Седьмое небо - Луанна Райс

— Сьюзен, я кому говорю? Оставь котенка, пригнись и прикрой голову руками. Ты меня слышишь?

— Да, — всхлипнула девочка.

— Нам предстоит удар о землю, — сказал Уилл, тщательно взвешивая слова, что выдавало его волнение. — Но я уверен, все будет в порядке. В полном порядке. Мы выберемся из самолета, словно ничего не случилось. О'кей?

— Я боюсь, — заплакала Снежинка.

— Черт, через минуту все будет позади, — сквозь зубы произнес Уилл.

— Папа… — начала Снежинка, голос ее сорвался.

— Вы меня слышите? Как только мы остановимся, — спокойно говорил Уилл, — мгновенно, понимаете, мгновенно отстегните ремни — и бегом из самолета. Понятно? Мигом, вы меня поняли?

— Мигом, папа, — повторила Снежинка. — Я поняла.

Сара, должно быть, тоже что-то ответила, но она ничего не сознавала. Боль затуманила ее разум. Она думала о Майке и впервые обрадовалась, что его нет с ними. Он сейчас в безопасности, рядом с ее отцом, с тетей Бесс, дома, на Лосином острове.

— Сара, — позвал Уилл, — Снежинка, я люблю вас!

— Я тоже люблю тебя, папочка, — отозвалась Снежинка.

«Я люблю тебя», — подумала Сара, но ничего не сказала вслух.

Самолет приземлился и со скрежетом помчался по бетонной полосе, норовя вырваться из-под контроля. Уилл удерживал его железной хваткой, словно боролся с крылатой машиной. Сара слышала, как с его губ срывались проклятия вперемешку с мольбами, слышала, как рвалась на части металлическая обшивка, пропеллеры отвалились, куски металла угодили в иллюминаторы, стекло сыпалось со звоном, от трения то и дело вспыхивали искры.

Наконец они остановились.

Уилл выскочил из самолета раньше, чем Сара успела поднять голову. Снежинка вывалилась на бетонную полосу, прижимая к себе котенка. Оттолкнув ее от самолета, Уилл крикнул ей, чтобы она бежала прочь, и рванулся спасать Сару. Открыл дверь с той стороны, где она сидела. Машины «скорой помощи» окружали самолет. Пожарные разворачивали шланги. Клочья противопожарной пены уже летали в воздухе. Пожарные кричали, чтобы все немедленно покинули самолет.

— Выходи, Сара! — крикнул Уилл, придерживая дверь и расстегивая ремень. — Нужно выбираться отсюда!

— С дороги, Уилл! — крикнул один из пожарных. — Мы приступаем к работе.

Уилл продолжал стоять около Сары.

— Черт побери, Уилл! Самолет сейчас взорвется. Прочь отсюда!

Уилл не обращал внимания на угрозу пожарных, он был само спокойствие, словно в его распоряжении была целая вечность. Поскольку Снежинка была в безопасности, он думал только о Саре.

— У меня ноги не двигаются, — сказала Сара, глядя ему прямо в глаза.

— Ничего, дорогая, — мягко ответил он и подхватил ее на руки. Она думала, что у нее совсем нет сил, но она обняла его за шею и прижалась к груди.

Уилл нес ее к машине «скорой помощи», где их поджидала Снежинка. Он положил Сару на носилки. Даже после того, как машина умчалась, сверкая мигалкой и завывая сиреной, он не ушел, а так и стоял, не в состоянии сделать ни шагу.

Глава 21

Сидя в библиотеке, они смотрели вечерние новости. Снежинка закуталась в плед, на ее коленях мирно посапывал Доктор Дарроу. Третий канал начал съемку в то время, когда самолет кружил над аэропортом. На летном поле присутствовали газетные репортеры и телевизионщики. Снежинка слушала возбужденный голос журналистки, комментирующей происходящее.

— Они, должно быть, не сомневались, что мы разобьемся, — заметила она, не отрываясь от экрана.

— Не говори так, — одернула ее мать, — это было ужасно. Мы с Джулианом ждали твоего возвращения, и тут нам позвонили из службы авиадиспетчеров и сообщили, что происходит. Я не могла поверить.

— Мы сразу включили третий канал, — вторил жене Джулиан. — Я стоял наготове с подушкой, собираясь закрыть экран, чтобы твоя мама не видела падение самолета.

— Мы нормально приземлились, — пожала плечами Снежинка, поглаживая котенка по спинке. Он счастливо мурлыкал.

— Слава Богу! — воскликнула Элис.

— Вот и суди сама, — сказал Джулиан. — Стоит тебе убежать из дома, как творятся ужасные вещи. Я ведь предупреждал…

Снежинка не испытывала ни малейшего желания вступать с ним в беседу. Она молча смотрела на экран телевизора. Ее мать была так мила, даже не наказала ее, ни слова не сказала про котенка, только Джулиан искал повода поспорить. Снежинка чувствовала, как в горле у нее запершило, и знала, что если не ответит ему, то просто лопнет.

— Я не убегала, — сказала она, — я была с отцом.

— Смотрите! Уилл! — воскликнула ее мать с таким преувеличенным возбуждением, словно увидела на экране кинозвезду.

Снежинка тоже увидела отца за штурвалом самолета, такого красивого и сильного. Камера остановилась на его лице, Снежинка поверить не могла, что он так спокоен.

— Все не так, как кажется, — с удивлением произнесла она.

— Что ты хочешь сказать?

— Это было так страшно, — ответила девочка. — Я плакала, папа на меня прикрикнул. Но смотри…

Всякий раз, когда камера наезжала на его лицо, Уилл великолепно владел собой, не выказывал ни тени страха. Его руки сжимали штурвал, взгляд был устремлен вперед, он почти не двигался.

— Твой отец вел себя очень мужественно, — сказала Элис.

— Знаю, — ответила Снежинка.

— Вау-у… — Ее мать подалась вперед. В глазах вспыхнуло удивление, на лице застыло странное, растерянное выражение. Что это, думала Снежинка, восхищение или сожаление? Она не могла понять и решила, что скорее это смесь того и другого.

— Он знал, что дело идет к катастрофе, но оставался спокоен.

Камера перешла к Саре, и у Снежинки упало сердце. Лицо Сары было искажено страданием, глаза округлились, рот застыл в гримасе.

— Уж она-то неспокойна, — хмыкнул Джулиан. — Она просто в панике.

— Она такая же храбрая, как и папа, — вступилась за свою старшую подругу Снежинка. — Слышали бы вы ее.

— Она его подруга? — спросила Элис. — Журналисты по крайней мере так сказали.

— Не знаю, — ответила Снежинка, ей не хотелось это обсуждать.

— Похоже, что так. Он от нее не отходит.

Снежинка кивнула. Мать и Джулиан приехали за ней в госпиталь, потому что отец хотел остаться с Сарой. У нее было защемление нерва или что-то в этом роде, а аварийная посадка только ухудшила положение.

Снежинка не сознавала, сколько времени прошло. Тогда ей показалось, что все произошло мгновенно. Она считала, что посадка была быстрой и трудной, а в телерепортаже это длилось вечность. Всякий раз, когда на экране возникало лицо Сары, Снежинке делалось не по себе. Бедняжка, Снежинка даже представить себе не могла, что ей было так больно! Но когда она видела на экране отца, ее переполняла гордость.