Темный принц: Тяжело быть младшим. Маленьких все обидеть норовят. Что выросло, то выросло. Путешествие в Дубраву. Чужак - Ксения Николаевна Баштовая

class="p1">Посетитель сделал морду кирпичом и заявил, что ему угодно видеть господина Махруда. Дворецкий окинул рыжего презрительным взглядом и, бросив, что господин Махруд не принимает всяких там оборванцев и нищих, попытался закрыть дверь. Именно «попытался», потому что я, оттолкнув красно-желтого судью – тот уже окончательно был под стать расцветочке своего одеяния – и сообщив тому: «Свободен!», придержал дверь, не дав той захлопнуться.

Мажордом удивленно высунулся на улицу. Увидел ласково улыбающегося меня, выглядывающего из-за моего плеча Трима и Шамита, который нетерпеливо похлопывал по ладони кинжалом, и как-то резко облинял с лица.

– Так мне можно пообщаться с господином Махрудом? – предельно вежливо поинтересовался я.

– Не-не-не-не-не-не-не… – зачастил дворецкий.

– Он что, занят? – Я изобразил вежливое удивление, вскинув брови.

– Не-не-не-не-не-не-не…

М-да, похоже, другого ответа от него я не дождусь. А если…

Я улыбнулся во все – сколько там у меня сейчас клыков? – в общем, широко улыбнулся и галантно спросил:

– Я что, такой страшный?

На этот раз мажордом задушевно выдохнул: «Неээээээ…» – и сполз в глубокий обморок.

– На себя посмотри! – обидчиво сообщил я бесчувственному дворецкому, перешагивая через его тело и бросив грону: – Трим, проследи за выходом, пожалуйста. Всех выпускать, никого не впускать. Если что…

Грон понятливо фыркнул. Свобода действий ему очень понравилась. И, судя по ехидному прищуру, – другим она понравится мало.

На первом этаже ничего интересного не обнаружилось. На втором тоже. Разве можно считать чем-то необычным огромное количество обморочно-припадочных слуг, которые, стоило отвернуться, как-то шустро бросались к выходу на улицу.

Хи-хи, а там их ждал радостный оскал Трима…

Я всегда говорил, что Шамиту пора привести себя в нормальный вид! Вон как ужасно выглядит: слуги от одного на него взгляда в обморок падают! Ну не из-за меня же это, в самом-то деле? «Ты хоть сам в это веришь?» Ага… Тьфу ты! Еще с собой не разговаривал… Решено! Пока этот внутренний голос не требует от меня убивать всех и вся, не буду обращать на него внимания!

Единственное, между вторым и третьим этажом обнаружилась небольшая каморка, доверху заваленная книгами, в которой за столом сидел «малэсенький, худэсенький», как говорил один из слуг в Кардморе, парнишка. Услышав шум в коридоре (Кто топал? Я топал? Это все Шамит!), он вскинул голову и удивленно уставился на нас двоих. Ну по крайней мере, в обморок не падает. А значит, с ним можно вести конструктивную беседу.

– Вы хто? – выдохнул паренек, испуганно лупая глазами, но не выпуская из рук гусиного пера и не прекращая листать лежащую на столе книгу (впрочем, он не заглядывал в оную).

– Маргулы в пальто! – рыкнул Шамит. – Хозяин дома где?

– Многоуважаемый Махруд? – догадливо поинтересовался малолетний трудоголик. Ну хвала богам, хоть в тот дом попали! – На третьем этаже. В кабинете своем или в гареме.

– Тоже своем, – продолжил я за него, незаметно косясь на медленно багровеющего Шамита. – А где что находится?

– Гарем слева от лестницы, кабинет справа. Только вы в гарем не ходите! Все равно вас туда не пустят… – с заметным разочарованием произнес «худэсенький».

М-дя… ну и молодежь пошла, однако!

– Посмотрим, – фыркнул рыжий, направляясь к выходу из каморки.

Я было пошел за ним, но, уже выходя из комнаты, внезапно вспомнил:

– А ты вообще кто такой? Что здесь делаешь?

– Я? – оживился паренек. – Переводчик я. Недавно вот хозяину пергамент старинный привезли… Лет девятьсот ему, не меньше. Да пергаменту, а не хозяину! – заметив мои вздернутые брови, пояснил парнишка. – Так я перевожу. Господин Махруд ведь стариной интересуется. Вот только со старотемным у меня не очень. Приходится со словарем работать.

Старотемным? Оч-чень интересно…

– Что за пергамент? Покажи?! – потребовал я.

Рыжий, замерший в дверях, только скептически фыркнул, когда мальчишка благоговейно протянул мне пожелтевший от времени свиток.

Так… Что тут у нас?

Я пробежал взглядом по первой строчке, не особенно вдаваясь в смысл текста. Судя по префиксам и артиклям – действительно старотемный. Причем – центральной части империи. Вон сколько нечитаемых символов понавыписывали. Ладно, на досуге разберусь.

Скрутив пергамент в трубочку, я засунул его в голенище сапога.

– Отдайте! – взвизгнул мальчишка, ошарашенно следя за мною. – Меня… Со мной… Мне ж голову за него снимут!

– А ты скажи, что заходил злобный страшный монстр и все забрал, – насмешливо посоветовал Шамит.

– Не поверят, – размазывая по лицу чернила пополам со слезами, ответил переводчик.

Я похлопал его по плечу:

– Ладно, я сам об этом Махруду скажу.

Тихо всхлипнув напоследок, парнишка сполз по стене.

На третьем этаже, за большим холлом, действительно были расположены две двери. Одна – тяжелая, дубовая – направо, вторая – тонкая, резная – налево.

– Куда идем? – флегматично поинтересовался я.

– Налево! – ощерился рыжий.

– И что тебя все время в гаремы всякие тянет? – вздохнул я, возведя очи горе. – Да еще и налево… Куда только Аэлиниэль смотрит?

Оборотень попытался отвесить мне подзатыльник, но промахнулся. Тогда, не имея возможности достать обидчика, просто фыркнул и ускорил шаг.

За резной дверью действительно был гарем: тихо журчащие фонтаны, мягкие диваны, разноцветные подушки, натянутые шелка, столики на гнутых ножках, золотые подносы с фруктами, кувшины с родниковой водой… И штук двадцать девушек, рванувших в разные стороны с оглушительным визгом. Как маргулы от благословения, честное слово! Лишь одна, смуглая худощавая девушка-подросток с черными волосами, заплетенными в множество косичек, и широкими браслетами на запястьях, замерла, потрясенно уставившись на нас.

Тут же, как из-под земли (да не, на втором этаже никого не было) появились двое крупных мужиков с тяжелыми кхопешами[11]в руках.

– Убирайся отсюда, хоршохово отродье! – неожиданно писклявым голосом заявил один из них, причем смотрел он только на Шамита.

Не понял?.. А я здесь что, мимо проходил? Или опять призраком стал?!

Девушки тихо и согласованно повизгивали из своих углов.

Но уже следующая фраза, высказанная евнухом, поставила все на свои места:

– И тварюгу свою тоже забирай!

Как-как он меня назвал?!

Первого хранителя гарема я просто-напросто отшвырнул к стене, любуясь, как он красиво сползает на пол.

Тарк мархар! У рыжего же только кинжал!

Я резко обернулся.

Евнух, угрожающе размахивая кхопешем, удерживал оборотня на порядочном расстоянии от себя. Пока что Шамит успевал уклоняться от сердито свистящего меча, но, не в силах воззвать к звериной части души, вряд ли он долго протянет…

Я сделал шаг по направлению к многоликому, желая помочь, однако меня опередили…

Та самая, смуглая с косичками, неожиданно рванулась вперед и резко опустила тяжелый кувшин на голову евнуху… Он быстренько свел глазки в кучку, задумчиво изучил переносицу, мотнул головой, сбрасывая с волос осколки