроходящая усталость, головные боли, гул в ушах, одышка, бледность, провалы в памяти, онемение рук и ног, головокружение, повышенная раздражительность, потеря веса, депрессия, спутанность сознания…

Губы Максин скривились от тревоги, изумления и нетерпения одновременно.

– Нет, раздражительности нет.

Врач выразительно посмотрел на Алекса и Леони, но никто из них не заметил этого. Оба были просто ошарашены. Происходящее не укладывалось у них в голове. Алекс, не выдержав напряжения, спросил:

– Так у нее есть Альцгеймер или нет?

– Нет.

– А как же симптомы?

– Это симптомы пернициозной анемии. Они действительно схожи с болезнью Альцгеймера, но анализы вещь неоспоримая. Максин, у Вас дефицит витамина В12.

Врач замолчал. Видимо, для того чтобы дать присутствующим время переварить информацию. А может, он ждал аплодисментов в награду за правильно поставленный сложный диагноз? Так как никто не реагировал, он продолжил:

– При отсутствии лечения пернициозная анемия может затронуть чувствительные и двигательные нервы и вызвать неврологические осложнения, близкие к проблемам при болезни Альцгеймера. Речь идет о нарушении, развивающемся постепенно.

На мгновение у Алекса проснулась надежда. Никакого Альцгеймера у Максин нет! И нет больше речи об эвтаназии. Но затем сомнение и страх вновь охватили его. Лечится ли пернициозная анемия? Термин не обещал ничего хорошего. Пернициозное значит нехорошее, вредное, пагубное. Это наводило на мысль о какой-то каверзе, об отраве, которая медленно, но верно распространялась по всему телу, прежде чем нанести роковой удар. Если существует справедливость в этом мире, если есть где-то Бог, он не может играть в русскую рулетку с его чувствами. Ведь не для того же Алекс узнал о том, что у Максин нет Альцгеймера, чтобы выяснить, что она страдает от другой неизлечимой болезни!

– А это можно вылечить?

Алекс почти прошептал вопрос, как будто лекарство было здесь, в палате, и могло исчезнуть, испугавшись громкого голоса.

– Раньше, когда болезнь была плохо изучена, она неминуемо вела к смерти после долгих лет страданий. Как ее лечить, не знали.

Алекс сам того не заметив, затаил дыхание. Он ждал продолжения.

– В наши дни, благодаря достижениям современной медицины, курс витамина В12 в больших дозах позволяет ликвидировать эту недостаточность. Люди могут после этого жить нормальной жизнью.

Максин, казалось, сказанное не убедило.

– А каковы причины этой болезни?

– Она зачастую наследственная. И по большей части затрагивает людей, имеющих скандинавские или североевропейские корни. Пожилые люди подвержены ей в первую очередь. Ваш желудок и тонкий кишечник не могут усвоить витамин В12, который вы поглощаете вместе