Обряд перехода - Алекс Паншин

Уходя из Амфитеатра, мы с Джимми видели, как Папа позвал Джорджа.

— Совет хочет поговорить с тобой до вылета, — услышали мы Папин голос.

— Ты сидел рядом с Джорджем. Как он проголосовал? — спросила я у Джимми.

— «За».

— Знаешь, они ведь его собираются послать…

Джимми кивнул.

Вот этого я не понимала. У меня в голове не укладывалось, как такие хорошие, в общем-то, люди — Папа и Джордж — могли пойти на уничтожение целой планеты со всем населением. Это было уж слишком. Мой собственный мир лишь несколько недель назад расширился настолько, что стал включать в себя «низших» людей — грязеедов и я научилась испытывать боль от их смерти. И я больше не называла их грязеедами, даже мысленно. Я не хотела, чтобы уничтожали Тинтеру. Папа был не прав. И если мною владела моральная слепота, то теперь она исчезла, пелена спала, и я уже не была прежней Мией Хаверо, и не хотела быть похожей на Папу и Джорджа.

С тех пор прошло уже пять лет, но я все еще многое не понимаю. Наверное, это нормально. В двенадцать лет я усвоила урок: мир не кончается на границе родного Куода. И за его пределами живут люди. Мир не ограничен и Четвертым Уровнем, есть люди и еще кое-где. Мне потребовалось два года, чтобы применить этот урок на практике и узнать, что мир не кончается за оболочкой Корабля. И если ты хочешь познать жизнь, ты должен принять в себя всю эту проклятую Вселенную, битком набитую людьми, среди которых нет ни единого одинокого копьеносца.

Я завидую людям вроде Джимми, которые знали это всегда и не должны были ничего усваивать, теряя куски шкуры. Правда, Джимми уверяет, что ему тоже пришлось пройти через это, я просто не замечала, но что-то мне не верится.

Папа, Джордж и остальные 16000 человек не имели никакого права уничтожать Тинтеру. Вообще никто не вправе убивать миллионы людей, с которыми даже не знаком. В глубине души я давно была уверена, что возможность что-либо сделать не означает, что это надо делать всенепременно. Это старая философия силы, а она мне никогда не нравилась. Да, нам вполне по силам было «дисциплинировать» Тинтеру, но разве кто-то поручал нам эту работу?

И все же мы сделали это, и некому было нас остановить, хотя мы и были не правы.

Канун Нового Года — последняя ночь праздника и самая веселая. Оживление царит на всех обитаемых Уровнях, всюду проходят вечеринки. Люди ждут, когда наступит полночь и часы начнут отмерять время уже следующего года.

Я предполагала встретить Джимми на вечеринке, устраиваемой Эллен Пак, но вдруг раздумала туда идти. Где-то в космосе в это самое время Джордж Фахонин расстреливал Тинтеру, и я не чувствовала особого желания веселиться. Впрочем, с Новым 2200 годом всех поздравляю и желаю счастья.

Я спустилась на Третий Уровень, прошла через Лео-Куод до Входных Ворот № 5. Некоторое время побродила по парку, а потом включила дождь и побежала в укрытие к знакомому бревенчатому домику, в котором я полтора года подряд укладывала свое снаряжение, прежде чем добралась до некоей более высокой ступеньки, на которой уже имела право решать — казнить или миловать «плохих» людей во Вселенной.

Было совершенно темно, только над Входными Воротами горела слабая лампочка, прохладно и приятно, и дождь сбегал с крыши непрерывными струйками. Какая прекрасная ночь, подумала я и вдруг ужасно обрадовалась, что живу…

Именно здесь Джимми, в конце концов, и нашел меня. Я что-то напевала про себя под шорох дождя, когда вдруг заметила, что он вышел из Ворот, огляделся и побежал в мою сторону. Почему-то мне бросилось в глаза, как сильно он возмужал…

Джимми сел рядом со мной.

— Я высчитал, что ты должна быть здесь. Ты чем-то расстроена?

— Немного.

— Давай навестим завтра мистера Мбеле? Он хотел нас видеть. Наверное, чтобы спланировать занятия.

— Ладно, — согласилась я. А потом сказала: — Интересно, жив ли еще Ат…

— Не…

Не думай об этом, — сказал Джимми. — Не надо все время об этом думать.

— Знаешь, что я тебе скажу… — начала я с горячностью, но он перебил.

— Я знаю. Мы изменим эти порядки.

Я кивнула.

— Надеюсь, на это не потребуется слишком много времени. На кого мы станем похожи, если уничтожим еще и другие колонии?.. — Меня даже передернуло от этой мысли.

— Ладно, брось, — сказал Джимми и встал. — Идем домой, спать.

И мы зашлепали по дождю, бегом, к огоньку над Входными Воротами № 5.

Примечания

1

Моя вина! (лат.)

2

marechal — здесь: начальник, шеф (фр.)

3

have arrow владеть стрелой (англ.); созвучно фамилии героини: Хаверо

4

more-lock — еще замок (англ.)

5

dentre mount — между гор (фр.); sabo — портной (венг.)

6

Генри Дэвид Торо — выдающийся американский мыслитель и писатель (1817–1862); здесь автор имеет в виду книгу Г.Торо «Уолден, или Жизнь в лесу» (1854)

7

пинъята (pinata) — в странах Латинской Америки чучело птицы или зверушки, начиненное подарками, игрушками и сластями; готовится к праздникам

8

от англ. «redemption» — улучшение, искупление; т. e. «противники улучшения»

9

здесь автор намекает на слова известного римского политика Марка Порция Катона (234–149 гг. до н. э.), прославившегося своей суровостью и неутомимостью в борьбе против новых идей; именно Катону приписывается фраза: «Карфаген должен быть разрушен», что и произошло в ходе III-й Пунической войны