Шедоудейл - Ричард Авлинсон

«Если эти создания спят днем», — сказала Миднайт. «Тогда нам лучше добраться до Шедоудейла до наступления ночи». Келемвор, Сайрик и Отряд Рассвета единогласно поддержали ее. Лишь Адон продолжал хранить молчание.

Путешественники скакали через лес весь день, мгновенно реагируя на каждый подозрительный звук и держа наготове свои мечи. Адон ехал перед Миднайт и Келемвором, Сайрик же делил лошадь с Брионом, который оставил своего скакуна на одном из черных шпилей. По мере того, как они забирались все дальше и дальше в лес, заросли становились все гуще, и вскоре Турбанд вынужден был спешиться и подать сигнал остальным последовать его примеру.

Адон не обратил внимания на знак Турбанда и поэтому Келемвор вынужден был подбежать к нему. «Ты что совсем ослеп, Адон?» — сказал он. Когда жрец проигнорировал и его и продолжил свой путь через заросли, воин не выдержал и схватил его за руку, чтобы привлечь его внимание. Адон посмотрел вниз на Келемвора, кивнул и слез с лошади.

«Здесь витает смерть», — произнес Адон безжизненным голосом. «Мы забрели в склеп».

«Это с нами случается уже не в первый раз», — сказал Келемвор и вернулся к Миднайт.

Еще дальше впереди, Сайрик шел вместе с Брионом. Хотя юный вор то расстраивал его, то забавлял, все же его невинность привносила свежую струю в мир Сайрика. Несомненно Брион не очень давно встал на путь искателя приключений, хотя его мастерство обращения с кинжалом было равно умениям Сайрика.

После завтрака, Брион вызвал Сайрика на испытание его навыков обращения с кинжалом, и Сайрик едва не проиграл ему. После соревнования, Брион и Сайрик проделали трюк с использованием шести кинжалов, которые они предварительно попросили у своих друзей, а затем стали метать друг в друга с ошеломительной скоростью. Каждый кинжал брошенный Сайриком был отражен кинжалом Бриона, а затем каждый из брошеных Брионом — отражен броском Сайрика.

И все же несмотря на все его умение обращения с кинжалом, альбинос не жаждал крови и безумия схватки как многие путешественники. Даже спутники Бриона, как например девчушка сидевшая рядом с Адоном, не отрицали возможности забрать чью-то жизнь. Сайрик видел это в их глазах.

Также Сайрик понимал, что Брион никогда не сможет хладнокровно забрать чью-то жизнь.

По мере того, как путешественники забирались все глубже в заросли, сам лес становился все более прекрасным, по-крайней мере вначале. Деревья выглядели толстыми и вполне обычными, и были покрыты густыми кронами из зеленых листьев. Сквозь просветы в листве, лица героев, пробирающихся через заросли, согревали теплые солнечные лучи.

Затем, когда они пробирались через ложе из узловатых кореньев, которые в некоторых местах почти полностью скрывали собой землю, Келемвор расслышал треск ломающихся веток. Он резко повернулся и сделал жест Зеланзу и Велшу, наемникам прикрывавшим тыл, но они лишь пожали плечами. Келемвор внимательно осмотрел местность, и не заметив никаких признаков движения, повернулся и продолжил свой путь.

Но треск повторился снова, и вскворе уже весь отряд был в состоянии боевой готовности. Оружия были извлечены из ножен, но никто не мог заметить никаких признаков существ среди деревьев. Во главе отряда Турбанд осторожно пробирался по небольшой лесной тропке. Отпрыгнув к дереву, лысый человек внезапно замер, словно готовясь к атаке.

Перед Турбандом стоял человек в доспехах из кости, его тело было примотано к дереву длинными, клейкими нитаями паутины. Его шлем был снят, а белая кожа его лица несла на себе отметку, нанесенную черным цветом — символ Бэйна. С обнаженным мечом, наемный убийца смотрел на Турбанда, на его лице застыла гримаса ужаса.

В нескольких футах далее Турбанд заметил еще пятерых людей — элитных наемных убийц Бэйна — все они также были опутаны паутиной.

«Они мертвы», — сказал Турбанд. «Но что бы их ни убило — оно рядом».

Путешественники некоторое время стояли на месте, пока Келемвор и Турбанд осматривали огромную паутину, натянутую на деревья, вокруг убийц. Остальной отряд, исключая разве что Адона, собрался вместе и наблюдал за деревьями. Санит же просто стоял рядом со своей лошадью, созерцая темный полог из листьев, скрывавших солнце. Пока отряд стоял так, вслушиваясь в каждый шорох, они заметили, что лес вообще не издавал никаких звуков. Листья не шелестели от ветра. Не жужжали насекомые. Лес был абсолютно безмолвен.

Не произнеся ни слова, Джиллиан отдала свои поводья жрецу Тайморы и подобно обезьяне взобралась на дерево. Не издав не единого звука, она добралась до самой вершины и опытным взглядом осмотрела окрестности. Путешественники в течение пяти минут ждали, пока она прыгала с ветки на ветку, внимательно разглядывая местность со всех возможных точек, и наконец она подала сигнал что все чисто.

Девочка, еще не спрыгнув на землю, кивнула Турбанду, чтобы тот подошел поближе. «Даже самый сильный ветер не сможет расшевелить эти ветви. Это место мертво, оно застыло навечно в этом положении». Она сделала характерный жест пальцами. «Все покрывает какая-то легкая пелена. Именно из-за нее здесь такое спокойствие».

Турбанд кивнул, и протянул руку, чтобы помочь ей спустится. Она нахмурилась и перепрыгнула через него, изящно приземлившись за его спиной. Но как только ее ноги коснулись земли, прямо в середине спутанных сучьев, выходящих из одной точки, раздался неприятный, чавкающий звук и земля слегка просела. Прежде чем девочка успела вскрикнуть, корни вырвались из почвы ливнем земляных комьев.

Восемь длинных, тонких и черных как смоль конечностей потянулись к Джиллиан, чтобы схватить ее. У каждого сука было четыре сустава, и все они оканчивались острыми как бритва наконечниками, размером с большой меч. Прежде чем девочка успела отпрыгнуть в сторону, из земли, под ее ногами показался огромный низ живота существа, заставив ее потерять баланс. Затем из почвы вырвалась голова этого создания, и она увидела его красные горящие глаза и четыре зазубренных клешни.

Ноги гигантского паука сложились, проткнув Джиллиан с восьми разных сторон. Затем паук перевернулся, и лес ожил. Все спутанные корни вокруг путешественников пришли в движение. Еще одного человека, также стоявшего на животе у паука, постигла таже судьба, что и девочку.

Сайрик и Брион встали спина к спине, держа кинжалы наготове. Один из пауков напал на лошадь Сайрика, парализовав ее ядом. Паук оставил животное и подождал пока яд закончит свою работу, прежде чем опутать лошадь паутиной. Сайрик выругался, поняв, что большинство его припасов, включая его ручной топор, остались на лошади, но он даже не хотел и пытаться вырвать свои вещи у паука, который стоял на страже над его умирающей лошадью.