Лимитерия (СИ) - Герда

— Думаешь, схоронились где?

— Хм-м…

Юля скользнула изучающим взглядом по местам возможного нахождения снайперов, но оные тоже чисты были. Девушка нервно закусала нижнюю губу.

— Я проверю, — сказал Хог.

Лимит быстрее звука оказался подле стенки целого дома. Тишина. Оббежал его, осторожно заглянул внутрь через разбитое окно. Никого. Шагом пересёк широкий двор и проделал то же самое со вторым домом. Непонимание охватило и его.

— Странно, очень странно, — резюмировал отсутствие чего-либо Хог, а Юля тем временем приближалась к нему спокойным шагом. — Что-то подозрительное заметила?

— Нет. Блокпост, видно, заброшен, но сколь давно? — Юля задумалась. Понятно, что основная часть бандитов патрулирует прямые, основные и достаточно безопасные пути к горе, ибо немногие отважатся обходными идти. И всё же это слабая причина, способная объяснить отсутствие врага.

Волонтёры решили исследовать уцелевший дом. В нём не было ничего, кроме бытового интерьера и устройства связи. Его провода, что пролегать должны до антенны, были порваны.

Хог и Юля резко насторожились: их слух в одночасье уловил странный звук. Прозвучал он внезапно и так же быстро стих, потому определить его местоположение возможным не представлялось. Вдобавок, ни Лимит, ни Сахарова прежде подобного не слыхивали. Они, конечно, выбежали на улицу, готовые навалять любому, кто посмеет им на глаза показаться, но никого тут не было. Посему волонтёры решили, что это просто ультразвук, исходящий из недр Золотой Горы, и отправились исследовать полуразрушенное здание. Оно оказалось тоже пустым, однако здесь, на стенах, присутствовала чья-то кровь. Судя по цвету — человеческая. Наличие разбросанных арбалетных болтов на полу, часть из которых была в чём-то измазанной, свидетельствовало о возможной бойне бандитов с кем-то.

Юля сморщила нос. Здешний запах был отвратительным.

— Братва явно в спешке отсюда валила, — предположил Хог.

— Странно, что здесь нет тел. Кого-то тут точно скушали, я уверена в этом, — поделилась мнением Юля.

— Есть догадки, кто мог людоедом здесь поработать?

— Возможно, упыри. Только они по ночам на охоту выходят и держатся подле кладбищ. Стало быть, мы либо возле чьих-то захоронений, либо пировали здесь не вурдалаки.

Лимит закивал головой.

— Можно вопрос?

— М? — Где ты всему этому научилась? Ну, ремеслу охотничьему, стрельбе и так далее, — поинтересовался Хог. — Не думаю, что кэп тебя успела за три месяца так здорово натаскать. Или Макс…?

— Не-е, папа мой не боец. Он учёный. А насчёт Элли ты прав: я, когда вступила в команду, уже всё умела, — ответила Юля.

— Значит…?

— Меня мой брат научил.

— Вот как? Странно, что Макс ничего про сына не сказывал.

— Он мне не родной. Скорее, двоюродный, если не троюродный. У нас клановая ветвь разная.

Лимит не врубился. Сахарова вздохнула.

— Мой брат — чистокровный лимитер. Я — нет. По этой причине и пользуюсь «Стрый-льверами», потому что не могу напрямую колдовать, как это делают Элли или рыжий дуралей. У меня лимитийские корни.

— Ну, это я понял сразу. Не думал, правда, что твоя связь с моей родиной так сильна. А где твой брат тогда? Он живой?

Юля рассмеялась.

— Мой братец живее всех живых. Скажу даже больше — он был самым лучшим охотником-волонтёром на нашем кордоне, непобедимым, всесильным и популярным. Все его обожали, все от него без ума были. Да и сейчас слава о нём не сходит на нет — по-прежнему братишку моего ждут, хоть и понимают, что назад он вряд ли вернётся.

— Ты прям восхищаешься им, — заметил потомок Лимитеры. — А чего назад не вернётся?

— Потому что он пополнил ряды военных охотников и сейчас несёт верную службу союзу «Медведь». Его, кстати, Алексом зовут. Может, слышал?

Хог кивнул. Не то, чтобы хорошо, но отчасти знаком он был с историей о бравой троице волонтёров, что считалась лучшей командой на кордоне до появления «Серпа». Состояла она из Хексы, Брома и Алекса, который её возглавлял. В своё время эти ребята совершили немало подвигов на Алтийском море: они исследовали больше двадцати опасных островов, с вылазок всегда возвращались с богатыми трофеями, а слава о непобедимой «Молнии» распространилась даже за пределами Росскеи.

Около двух лет команда «Молния» сохраняла за собой статус самого лучшего волонтёрского отряда на кордоне «Луч», прежде чем решила распуститься. О причине данного решения знали только молниеносовцы, тогда как охотники только кумекать по сему поводу могли. Просто в один прекрасный день Алекс объявил о своём уходе и покинул Росскею. Отсутствовала и Хекса, вернувшаяся, правда, спустя год, но оставившая вылазки в прошлом ради посвящения самой себя… неясно, чему. Бром после роспуска команды сразу же заделался трактирщиком и, в целом, не сказать, чтобы унывал теперь. Как ни глянь на него — вечно улыбчив и доброжелателен к людям.

Зато Хог теперь понял причину неуёмной жажды Сахарова к исследованиям, к науке. В нём лимитийская кровь, смешанная с чьей-то ещё, себя проявляла. Ведь лимитеры не столько к силе тянутся, сколько к знаниям (даже если они полукровки). И Юля была такой же, несмотря на свой несколько бунтарский нрав, который девушка старательно маскировала.

Может, потому Хог с Юлей и поладил с первых дней, интуитивно в ней земляка почувствовав? С Орфеем ситуация аналогичная: он, как аквариец, имеющий отдалённое родство с лимитерами, тоже охотно на дружбу пошёл. Вот с Эсом, а уж тем более Элли всё было иначе. Кортиец, будучи эрийцем на минималках, не сразу стал товарищем. Про Эрию вообще молчать следовало.

Но… всё это, безусловно, были доводы бродяги без прошлого. Чисто на подумать.

***

— Лишь бы у них всё было хорошо, — Орфей очень сильно переживал за Хога и Юлю. Они, как разведка, в самое пекло шли, где неизвестно, что может быть.

— Ой, да не парься. Нормально всё будет, — а вот Эс был спокоен. Разве что бездействие его печалило, ибо парень тоже хотел побыть на передовой, силушкой богатырской с супостатами померяться — а ему велели присматривать за Орфеем. Вот уж действительно трагедия.

С другой стороны, сие логично: конь и слон на шахматном поле всегда передовые позиции занимают, нередко в паре работают. Ладья же напротив — держится в тылу до поры, до времени, пока ей не представится возможность либо с королём рокироваться, либо самой походить. Тут уж момента ждать надо, коего может и не быть.

— Кстати, пацанчик, — вдруг заговорил Эс. — Пока мы ждём наших — не против немного поболтать по душам?

— Эм-м, — Орфей растерялся. Обычно компанейский Корт не тянулся к общению с немногословным Якером, а тут неожиданно сам предложил поговорить. — Н-ну можно. А о чём?

— Да о всём. Например,