В огне - Александр Афанасьев

В разговор адмирала фон Пильхау и капитана второго ранга Каляева он встрял случайно, просто видел и отца, и деда ругающимися, и вид брызгающего слюной на подчиненных адмирала не вводил его в ступор. Все думали, что под раздачу попутно залетит и он сам, но адмирал фон Пильхау вместо этого назначил его на важнейший сектор работы. Возможно, тут свою роль сыграло то, что адмирал фон Пильхау хорошо помнил отца капитана первого ранга Вирена и не решился обострять с сыном комфлота, тем более что тот был ни в чем не виноват.

Получив назначение и ничего не понимая в разведке, капитан Вирен тем не менее сделал все как надо. Ночью он перелетел вертолетом на «Колчака», собрал штабную группу сектора, объяснил, что произошло, и попросил их работать, как раньше. Коротко ознакомившись с оперативной обстановкой, он назначил старшего и попросил выходить на связь сразу, как только произойдет что-то непредвиденное. Убедившись в результате визита, что сектор работоспособен, он улетел обратно на авианосец, потому что работы скопилось выше ватерлинии, и получилось так, что, назначая его на новую должность, от исполнения обязанностей по старой его никто не освобождал. В итоге начальник сектора разведки мало того, что не имел достаточных знаний и опыта, но и был перегружен другими обязанностями, которые с него никто не потрудился снять. А сам капитан первого ранга посчитал неприличным обращаться с этим вопросом к адмиралу.

Сейчас, переделав самое срочное, он лег прикорнуть на кушетке и только заснул, как его примчался будить посыльный.

Накинув на плечи китель, он прошел за посыльным в каюту ЗАС, засекреченной связи. Один из связистов предложил ему трубку, он взял ее:

– Капитан первого ранга Вирен, слушаю вас.

– Это кап-три Кульницкий, господин капитан. У нас чрезвычайная ситуация!

По голосу своего подчиненного Вирен понял, что там и впрямь чрезвычайная ситуация.

– Успокойтесь и докладывайте, что произошло.

– Господин капитан, усиленная десантная группа вышла к летнему дворцу рядом с шоссе и заняла его. Там, в одном из кухонных помещений было обнаружено устройство…

– Какое устройство? – не понял Вирен.

– Мы не знаем. Но в этом помещении и в соседних – повышенный радиационный фон.

Капитан Вирен выпрямился, вся усталость исчезла без следа:

– Приказываю эвакуировать всех из дворца, отойти не менее чем на километр! Принять стандартные меры радиационной защиты всем наземным силам. У вас есть группа атомной безопасности, высылайте ее немедленно.

– Господин капитан, я осмелился уже выслать группу.

– Правильно поступили. Отдайте приказ готовиться к общей эвакуации из города. Немедленно!

– Так точно, господин капитан.

Капитан Вирен вышел в коридор, он хотел идти на палубу, к вертолету, но передумал. Пошел к залу боевого управления, тот был в трех дверях от него.

– Где адмирал фон Пильхау? – спросил он у первого попавшегося офицера.

– Ушел отдохнуть.

– Куда?

– В соседнюю каюту… да не трожь ты его.

Не слушая, капитан Вирен прошел к соседней каюте, там ему путь преградил адъютант:

– Нельзя. Господин адмирал изволят отдыхать.

– Будите. У нас чрезвычайная ситуация.

– Сказано, нельзя.

Капитан Вирен помрачнел:

– Если адмирал не выйдет через минуту, я включу колокол громкого боя на корабле, понятно? Будите, немедленно.

Угроза возымела действие – через минуту к нему вышел зевающий адмирал:

– Вирен? Черт побери, в чем дело? Англичане?

– Никак нет, господин адмирал. Десантная группа обнаружила что-то в летнем дворце. Возможно, это ядерное устройство. Повышенный уровень радиации. Мне нужен приказ на общую эвакуацию из города.

– Общую эвакуацию? – Адмирал непонимающе уставился на подчиненного, ему доложили, что русские войска, сломив сопротивление противника, прорвались к одиннадцатому шоссе и наступают, а передовые десантные группы уже высажены за перевалом. – Вы что, с ума сошли, Вирен? Город в наших руках!

– Этот город может превратиться в атомную топку, если мы немедленно не выйдем оттуда! Если это ошибка – все потом можно будет исправить.

– Вы сумасшедший, Вирен, – снова зевнул адмирал. – Если кто-то узнает, что мы вошли в город и заняли его, потом, испугавшись, сбежали, потом начали брать его второй раз, мы просто станем посмешищем всего флота. Вы выслали группу специалистов?

– Так точно, но времени, может быть, очень мало.

Адмирал дружески хлопнул капитана по плечу:

– Я-то думал… Вот когда станет понятно, что там такое, когда специалисты дадут заключение, тогда и будем разбираться. А пока не порите горячку, Вирен. И будите меня только в том случае, если пойдут англичане.

Потом комиссия не смогла прийти к единому выводу относительно виновности адмирала фон Пильхау в случившемся. Наверное, это было невозможно. По сути, он был прав – ничем не подтвержденная информация, разве можно на основании ее отступить перед противником, оставить врагу целый город, который только что был большим трудом и большой кровью захвачен? Да и не успели бы эвакуироваться, все равно бы не успели…

Капитан Вирен, без портфеля с рабочими документами, выбежал на палубу, подбежал к дежурному «Воробью», которые прошлым вечером перелетели с суши, чтобы не гонять в качестве посыльных большие и дефицитные «Сикорские».

– На авианосец, – сказал он пилоту.

Пилот кивнул, добавил обороты двигателю…

…Несмотря на приказ укрыться под броней, десантники сидели на ней. Грызли трофейную колбасу, передавая друг другу палку по кругу. Смотрели на дворец, откуда им пришлось сматываться со всей возможной скоростью – машины стояли также на серпантине, только ниже…

– Не, все-таки, что ты там увидел?.. – спросил один из десантников, усатый крепыш, со смаком откусывая от палки.

– А я знаю? Штука какая-то. С красным глазком.

– Чупакабра, что ли?

Недавно по синематографу крутили фильм про редких и вымышленных животных.

– Да пошел ты! Бомба это!

– А что так далеко ушли?

– Иваницкий… он у нас инструктор по химзащите, в нее тыкать начал прибором своим, а потом панику поднял. Командованию доложили.

Словно откликаясь на упоминание командования, в одной из БМП открылся люк, из него высунулся капитан:

– Вы что, приказ забыли, сукины дети?! Быстро в десант!

– Сейчас, господин майор. Мы воздухом подышать выбрались…

– Быстро в десант и задраиться!

– Летят!

Все повернулись на крик и увидели, как со стороны моря идет большой, грузный вертолет Сикорского в сопровождении двух винтокрылых штурмовиков «В-80». Солнце уже прошло апогей и подсвечивало вертолеты сверху, они как будто висели в воздухе на солнечных лучах.

– Красиво идут.

Вертолеты прошли над колонной, потом штурмовики вырвались вперед, обошли здание дворца и встали в круг, не зависая, чтобы не быть легкой мишенью. Тяжелый «Сикорский» неспешно прогрохотал над ними, подошел к дворцу и завис. Вниз полетели тросы…

А потом была вспышка. Такая, что они увидели ее сквозь стены…

Маленький «Воробей» дрогнул, поднялся в воздух, раскачиваясь в восходящих потоках воздуха от авианосца и от поверхности воды. Потом пошел вправо – там, на водной глади залива, в тридцати кабельтовых стоял без хода десантный корабль «Александр Колчак», с него в это время готовились взлететь два вертолета.

– Придется подождать пару минут, господин капитан! – крикнул летчик. – Палуба занята! Сейчас нам ее расчистят.

Вирен в ответ показал большой палец.

«Воробей» зачем-то поднялся еще выше, была видна большая часть оперативной эскадры – авианосец, десантные корабли, стоящий ближе всего к городу огромный линкор. Они напоминали кораблики на бурливой, мутной весенней луже в Кронштадте, где любили играть флотские пацаны.

А потом взошло солнце. Второе солнце, первое уже было и весело светило им всем с неба, а вот второе, волей злых и беспощадных людей, взошло на земле, на самой ее поверхности. Капитан Вирен не смотрел туда в тот момент, иначе бы не уберег глаза, остался бы навечно слепым. Просто все это – корабли, водную гладь, их самих – осветило как-то сбоку ярким, почти солнечным светом.

– Что это?! – крикнул пилот и повернулся в сторону света. – А-а-а-а!..

Капитана словно обдало ледяной водой, мурашки пошли по всему телу:

– Атомный взрыв!

Даже сейчас Вирен не потерял самообладания – он перехватил рукоятку управления вертолетом у выпустившего ее летчика, стараясь не смотреть на разгорающееся на земле атомное пламя, на поднимающуюся на горизонте гору огня, на стремительно несущуюся по земле ударную волну, сметающую все на своем пути.

– Держись!

Взбесились все приборы на единое мгновение, запищал тревожно зуммер опасности, все стрелки приборов показывали максимум, все индикаторы загорелись.

– Боже!!!

– Электромагнитный импульс взрыва!!!

А потом все приборы погасли, и вертолет, крутясь, словно осенний желтый лист в порыве ветра – ударная волна досюда почти не дошла, но ЭМИ вывела из строя все приборы на, по сути, гражданском вертолете, – полетел к воде…