История Византийской империи. От основания Константинополя до крушения государства - Джон Джулиус Норвич

945 года двух его соправителей арестовали, постригли в монахи и сослали в разные монастыри. Из оставшихся Лакапинов только патриарх Феофилакт и царица Мария в Болгарии все еще занимали высокое положение.

Что касается старого императора, он так и остался жить в монастыре, и совесть по-прежнему его мучила. В Великий четверг 946 года Роман выступил перед собранием из трехсот монахов со всей империи (говорят, даже из Рима), перечислив поочередно все свои грехи и прося отпущения каждого из них. Затем молодой послушник высек его перед главным алтарем, после чего он вернулся в келью. Роман умер в июне 948 года. Его тело отвезли в Константинополь и похоронили в монастыре Мирелейон рядом с женой.

Роман был хорошим императором, может быть даже великим. Он нечестным путем пришел к власти, но пользовался ею мудро и сдержанно и дал империи новое направление развития. Его непосредственным предшественникам пришлось иметь дело с двумя главными проблемами – церковью и Болгарией. Роман решил обе эти задачи: предоставил своим врагам свободу действий, измотал их, а потом позаботился о том, чтобы на их место не пришли другие. Его тайная дипломатия оказалась бесполезной лишь на Востоке, где единственным понятным аргументом была армия и где он смог бросить против сарацин все свои силы, потому что не потерял в битвах с болгарами ни единого солдата. Надо признать, что ему повезло: во-первых, с Иоанном Куркуасом, оказавшимся весьма ценным военачальником, а во-вторых, с состоянием Аббасидского халифата, правитель которого больше не обладал реальной властью. Однако факт остается фактом: впервые с возникновения ислама наступление вели христиане.

Почему же Романа так мало любили его подданные? Просто потому, что им не нравились узурпаторы? Дело в том, что его достоинства были не того свойства, чтобы захватить воображение народа. Он не был великим воином или законодателем, редко появлялся на публике и не устраивал грандиозных представлений в Ипподроме. В общем, несмотря на его старания как следует обеспечить свой народ хлебом, он явно недодавал ему зрелищ. По этой причине народ, думая о нем, вспоминал лишь одно событие в жизни этого способного, тихого и на удивление бесцветного человека – его дорогу к трону. И сам он тоже об этом помнил – так живо и с таким сожалением, что последние несколько лет его жизни прошли в беспрестанных муках. Приятно думать, что он умер со спокойной душой, получив прощение за свои грехи.

14

Ученый император

(945–963)

К началу 945 года, когда Константин Багрянородный стал единоличным властителем Византийского государства, он уже давно перерос свои юношеские болезни. Высокий, широкоплечий, с румяным лицом, наполовину скрытым густой черной бородой, и с блестящими ярко-голубыми глазами, в свои 39 лет он выглядел так, как будто ни разу в жизни не болел. От отца, Льва Мудрого, он унаследовал страсть к книгам и учению, на удовлетворение которой у него было вполне достаточно времени; он оставил после себя впечатляющее, по любым меркам, собрание произведений. Ни один император не дал нам такого количества информации о своей эпохе.

Помимо биографии своего деда, Константин известен прежде всего двумя большими трудами. Первый, De Ceremoniis Aulae Byzantinae, представляет собой энциклопедию византийских ритуалов и придворного протокола; второй, написанный для сына Романа – практическое руководство по искусству управления государством, известное под названием De Administrando Imperio[52]. Книга охватывает широкий спектр тем; в числе прочего Роману рекомендуется отвечать отказом на все предлагаемые брачные союзы, так как сам Константин Великий издал указ, согласно которому членам императорской семьи не следует вступать в брак за пределами империи; иногда исключение можно сделать для франков. Здесь внезапно выплескивается долго сдерживаемая обида Константина VII на тестя:

Если же тебе указывают, что сам император Роман заключил такой союз, отдав собственную внучку за болгарского царя Петра, тебе следует ответить, что император Роман был безграмотным простолюдином, не получившим придворного образования и не знакомым с римскими традициями. Его семья не была императорской и даже благородной, и поэтому была склонна к высокомерию и упрямству.

Большая часть этих трудов была написана рукой императора; с помощью многочисленных писцов и переписчиков он также составил каталоги всех доступных учебников и трактатов по военной стратегии, истории, дипломатии, юриспруденции, агиографии, медицине, сельскому хозяйству, естествознанию и даже по ветеринарной хирургии. Результатом этого труда стали справочные издания, еще много лет спустя представлявшие собой огромную ценность для чиновничьего аппарата империи. Рассказывают, что Константин был страстным коллекционером – он собирал не только книги и манускрипты, но и различные произведения искусства; что еще более примечательно для человека его происхождения, он сам был отличным художником. Константин весьма щедро покровительствовал писателям и ученым, художникам и ремесленникам. Наконец, он был прекрасным императором – компетентным, добросовестным и трудолюбивым правителем, который великолепно умел подбирать нужных людей, благодаря чему его назначения на военные, флотские, церковные, гражданские и ученые посты и должности были нетривиальными и при этом успешными. Он многое сделал для развития высшего образования и особенно интересовался осуществлением правосудия. Все авторитетные источники сходятся на том, что ел и пил он больше положенного, но при этом они единодушно утверждают, что он всегда пребывал в добром расположении духа, был со всеми любезен и никогда не терял самообладания.

Легко понять, что Константин испытывал инстинктивное расположение к семье Фоки: они были главными врагами Лакапинов со времени изначального переворота, устроенного Романом, и не скрывали сочувствия к положению Константина. В качестве преемника Иоанна Куркуаса на посту главнокомандующего Восточной армией Константин назначил брата Льва, Варду Фоку, а его сыновей Никифора и Льва сделал военными управляющими Анатоликоном и Каппадокийской фемой. Из семейства Лакапин только один человек (не считая императрицы Елены) пользовался его полным доверием – правда, лишь после кастрации. Это был родной сын Романа Василий, которого Константин назначил управляющим своим двором.

Внутренняя и внешняя политика империи осталась без изменений. Варда Фока после серьезного ранения в 953 году передал командование сыну Никифору, который четыре года спустя одержал одну из двух величайших побед этого царствования, захватив город Адата в Памфилии. Второй триумф случился в 958 году, когда город Самосата на Евфрате сдался еще одному блестящему военачальнику Иоанну Цимисхию. На западе король Германии Оттон I укреплял государство, которое он унаследовал в 936 году, расширил восточные границы, оттеснив славянские племена, и одновременно усилил влияние на соседние государства. Константин инстинктивно признавал способности этого энергичного молодого монарха, с которым он установил отношения сразу после прихода к власти; он ведь не мог знать, что меньше чем через три года после его, Константина, смерти Оттона коронуют в Риме как императора Западной Римской империи Оттона