Кровосход. Том 1 (СИ) - Антонов

у меня есть чёткая цель, к которой я готов идти чуть ли не по головам. А тут переживаю о судьбе третьесортных персонажей.

Да. Я всё ещё воспринимаю этот мир как какую-то игру. Понимаю, что всё вокруг реально и всамделишно, но именно такое восприятие реальности, не даёт сойти с ума и действовать решительно. Немаловажную роль в этом играет и моё бессмертие, благодаря которому я чувствую себя словно игрок, включивший режим бога.

Теперь же…

Я снова посмотрел на руку, ставшей похожей на вяленый кусок мяса к пиву. В целом, если не знать, что это человечина, я бы подумал, что это рыба вяленная.

Магия, которой я пользуюсь, это не та, которую используют местные самоучки без палочек. Моя кровь меня защищает, не позволяя магии воздействовать на мой организм, и превратить меня в мутанта.

Когда я колдовал тогда, я смешивал Ману со своей кровью и выпускал её вместе. Иными словами, я преобразовывал свою кровь в нужную мне магию и выпускал её из себя.

На последний трюк я буквально отдал почти всего себя, став таким вот высушенным трупным скелетом.

А если бы я выпускал её до конца…

Не знаю, спас бы ли меня паук, но смерть могла бы быть очень глупой. Нет крови — нет бессмертия, поэтому отныне на использование тёмной магией у меня табу. Да и с остальными стихиями, тоже надо бы пореже.

Теперь придётся очень хорошо отъедаться, чтобы вернуть свою первоначальную форму. Чёрт… В желудке словно плесень поселилась и никак не хочет перевариваться. Во рту вкус земли вперемешку с говном. Надо срочно зубного порошка и прополоскать рот!

Я снова попытался сесть и выглянуть в окно.

Вроде справляться. Вижу, как в определённых местах появляются вспышки света, от магии Лукаша. Прям горд за этого засранца! Это ж какая у него сила воли, раз он может так долго ею пользоваться?

Даже на подготовленных, прошедших инициацию людей, магия света, при долгом воздействии оказывает влияние на организм, пробуждая самые мелкие дефекты в организме, даже на генетическом уровне.

Как бы он потом ни превратился в нечто, гораздо хуже своей матери (без обид).

Покамись бравые защитники, успешно отбиваются от нежити, я беспокоился о другом.

Не может быть всё так просто. Должно что-то произойти. Не верю, что нежить действительно такая слабая.

Если он (брат), так хотел меня поглотить и не смог, потому что я сопротивлялся, то сейчас самый подходящий момент для этого. Я полностью безоружен и беспомощен. Идеальней момента нет!

Но почему? Почему до сих пор не напал сам, когда с его силой, он без труда может их всех одолеть?

Возможно, он боится священного рыцаря в лице Лукаша. Он говорил, что за свою долгую жизнь, он одолел множество таких святых. Так почему он должен был испугаться Лукаша?

Или дело в другом? Как же много вопросов и совершенно нет на них ответов. И это безмолвие, не даёт мне спать.

Я так и лежал, готовый (насколько мог) к любому нападению. Битва за окном, уже подходила к концу. Выстрелы стали более редкими. Криков монстров, людей и завываний мертвецов тоже. Мда уж, обещали побоище, а вышел какой-то клуб любителей вольной борьбы.

Интересно, что сейчас делает Князь?

Надеюсь, это не он сейчас приближается к моей комнате? Хотя судя по частому и мягким стукам каблуков, это явно кто-то не очень больших размеров, скорее всего, женщина. Даже догадываюсь кто.

Лишний раз рисковать не хочется, поэтому решил притвориться спящим. Дверь тихонечко скрипнула и в комнату вошла Марьяна. Тихонечко подошла поближе и осмотрела меня. Со стороны я выглядел тем ещё трупом, но всё ещё дышал и смотрел, через узкую щель между век.

Она смотрела всё с тем же непроницаемым лицом, словно каждый день такое видит. Но глаза выдавали крайнюю степень переживания. Казалось бы, небольшие подрагивания, но так о многом говорят. Может, она и не умеет проявлять чувства, но она точно их испытывает.

Её рука коснулась моей груди. Такая холодная, но одновременно нежная. Дыхание моментально перехватило, от побежавших по телу мурашек. Нет, не от возбуждения, а от холода. В моём положении о таком даже заикаться не стоит.

Тихо ахнув, моментально одёрнула руку, боясь потревожить мой сон. Подождала пару секунд, пока я нормально задышу и неожиданно наклонилась к моему уху прошептав:

— Мы ведь друзья. — То ли спросила, то ли утвердила она. — Друзья друг друга не бросают.

Как мне хотелось её ответить, но нет, нельзя. Это могло быть какой-то ловушкой, или должно было ещё что-то произойти. Кажется, я совсем свихнулся со своей подозрительностью.

Поправив упавшие волосы, она так же грациозно, как и вошла, вышла из комнаты, оставляя меня в гордом одиночестве.

Всю ночь я не смог уснуть из-за боли в руке. Только под утро, когда мозг уже сам стал вырубаться, мне удалось скрыться в царствии Морфея.

Я даже увидел сон. Точнее, это был не сон, а… Нечто, вроде видения. Всё та же тьма но голос в голове, принадлежащий пауку:

"Найди стрелу и сердце. Добудь скелет и плоть. Тогда я прощу твой долг." — Чётко отпечаталось у меня в сознании и я, тотчас проснулся.

За окном уже светило солнце, тучки ленивыми кучками плыли по небесной глади. Солдаты на улице стояли на построении и им что-то талдычили офицеры. Взглянув на себя, увидел, как большая часть чёрных пятен уже прошла. Мышцы, непонятно из чего появившиеся, обрели состояния, до истощения. Как такое возможно за одну ночь, я без понятия. Либо моя регенерация ещё круче, чем я думал, либо тут уже сам Паук помог. И я больше склоняюсь ко второму.

— Стрела и сердце. Плоть и кость… — Пробормотал я в голове.

Единственное, что я понял из этого, была стрела и кость.

Первое, то самое, из-за чего я попал в этот мир. Второе, как я догадываюсь, это тот самый, кто назвался моим братом. Некромант, повелевающий костями, иных догадок у меня просто нет.

А вот сердце и плоть, это я полностью без понятия. Скорее всего, как я думаю, сердце, это нечто похожее на стрелу. Не в том смысле, что это чуть ли не одно и то же, а в том, что оно такой же предмет, как и стрела. Магический артефакт в форме сердца. Это самое логичное к чему я пришёл, если сложить в голове пару: стрела плюс сердце.

По такой логике, выходит, что плоть, это ещё кто-то, кто назовётся моим дальним, но при