Северная королева. Книга 3 (СИ) - Верещагина Валентина

Медальон вернулся к Гурдину, все, что нужно, я узнала, остается размышлять.

Мы уже подходили к Нордуэлльскому замку, но никто из тех, кто двигался рядом со мной, не узнавали знакомые места. Глаз радовало одно — колосья на полях успели сжать. Надо будет поблагодарить Граса, хотя я отлично понимаю, на что обрекла его. Будущего лорда учили сражаться и править, а не жать. Однако, он успешно справился с поставленной задачей. Все бы так беспрекословно подчинялись. Стоило подумать, как я опять выпала из реальности и очутилась в совершенно ином месте. В лицо мне дул пронизывающий ветер, несущий полынный запах осени. Я стояла на стене, глядя вниз, на горящее пламя и людей, словно муравьев. Рядом замерла хрупкая фигурка в доспехах.

— Ты меня звала? — спросила у Тэйны.

Она сняла шлем и тряхнула темными кудрями.

— Привет, — проговорила хрипло. — Да. Нам стоило увидеться. Видишь? — мотнула головой, отчего черная волна блестящих волос вновь всколыхнулась.

— Война кругом. Никому не удастся отсидеться, — только и молвила я, не чувствуя ни боли, ни сожалений.

Сердце словно очерствело, но уже не по требованию Некриты. Так решила я сама. Сейчас все чувства были отданы любимому и дочке.

— А ему? — осведомилась Тэйна, пронзая горящим взором зеленых глаз.

— А ему особенно, — спокойно изрекла я.

— Ты видела его? Говорила? — она спрашивала торопливо, сбивчиво.

— Мельком, — отозвалась честно, без утайки. — Лиса мучают собственные кошмары.

— И много их?

— Он тебе не рассказывал?

— Нет, — и Тэйна выбрала откровенность. — Мы совсем мало разговаривали по душам, — усмехнулась, но безрадостно. — Он больше слушал, пока я твердила, что лишилась души.

— Тогда тебе придется подождать. Лис обязательно поделиться своими тревогами.

— А ты не поведаешь мне о них?

— Разве я могу? — покачала головой я, и Тэйна отвлеклась, рассматривая людей пробегающих мимо. Они что-то кричали на бегу, она отдавала отрывистые распоряжения. Меня никто не замечал, а я приметила эрт Даррна.

Он шел к нам и как будто видел меня. Его брови сошлись на переносице, губы были сурово поджаты, на лице запеклась кровь.

— Милая, — эрт Даррн прошел сквозь меня и взглянул в изменившиеся очи дочери.

Тэйна откликнулась резким тоном:

— Ты нужен там. Я подойду скоро! И мы вместе выступим перед людьми!

Правитель Края Тонких Древ устало кивнул и вновь прошел через мое бесплотное тело. Тэйна столкнулась взглядом с моим:

— Но ты поговоришь с Ганнвером, когда придет время?

— Поговорю, — согласилась я и добавила. — Но решать за него не буду.

Тэйна хотела ответить, по глазам было видно, что собиралась она сделать это в грубой форме, но внезапно передумала. Сверкнула непримиримым взором и отправилась вслед за названным отцом. Я вернулась, ощутив сильную боль в запястье. Так Первый напоминал мне об обязанностях. Дым прятал точные очертания замка, дорисовывая черными штрихами нечто свое, зловещее. Но мне было известно, что крепкие стены выдержат любую бурю.

Я дошла до парадной двери и поздоровалась со всеми встречающими. Люди молчали и с опаской косились на снежных монстров. В каждом взгляде светился немой вопрос. Один на всех. Я не собиралась отвечать, хотя мне и не нужно было. Слово взял Гурдин. Рилина хотела бы многое обсудить, как и Арейс, стоящий с ней бок о бок. Но Первый предупреждающе рыкнул, спугнув их расспросы. Тогда Рилина спохватилась и предложила пройти внутрь.

— Что мы стоим на открытом воздухе? Вот-вот польет дождь, — произнесла она быстро, хотя все вокруг понимали, что тучи, застилающие солнце, это облака дыма.

Нордуэлл горел. Небольшие группы противника раз за разом проникали на нашу территорию, не без потерь, но все же. Они нападали скоро, действуя исподтишка, словно шелудивые псы, и вновь прятались по укромным углам.

Рилина не стала спрашивать меня о малышке, она продолжила говорить сухим, суетливым тоном:

— Мы устроили для тебя новые покои. Соединили ту комнату, что тебе полюбилась, с соседней. Теперь у тебя есть место, где принять посетителей.

Я кивнула и сказала, обращаясь одновременно и к Рилине, и к Арейсу:

— Соберите женщин и детей. Отправьте их под охраной воинов на другой берег Меб. Сумеречные нынче менее опасны, нежели те, кто стремится добраться до Нордуэлльского замка. Это будет наш оплот. Дальше него враги не пройдут.

— А эти…костлявые, — поинтересовался Арейс, с предубеждением поглядывая на Первого.

Мой личный страж не обратил на эрт Маэли никакого внимания, как будто мимо пронесся порыв ветра и ничего более.

— Да, — отозвалась я. — С вами отправится один из снежных монстров.

— А… — начал было Арейс, но Первый показательно клацнул длинными клыками, и мужчина послушно умолк.

Я хлопнула дверкой, демонстративно отрезая себя от всех. От Первого отделаться не удалось. Он с ворчанием остался у входа, а я прошла. Знакомая комнатушка изменилась. В ней прорубили нишу, за которой располагалась кровать. Недалеко от входа поставили стол и несколько стульев со спинками и бархатными сидениями. Я заметила кувшин с вином и плеснула себе в кубок. Напиток был знакомым, сладким с терпким послевкусием. Мне хотелось воды, родниковой и холодной до такой степени, чтобы сводило зубы. Вода! Да!

Я присела на стул и прикрыла веки. Тот, кто мне нужен, уже был совсем рядом. Мой приказ был исполнен, несмотря на обстоятельства. Кто-то из оставленного за спиной Данкрейга отправил птицу, и она перенесла нужные сведения через огненную Меб. А Эви, которая до последней секунды не верила моему мысленному сообщению, получила письмо и поспешила сделать, как требуется. Она понадеялась только на свои силы и сейчас находилась в двух днях пути от намеченной цели. Я отлично чувствовала ее приближение и того, кто цепляется за ее руку.

Неподвижное зимнее солнце освещало стволы вековых сосен. Ир'шиони встретил меня в полном боевом вооружении. Его брови были сурово сведены.

— Все не так, как вы видите! — изрек Каон вместо приветствия. — Я хочу, чтобы вы и другие видели меня таким, но реальность будет жестокой!

Я набрала пригоршню снега и сомкнула ладони. Холод пронзил каждую клетку, настолько прикосновения были настоящими.

— Ты живешь здесь уже долгое время. Быть может, хватит себя беречь? — снег начал неохотно таять, но мне некогда было ждать. Я разомкнула ладони. — Смотри. Что ты видишь?

— Это вода, — недоуменно откликнулся эрт Тодд. — И мне известно, как настойчиво она точит камень. Но что?..

Я отвлекла его, присела на колени и написала на чистом снегу имя, состоящее всего из трех букв.

— Позови ее и сделай верный выбор, когда она спросит тебя, — все, чем могла помочь измененному.

Каон медленно кивнул, а я вернулась к встревоженному Первому. Он настойчиво тянул меня за рукав, предлагая прилечь.

Я без лишних движений молчаливо прошла и легла на кровать. Усталость брала свое, но сон не шел. Я балансировала между явью и видениями. Теперь сама выбирала тех, с кем хочу свидеться. Моя магия стремилась на север, в Гиблые горы. Я рассматривала снежные шапки, белеющие яркими пятнами на фоне сумерек, и мысленно звала двоих, тех, кого желала увидеть.

Сначала на горную площадку запрыгнул по склону Орон, мрачный и грозный, словно воин из древней истории. За ним на белый снег, приминая его, ступила Эдель. Холодный северный ветер трепал ее роскошные темные локоны. Глаза она гневно сузила, разглядев меня, и шепнула эрт Дайлишу:

— Точно слуги, а ведь…

— Здравствуй, королева, — приветствовал меня он, обрывая речи той, к которой все еще питал искренние чувства.

Я стояла, но снег под моими босыми ногами не таял. Эдель хмурилась, но губы ее язвительно кривились. В ее голове с самой нашей первой встречи созрел гнусный замысел, но я и не обольщалась. Я не смотрела на Орона, чтобы не подставлять его. Вампир, сумеречный, тварь — первый из них, кто стал мне дорог, и от привязанности к кому я не стремилась избавиться. Я доверяю эрт Дайлишу безоговорочно и твердо знаю, что он не подведет.