Сумма теологии. Том V - Фома Аквинский

Возражение 4. Далее, о вещи говорят как о запретной постольку, поскольку она противна закону Но не все грехи злы потому, что они запретны: некоторые запретны потому, что они злы. Поэтому грех вообще не следует определять как то, что противно божественному закону.

Возражение 5. Кроме того, как было разъяснено выше (1), грех – это злой человеческий акт. Но, как утверждает Дионисий, человеческое зло – быть вопреки разуму[399]. Следовательно, правильнее было бы сказать, что грех противен разуму, а не что он противен вечному закону.

Этому противоречит авторитет [давшего рассматриваемое определение] Августина[400].

Отвечаю: как было показано выше (1), грех есть не что иное, как дурной человеческий акт. Но акт, о чем также было сказано (1, 1), суть именно человеческий акт только тогда, когда он является произвольным, то есть либо когда он выявляется в соответствии с волей, например, через пожелание или выбор, либо когда он является распоряжением в соответствии с волей, например внешним действием речи или деятельностью. Далее, человеческий акт является злым по причине недостаточной Coобразованности с приличествующей ему мерой, а сообразованность с мерой вещи зависит от правила, и если вещь выпадает из этого правила, она становится несоразмерной. Но существует два правила человеческой воли: одно – ближайшее и однородное, а именно человеческий разум; другое – первое правило, а именно вечный закон, который, если так можно выразиться, является разумом Бога. Поэтому в определение греха Августин включает две вещи: когда он говорит «слово, дело или желание», то имеет в виду то, что относится к субстанции человеческого акта, которая является, так сказать, материей греха, когда же говорит «противное вечному закону», то имеет в виду то, что относится к природе зла, которая является формой греха.

Ответ на возражение 1. Подтверждение и отрицание сводимы к одному и тому же роду; так, например, по словам Августина, когда речь идет о божественном, «рожденный» и «нерожденный» сводятся к роду «отношение»[401]. И потому «слово» и «дело» в равной мере означают и сказанное, и не сказанное, и сделанное, и не сделанное.

Ответ на возражение 2. Первая причина греха находится в воле, которая распоряжается всеми произвольными действиями, и именно в ней мы обнаруживаем все грехи, в связи с чем Августин иногда определяет грех со стороны одной только воли. Но поскольку внешние действия как именно злые связаны также с субстанцией греха, то в определение греха понадобилось включить и то, что касается внешних действий.

Ответ на возражение 3. Вечный закон первично и в наибольшей степени определяет человека к его цели, а далее он понуждает человека быть хорошо расположенным в отношении вещей, которые определены к цели. Поэтому когда он [(т.е. Августин)] говорит «противное вечному закону», то подразумевает под этим и отклонение от цели, и все другие формы неупорядоченности.

Ответ на возражение 4. Когда говорят, что не каждый грех зол потому, что запретен, то это надлежит понимать как сказанное о запрете в соответствии с действующим правом. Однако если запрет связан с естественным законом, который первично представлен в вечном законе и только вторично – в естественном своде законов человеческого разума, то любой грех, будучи противным естественному закону и являя собою неупорядоченность, зол уже постольку, поскольку запретен.

Ответ на возражение 5. Теолог рассматривает грех в первую очередь как преступление против Бога, философ-моралист – как нечто, противное разуму. Поэтому определение Августином греха как такого, что является «противным вечному закону», представляется более уместным, чем определение его как противного разуму, тем более что вечный закон направляет нас в отношении многого такого, что превосходит возможности человеческого разума, например в вопросах веры.

Вопрос 72. О РАЗЛИЧИИ ГРЕХОВ

Теперь мы исследуем различие грехов, под каковым заглавием будет рассмотрено девять пунктов: 1) различаются ли грехи по виду согласно своим объектам; 2) о различии между духовными и плотскими грехами; 3) различаются ли грехи со стороны своих причин; 4) различаются ли они со стороны тех, против кого грешат; 5) различаются ли грехи со стороны наказания за грехи; 6) различаются ли они со стороны деяния и недеяния; 7) различаются ли они согласно различию степеней; 8) различаются ли они со стороны избыточности и недостаточности; 9) различаются ли они согласно различию связанных с ними обстоятельств.

Раздел 1. РАЗЛИЧАЮТСЯ ЛИ ГРЕХИ ПО ВИДУ СОГЛАСНО СВОИМ ОБЪЕКТАМ?

С первым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что грехи не различаются по виду согласно своим объектам. Ведь о действиях, как уже было сказано (1, 3; 18, 4), говорят как о добрых или злых в первую очередь согласно их целям. И коль скоро грех есть не что иное, как дурной человеческий акт (71, 1), то похоже на то, что грехи должны различаться по виду скорее согласно своим целям, нежели чем согласно своим объектам.

Возражение 2. Далее, зло, будучи лишенностью, различается по виду согласно различию видов противоположностей. Но грех является злом в роде человеческих действий. Следовательно, грехи различаются по виду скорее согласно своим противоположностям, нежели чем согласно своим объектам.

Возражение 3. Далее, если бы грехи различались по виду согласно своим объектам, то было бы невозможно обнаружить один и тот же по виду грех в различных [по виду] объектах, а между тем такое имеет место. Так, согласно Григорию, гордыня может относиться и к духовному, и к материальному, и алчность может быть связана с различными видами вещей[402]. Следовательно, грехи не различаются по виду согласно своим объектам.

Этому противоречит следующее: «грех – это слово, дело или желание, противное вечному закону». Но слова, дела и желания различаются по виду согласно различию своих объектов, поскольку, как уже было сказано (18, 2), действие получает вид от своего объекта. Следовательно, и грехи различаются по виду согласно своим объектам.

Отвечаю: как уже было сказано (71, 6), природе греха присущи две вещи, а именно произвольность акта и его неупорядоченность, которая заключается в отклонении от закона Бога. Из них первое сущностно относится к грешнику, который желает совершить такое-то действие в такой-то материи, в то время как второе, а именно неупорядоченность акта, по отношению к желанию грешника является акциденцией, поскольку, как говорит Дионисий, «никто не действует ради зла»[403]. Но очевидно, что вещь получает свой вид от того, что является сущностным, а не от того, что является акцидентным, поскольку акцидентное находится вне видовой природы. Следовательно, различение грехов по виду происходит со стороны произвольных актов, а не со стороны свойственной греху неупорядоченности. Но, как было доказано выше (18, 2), произвольные акты различаются по виду согласно своим объектам. Таким образом, из этого следует, что грехи надлежит различать по виду согласно их объектам.

Ответ на возражение 1. Аспект блага находится первичным образом в цели, и потому цель относится к акту воли, который является корнем всякого греха, как его объект. Поэтому нет разницы в том, говорить ли, что грехи различаются согласно своим объектам, или же своим целям.

Ответ на возражение 2. Грех – это не чистая лишенность, а действие, лишенное должного порядка, и потому грехи различаются по виду согласно объектам своих действий, а не согласно своим противоположностям. Впрочем, даже если бы [мы сказали, что] они различаются со стороны противоположных им добродетелей, то в итоге пришли бы к тому же, поскольку, как было показано выше (60, 5), добродетели различаются по виду согласно своим объектам.

Ответ на возражение 3. Ничто не препятствует тому, чтобы в различных по виду или роду вещах присутствовал один и тот же формальный аспект объекта, от какового аспекта грех и получает свой вид. Так, гордыня жаждет превосходства в отношении различных вещей, и алчность жаждет изобилия [самых разных] предназначенных для человеческого использования вещей.

Раздел 2. ПРАВИЛЬНО ЛИ ОТЛИЧАТЬ ДУХОВНЫЕ ГРЕХИ ОТ ПЛОТСКИХ?

Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что духовные грехи не следует отличать от плотских. В самом деле, по словам апостола, «дела плоти известны – они суть прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство» и т. д. (Гал. 5:19), из чего, похоже, следует, что все виды грехов – это дела плоти. Но делами плоти называются плотские грехи. Следовательно, неправильно отличать плотские грехи от духовных.