Летняя вьюга - Павел Сормов

    -Есть!

    Феечка мягко притормозила оба маятника воздушной волной, не дожидаясь команды.

    -Коррекция!

    Дашка прицелилась в курсовую звезду по своему отвесу. Сила тяжести была невелика, что означало небольшую пока тягу.

    -Есть! Набираю ускорение?

    -Да, пока шесть с половиной. Надо двадцать.

    Мягко навалилась перегрузка.

    -Ещё?

    Юлька, уже с некоторым усилием, зацепила нетбук на держатели.

    -Да, семнадцать… ещё чуть… стоп! Двадцать! Так держать. Сорок три минуты.

    Минуту прижатые к спинкам космонавты молчали. За спиной полыхал белый огонь, заслоняя тёмную громаду ночной Земли.

    -Какой расход? - очнулась Терция.

    -Пока первый не вышел…

    Расход замеряли по второму стаканчику, он "ушёл" за две минуты сорок секунд. Дарья отметила, что Мыш опасался зря, с таким расходом горючего и рабочего тела на весь полёт потребуется меньше полбака космической машины. Скорость истечения, достигнутая феечкой, была явно намного выше расчётной.

    -Между первой и второй… - подал голос Серёга.

    Равнодушный к двойной перегрузке, "космонавт-бездельник"… флегматично читал книгу, один из томов длинной фэнтезийно-исторической эпопеи, найденной на чекановской даче. Юлька на мгновение даже утратила дар речи, от возмущения.

    -Серый… ну… ёбаный же стыд!!! Мы в космосе! Летим на Луну!

    -А на что тут глядеть-то? - Не понял возмущения подруги Серёга. - Луну я вижу. Земля тёмная. Если какой движняк начнётся, я всегда готов.

    -И какой тут движняк? - усмехнулась сосредоточенная Дашка. - Метеориты я тоже чую. Снесу воздухом, если не очень большой.

    -Если что начнётся, мы и мяукнуть не успеем. - Мрачно возразила Терция. - Меня больше импульс напрягал, но его, вроде, хоть до Сатурна.

    -А если бы не хватило? - спокойно спросил парень.

    -Остались бы болтаться на околосолнечной… как… ну…

    -Как птице-рыбо-дура. - равнодушно перевернул страницу Серый.

    -Это ты мне? - угрожающе обернулась рыжая.

    -Я чё… я ничё… - притворно испугался "космонавт-бездельник".

    Страшное космическое солнце, похожее на синюшную ртутную лампу, полыхнуло слева, разом выскочив из-за земного бока. В дневном светиле не было ничего от ласкового жёлтого шарика над Крымом, греющего через мягкое синее покрывало атмосферы - злой стальной огонь даже напугал впечатлительных девчонок.

    -Съехали с темы. Коррекция. - Преодолела себя Юлька.

    -Вижу. - Дашка чуть довернула вектор тяги, снова придя к нужной звезде.

    Земля, бессильная остановить волшебный полёт, ревниво гнула своим притяжением в дугу орбиту маленького кораблика, но чем дальше, тем меньше. Терция, сверившись со своей программой, достала секстант, и, определившись, удовлетворённо щёлкнула пальцами - всё шло примерно по плану. Луна пока, с виду, оставалась такой же по размеру, но непривычно чёткой и яркой. В салоне было светло, Солнце и созданная феечкой звезда двигателя ощутимо припекали через стёкла. Против потока света Дашка была бессильна и просто отгоняла быстрые молекулы в "хвост", удерживая комфортный микроклимат.

    -Через десять секунд выключаемся… пять, четыре, три, два, один… стоп!

    Перегрузка пропала, пламя за задним стеклом погасло. Набрав относительно Земли скорость в тридцать три километра в секунду, "оболочка из света звёзд" (и, заодно, из донецкой стали) уносилась к Луне.

    -Два часа сорок семь минут курим бамбук! - Юлька снова достала секстант, сверилась, и довольно рассмеялась. Сувенирный прибор неторопливо поплыл по салону - невесомость. Терция была возбуждена и, будучи пристёгнутой, сидела как на иголках, постоянно вертясь и рассматривая звёзды. Возможно, виной тому было сочетание отсутствия тяжести и перенасыщенная кислородом атмосфера - феечка чуть ошиблась с концентрацией, очищая прихваченный с собой воздух.

    Пока Дарья была занята под самую завязку, разгоняя кораблик, ей было не до космических рефлексий. Теперь у неё появилось свободное "машинное" время, жизнеобеспечение своей экспедиции она поддерживала в автоматическом режиме, ощущая его уже почти как собственное дыхание. И снова, как тогда, в Сибири, она ощутила свою ничтожность перед лицом окружающего пространства. Но если тогда вокруг была верная и могучая помощница, земная атмосфера, то сейчас… космос не был враждебен. Он был просто пуст, огромен и равнодушен. Считанные частицы проскакивали через шарик ноосферы, слишком редкие, чтобы на них опереться, изменить свою предопределённую траекторию. Только то, что с собой… и если с собой взяли бы недостаточно рабочего тела или горючего, волшебница с друзьями сгинула бы в чёрной пустоте навсегда. Вся мощь феи Максвелла никак не изменила бы её судьбы - вечного полёта вокруг Солнца по вытянутому эллипсу, и миллионы лет останки космонавтов в красном жестяном гробу наматывали бы эту безнадёжную петлю… Дашка поёжилась. Приключение уже как-то не ощущалось весёлым и безопасным. Сейчас лицеистке казалось, что она сдаёт экзамен, причём преподавателю ещё более безжалостному, чем физичка, Софья Генриховна. Вот только двойка у этой "училки", неподвластной дашкиному волшебству Гравитации, будет означать мучительную смерть для всех троих космонавтов.

    За время, когда феечка боролась с космическими страхами, а Юлька вертелась на своём месте, как вошь на гребешке, Луна, неторопливо переползая в нижний правый угол лобового стекла, начала явственно распухать. Белёсая "дырка для лунной оси", кратер Тихо, стал виден невооружённым глазом во всех подробностях, со всей системой лучей-меридианов.

    -Половину пролетели! - Юлька, отстегнувшись и открыв свою дверь, бесстрашно высунулась в "космос" и там манипулировала с секстантом, щурясь от злого солнца. - Фотоаппарат дайте.

    ****

    Просидев в накопителе аэропорта "Шереметьево" лишние три часа (вечно всем должная, украинская авиакомпания "Аэросвит" была в своём репертуаре) Борис Викентьевич уже всерьёз пожалел, что никак не мог воспользоваться баллистической услугой волшебной внучки - быстро, интересно, без всяких формальностей, и при этом совершенно бесплатно.

    Профессор внимательно следил за дашкиными отжигами, в сети, последние полмесяца, отмечая явный "профессиональный рост" юной волшебницы, и пока никак не хотел вмешиваться в процесс её самоисследования, раскрытия собственных способностей. Будучи человеком, умудрённым долгим жизненным опытом, учёный отлично понимал, что любопытство работает лучше любых понуканий. И его присутствие, с кучей приборов, и долгими научными допросами просто было излишним. Конечно, БВЧ опасался, что у Дашки начнётся "головокружение от успехов", и одуревшая от собственного всесилия фея натворит глупостей, например, даст себя вычислить, с уже многократно описанными фатальными последствиями для всей компании "сумасшедших учёных". Но до позавчерашнего дня всё шло более-менее нормально. Анонс лунной экспедиции стал для профессора недвусмысленным знаком, что исследовательский процесс надо брать в "ежовые рукавицы", а если хочешь, чтобы какое-то дело было сделано хорошо - сделай его сам. Тем более, что учиненное рыжей термоядерное испытание на Арабатской стрелке указывало, что юная чародейка, сама, или с теоретической помощью друзей действительно сумела с лёгкостью приручить литий-6-дейтериевую реакцию, дело жизни Чекана - неспроста же она утащила из квартиры весь архив по теме "Аэлиты".

    Доктор был довольно лёгок на подъём - днём решил, сразу заказал билеты, а вечером уже маялся в чёртовом аэропорту. Когда, наконец, аэробус долетел до Крыма, времени было далеко за полночь. Рейс Бориса Викентьевича оказался последним, до утра, и охрана подгоняла задержавшихся пассажиров и служащих на выход. Убедившись, что в помещении терминала никого не осталось, старший смены охраны замкнул на замок (хорошо, хоть не амбарный) международный аэропорт "мiста" Симферополя. Профессор усмехнулся - подобную сцену он наблюдал в семидесятых годах, в приполярном Певеке, но тот аэропорт хоть "международным" не величали. С сожалением поглядев на тёмные окна старого здания аэровокзала (там помещался замечательный ресторан в стиле ретро, работавший, однако, тоже в стиле ретро - только днём) Борис Викентьевич отправился к стоянке такси. Сразу уполовинив астрономическую сумму, названную борзоватым извозчиком-татарином, БВЧ погрузился в белую "Волгу". Торговаться больше желания не было, а гривен, к счастью, у него было достаточно, после апрельской поездки в Киев. Предупреждать о своём приезде профессор не хотел, да и ночь на дворе, что людей будить…

    ****

    Огромная Луна занимала уже половину лобового стекла. Юлька, в очередной раз "привязавшись" по секстанту, поглядела на свои таймеры. Всё шло точно по плану полёта, и умница самодовольно улыбалась.