Welcome to Трансильвания - Марина Юденич

«Липосакция, — писала журнальный эксперт, — первая и самая щадящая ступень удаления лишних объемов вашего тела на хирургическом столе. Несколько крохотных надрезов кожи, опытные руки хирурга, небольшой, размером со средний компьютер, аппарат — и отвратительный (поверьте, лицезрела лично!) грязно-желтый жирок буквально выкачивают из ваших „проблемных зон“ за несколько минут».

Дальше было подробное — чтобы понятно стало непрофессионалам — описание действия хитрого прибора, что-то о вакууме и минимальной кровопотере.

Но все это были уже частности.

— Врач, — неожиданно вслух произнесла Полина, — тем более с учетом московской информации. Он — врач или человек, имеющий какое-то медицинское образование

В Бухарест она прилетела глубокой ночью.

Машина, конечно, ждала в аэропорту.

Но соратников, когда она наконец добралась до гостиницы, на месте не оказалось.

Стивен Мур уехал куда-то еще утром.

Причем, как сообщил дотошный портье, в сопровождении «группы серьезных товарищей» и в «полевом обмундировании».

Лорд Джулиан, напротив, покинул отель поздним вечером и, по мнению все того же наблюдательного портье, теперь вернется не скоро.

За время ее отсутствия его светлость, как выяснилось, взял за моду бражничать с кем-то в городе, причем подолгу.

Возвращался под утро.

Никак не раньше.

— Что ж, потерплю до утра.

Решение было принято не без сожаления.

Уж очень хотелось поделиться родившейся версией.

Неожиданной.

Но — в том Полина была убеждена абсолютно — единственно верной.

И потому — все объясняющей, даже то, что, казалось, объяснить было невозможно.

По определению.

Кроме того, она вдруг ощутила смертельную усталость, рухнувшую на плечи, и тупую боль в затылке, и тяжелые, словно налившиеся свинцом, ноги.

Пластиковая карточка не сразу вошла в узкую щель электронного замка, и Полине пришлось повозиться, прежде чем над замочной скважиной вспыхнула крохотная зеленая лампочка.

Дверь отворилась.

В большом номере царил полумрак, и было довольно Холодно — похоже, горничная, расстаравшись, включила Кондиционер на полную мощность.

Надо было, конечно, сразу же отключить мерно жужжащий аппарат и открыть окна — на улице царила куда более приятная, свежая ночная прохлада.

Но прежде всего Полина заглянула в ванную, включила горячую воду, сбросила туфли, стянула джинсы. И только тогда — в крохотных трусиках и тонкой открытой футболке — , шагнула в номер.

В светлом проеме двери, ведущей в ванную комнату, она, надо полагать, видна была как на ладони.

Потому, наверное, негромкое покашливание, раздавшееся во мраке, было несколько смущенным.

Однако — отчетливым.

Настолько, что у нее даже не возникло сомнений.

Кто-то, неразличимый в прохладной полутьме, затаился в комнате.

А может, и не затаился вовсе, просто поджидал ее в потемках и кашлянул именно для того, чтобы обозначить свое присутствие.

Однако ж в любом случае гость был нежданным.

И — незваным.

И значит — возможно, — опасным.

Открытие Стивена Мура

Маленькая экспедиция, снаряженная Стивеном Муром, действительно состояла из «серьезных товарищей».

Двое румынских криминалистов, занятых расследованием серии убийств. Двое спецов из национального антитеррористического ведомства, созданного Румынией недавно, вслед за большинством государств. В последнюю минуту к ним присоединился спелеолог. Искать его пришлось довольно долго, но в результате нашелся отменный знаток своего дела.

Нужда в знатоке пещерного мира возникла после того, как полковник Мур получил откуда-то любопытный снимок, на первый взгляд более напоминающий карту, правда, не слишком четкую. Контуры были будто бы слегка размыты.

На самом деле это все же была фотография, сделанная со спутника.

Запечатлены на ней были — ни много ни мало — поенарские развалины.

Взгляд из космоса оказался чрезвычайно проницательным.

Оттуда, из заоблачных высот была отчетливо видна поверхность земли, густо покрытая осколками камней разной величины, каменной же пылью, песком и бурной растительностью, однако это был, как выяснилось, только внешний пласт.

Под ним зоркая аппаратура разглядела еще нечто — целую анфиладу пустот, имеющих строгие геометрические формы.

А под ней еще одну.

Также позволяющую предположить рукотворное происхождение.

— Два подземных этажа?! Неслабое архитектурное решение для средневекового замка… — присвистнул один из криминалистов.

— Древние, друг мой, знали толк в создании потайных сооружений. Нашим зодчим есть чему поучиться.

— Согласен, мистер Мур. Однако я где-то читал или слышал — теперь уж не припомню, — что в тех местах немало пещер естественного происхождения. Возможно, они просто использовали их для своих целей.

— Построить замок на таких пустотах? Не слишком верится. Надо быть полным идиотом, чтобы строить дом над пропастью. Да не просто дом — целый замок.

— Погоди. Говорят, что это не совсем обычные пещеры. Какой-то особый климат и, возможно, почва.

— Я тоже слышал про пещеры. Вернее, про одну. Пещера Мовиле, там действительно целебная почва, и даже воздух, говорят, способен излечить любую хворь.

— Исцелить — возможно. Но удержать на себе такую махину…

— Держать-то пришлось недолго. Замок, между прочим, Разрушился, причем едва ли не сразу же после того, как был построен.

— Но это турки…

— Откуда такая уверенность? Предполагают, что турки. Представляешь, сколько нужно пороху, чтобы снести до основания недавно возведенную крепость? И кстати, ни одну другую они почему-то до такой степени разрушить не смогли. Или не захотели. Зачем им рушить захваченные крепости? Не лучше ли использовать в своих целях?

— На крови и костях построена эта крепость, потому и рухнула так скоро.

— Байки повторяешь.

— Может, и байки, а только в народе говорят про это уже который век.

Спор серьезных ребят, мало, однако, сведущих в истории вообще и поенарских хрониках в частности, грозил зайти в тупик.

— Вот что, друзья мои, дабы не перейти к гаданию на кофейной гуще, предлагаю в срочном порядке разыскать и включить в состав группы спелеолога, если, конечно, он не будет возражать.

Таким образом, составилась экспедиция из шести человек.

Ранним утром, облаченные в «полевое обмундирование» — камуфляжные комбинезоны и куртки, — они покинули Бухарест.

Небольшой вертолет взял курс на северо-восток.

Туда, где, затерянный на отрогах Южных Карпат, скрывался от любопытных глаз древний Поенарский замок.

Разрушенный до основания, но не раскрывший своих тайн.

На протяжении целых шести столетий.

Это, вне всякого сомнения, впечатляло.

Короткое путешествие тем временем подходило к концу.

Замок был уже совсем близко.

Останки одной из башен отчетливо виднелись на невысокой скале.

Белые — на зеленом.

Словно обглоданная кость гигантского зверя, растерзанного собратьями или еще более огромной хищной птицей, камнем рухнувшей на спину зазевавшейся жертве.

Странная ассоциация, но очень отчетливая.

И яркая.

Настолько, что, едва оказавшись на земле, Стив, запрокинув голову, посмотрел в небо.

И удивился.

В безоблачной сини, широко распахнув крылья, парил крупный орел.

Было все же что-то необычное в этих местах.

Завораживающих.

Но неспокойных.

Машинально Стивен Мур одернул ремни комбинезона, будто проверяя несуществующую кобуру.

И зябко повел плечами.

Развалины встретили их прохладой и запустением.

Ничто не напоминало сейчас о том, что некоторое время назад здесь активно работала несчастная экспедиция доктора Эрхарда, а позже, после того как пролилась кровь почти всех ее участников, в поисках следов и улик дотошно копалось в земле и камнях изрядное количество народа.

— Такое впечатление, что здесь не ступала нога человека. По крайней мере последние десять лет. Никак не меньше.

— Здесь всегда так, мистер Мур. Немцы, я имею в виду покойного немецкого профессора, далеко не первые, кто копался в этих местах. Другим, правда, — ничего не скажешь — повезло больше. Все, слава Богу, живы. Но были итальянцы, русские, американцы, наши…

— И не раз…

— Да, не раз. Копались основательно. Ничего серьезного, насколько я знаю, не находили, но потом, после окончания работ проходило не так уж много времени — и все становилось таким же, как сейчас. Это вы точно заметили — как будто и не ступала нога человека.

— Что ж, не буду возражать, если и после нас все останется по-прежнему, при условии, что мы уберемся отсюда в целости.

— Дай-то Бог!

— С нами крестная сила!

Стив внимательно оглядел своих людей.

Настроение у большинства, похоже, было не слишком воинственным.