Анна К - Дженни Ли

и вышел из-за стола. Пока парень ждал, когда папа закончит разговор, официантка направилась к их кабинке и поставила перед Дастином тарелку с пончиками. Он нервно взял один и откусил кусочек.

Отец вернулся, но не сел, а положил на стол двадцать долларов.

– Марси собиралась свозить сестру в Джерси, пока не обнаружила пропажу машины из гаража. Давай, пора возвращаться домой.

Пока они шли по улице к метро, отец продолжил свой рассказ. Марси предположила, что они снова припарковали машину не там, где положено, что уже случалось раньше, но парень, который там работал, проверил журнал регистрации и ответил, что автомобиль забрали позавчера.

– По-твоему, машину украли? – спросил Дастин.

– Ее не украли, – возразил отец. – У человека, который взял ее, был запасной ключ и записка. Только нам с Марси позволено брать ее без записки.

Дастин обернулся к отцу, и фрагменты пазла медленно сложились воедино. Марси была расстроена, потому что ей пришлось признать: все случилось по ее вине. Николас появился без предупреждения, когда отец был на работе, и сказал, что Дастин разрешил ему одолжить кое-какую одежду. Николас провел несколько минут в комнате брата, а мачеха сделала ему бутерброд и разогрела суп на обед. Пока он ел, Марси позвонила сестра, и на пять минут женщина оставила Николаса на кухне одного. Когда она вернулась, парень сидел на том же месте и как раз заканчивал есть. Он поблагодарил ее и ушел. Джейсон спросил Марси, почему она не сказала ему об этом, и жена ответила, что собиралась, но в тот вечер, когда он вернулся домой, она спала, а когда встала на следующий день, он уже уехал на работу. А потом все вылетело у нее из головы.

«Он казался совершенно нормальным, – сетовала она. – Если честно, я никогда не видела Николаса в таком хорошем состоянии. Он никогда прежде не был таким общительным. По крайней мере, со мной». У Марси были хорошие отношения с Дастином, поскольку иногда он жил у мачехи и отца, но женщина едва знала Николаса.

Наконец Дастин вместе с отцом вошел в квартиру. Запасной ключ от машины висел на крючке у двери, и, похоже, Николас использовал один из бесплатных фармацевтических блокнотов, валявшихся на кухне, чтобы подделать записку под настоящую. Дастин решил проверить свою комнату. Трудно сказать, что именно пропало: одежда была разбросана по квартирам обоих родителей – минус жизни ребенка при разводе. Однако Николас взял прикид, в котором его брат ходил на хип-хоп вечеринку и, возможно, рюкзак.

Когда Дастин открыл коробку с пластырем в ящике для носков, его сердце упало. Там у него лежало больше трех тысяч наличными, но сейчас в тайнике оказалось пусто, если не считать сложенного листка бумаги. Заметку нацарапали на рекламе нового метода лечения сердечных заболеваний: здесь даже была выцветшая иллюстрация анатомического сердца, расположенная в самом центре. Николас написал: «Д., мне нужно уехать к своей девушке Н.».

Дастин улыбнулся, но улыбка получилась горькой. Записка, которую оставил брат, являлась отсылкой к «Умнице Уиллу Хантингу»[66]. Именно Николас рассказал брату про это кино, а потом они посмотрели фильм три года назад в первую ночь Хануки в доме бабушки и дедушки в Бостоне. То была последняя Ханука, которую парни провели вместе. Прекрасное время…

Николас никогда не был особенно красноречив, когда речь заходила об их отношениях, но в тот вечер заявил, что Дастин – это персонаж Мэтта Деймона, а он сам – Бена Аффлека. Он не стал вдаваться в подробности, но Дастин знал, что Николас восхищается его интеллектом и уверен, что он станет известен и будет создавать просто удивительные вещи. Не желая нагнетать мелодраматизм, Дастин ответил лишь: «Ага». Но именно поэтому он и полюбил фильм и к этому моменту видел его, наверное, раз пятьдесят. Когда он не мог уснуть накануне школьных занятий, он всегда включал «Умницу Уилла Хантинга», чтоб успокоиться.

Дастин уставился на записку, и все стало ясно. В последнюю неделю, во время примирительного ужина с матерью Николасу позвонили. Брат сразу выскочил из-за стола и умчался на улицу, пробормотав, что это срочно. Дастин был раздражен главным образом потому, что мама волновалась. Когда брат не вернулся через пять минут, она велела Дастину привести его.

Николас стоял на улице, курил сигарету и продолжал разговаривать по телефону. Дав отбой, он сообщил Дастину, что это Наталья, девушка, с которой он познакомился в реабилитационном центре. Она только что покинула центр и получила свой мобильный. В ту секунду Дастин был счастлив за брата: на лице парня читались все его эмоции, он оказался очень взволнован звонком от Натальи.

«По крайней мере, у одного из нас есть еще шанс полюбить», – подумал Дастин.

Николас вернулся в квартиру и извинился перед матерью, когда же она спросила о звонке, сын солгал, объяснив, что это связано с работой. Дастин, разумеется, промолчал, но предположил, что брат слукавил именно потому, что знал: мама – сторонница трезвого образа жизни, а один из главных реабилитологов центра рекомендовал не вступать пациентам в романтические отношения на первом году лечения, особенно с другими зависимыми.

Ужин окончился хорошо, хотя иногда чувствовалась напряженность, а после Дастин проводил Николаса до подземки, и вот тогда брат начал рассказывать про Наталью из Аризоны. Она направлялась в какой-то благотворительный центр, связанный с программой зависимых. Это была амбулаторная программа, призванная помочь девушке встать на ноги. Она сама попросила Николаса приехать и навестить ее, но он ответил, что это невозможно, пока он не накопит достаточно денег, чтобы добраться туда. «Тако-тако!» не предполагал оплачиваемый отпуск. Дастин признался Николасу, что будет счастлив сопровождать его на Запад, когда через несколько месяцев закончит школу. Он даже предложил оплатить билеты на самолет и гостиницу своими деньгами за репетиторство. Брат не согласился: он предпочел бы путешествовать на авто, как Мэтт Деймон в «Умнице Уилле Хантинге».

Дастин был тронут, кроме того, они редко обсуждали этот фильм. Но теперь он уже не был так доволен, потому что понял: тогда-то Николас решил ограбить его и бросить.

XXIV

За тем же кухонным столом Дастин и восполнял сейчас пробелы в истории, просвещая Марси и своего отца: девушка из реабилитационного центра, украденные деньги, отсылка к «Умнице Уиллу Хантингу». Папа слушал сына, не перебивая, просто позволяя парню говорить до тех пор, пока он не закончил (чего никогда не делала мать Дастина). Джейсон почувствовал облегчение: теперь них появилась ниточка, за которую можно было ухватиться. Украсть машину и деньги, чтобы проехать через всю страну повидаться