Операция Одиночество - Дмитрий Воронин

- Нет, майор, не можете. Это не входит в вашу компетенцию. Ваша задача исполнять приказы, а не думать о причинах, их породивших. - Он несколько секунд помолчал, потом, видно вспомнив, что их объединяет многолетняя совместная служба, добавил - Мне это не нравится, Рейкер. Я бы тоже предпочел просто расстрелять его...

Зеленая вспышка объявила о прибытии гостя. Он появился точно в указанной точке и точно в назначенный срок. Выпущенные с "Крайта" торпеды, находившиеся вблизи от точки выхода авианосца, оказались внутри его защитного поля и ничто уже не могло воспрепятствовать им поразить двигатель "Сюзанны". Чудовищная вспышка уничтожила всю кормовую часть колосса, вместе с С-драйвом и энергетическим сектором. Гейген-поля корабля погасли и истребители, ждавшие этого момента, рванулись вперед. Патруль так и не успел оправиться от неожиданного удара, а уже через минуту тяжелые истребители "Крайта" вошли в его эллинг и выплюнули из своих люков десант. А вслед за ними уже шли тяжелые десантные челноки, забитые до зубов вооруженными рекнами, жаждущими крови.

Шансов на успешное сопротивление землянам не оставили. Находившийся на борту батальон морской пехоты базировался также в кормовой части корабля, и поэтому на 95 процентов был уничтожен еще до начала боя, а шлюпки с десантом продолжали пребывать. Рекнам удалось сломить слабое сопротивление экипажа и штурмовые отряды успешно продвигались к центру управления, уничтожая всех на своем пути.

- Майор - обернулся к Рейкеру контр-адмирал, до этого с явным удовольствием созерцавший ход операции. - сейчас вылетайте на "Сюзанну". Ваша задача - доставить пленных. Немного, четыре-пять человек, желательно из разных категорий, навигаторов, пилотов, в общем, кого найдете. Нам могут пригодиться их сведения.

- Слушаюсь, сэр. - Рейкер мог бы добавить, что эта миссия совсем ему не нравится, но счел несвоевременным спорить с шефом.

Истребитель приземлился на палубе "Сюзанны", изрезанной лазерными лучами. Практически везде лежали трупы людей и майор обратил внимание, что далеко не все погибли от оружия штурмовиков - в запале боя прорвались инстинкты рекнов и несколько человек лежали с разорванным горлом. Впрочем, он отметил, что и земляне, несмотря на неожиданность атаки и заметный численный перевес нападающих, все же сумели продержаться какое-то время - несколько убитых рекнов были тому наглядным примером. Тем не менее, потери среди десанта были невелики - боевая броня, в которую были облачены солдаты, выдерживала практически любое попадание из ручного огнестрельного оружия, и только бластер мог пробить эланский сплав. Среди землян почти никто не успел надеть бронекостюмы, поэтому за каждого погибшего рекна люди заплатили не менее чем десятком жизней.

С некоторым трудом перебравшись через груду трупов у одного из шлюзов на выходе из эллинга, Рейкер направился в сторону рубки. Эфир доносил крики и грохот взрывов, но в целом было ясно, что сопротивление внутри корабля подавлено. Оставшиеся защитники были оттеснены к центру управления и закрылись там, заблокировав двери. Броневая защита Центра была более серьезной, чем в любом другом помещении на корабле, исключая разве что медотсек, поэтому штурмовики пока не стали взламывать переборку, ограничившись уничтожением людей в остальных секторах огромного корабля.

Когда майор наконец добрался до наглухо задраенного люка, за которым располагался Центр, его уже даже начало мутить от многочисленных сцен бессмысленной, с его точки зрения, жестокости. Был момент, когда ему хотелось пристрелить своих же соотечественников, которые с залитым кровью лицом с наслаждением терзали зубами горло еще, возможно, живого человека. Почему-то среди этого хаоса он был, пожалуй, единственным, кто не испытывал жажды убивать. Возможно это было связано с воспоминаниями о том пилоте (Майор даже не видел его лица и не знал, парень это был или девушка), который когда-то мог добить противника, но не счел нужным этого сделать. Рекны в подобной ситуации никаких сомнений не испытывали.

Командир штурмового отряда, заметив старшего по званию, доложил, что в целом корабль захвачен весь. По его данным в центральной рубке находится около двух десятков людей, каналы контроля за системами авианосца отрезаны и ничем повредить Имперским силам эти люди уже не смогут. Командир осторожно высказал мнение, что, возможно, не стоит тратить силы на взлом рубки, поскольку имеется возможность просто уничтожить этот сектор вместе с последними членами экипажа.

- Нет. Вы будете пробиваться в рубку. Более того - Рейкер старался говорить властно и безапелляционно, хотя такой тон ему в общем-то был не свойственен - вы должны постараться чтобы по крайней мере несколько людей можно было бы взять в плен живыми. Обратите внимание, капитан - живыми и, по возможности, здоровыми.

- Но, сэр...

- Приказ адмирала. Выполняйте.

Броневая дверь рубки рухнула под слепящими лучами стационарной лазерной установки и навстречу бросившимся вперед штурмовикам ударили лучи ручного оружия землян. Впрочем, сопротивление очень быстро было подавлено, но, игнорируя приказ Рейкера и указания своего же капитана, взбешенные рекны, которые все же потеряли троих товарищей, уничтожили почти всех, кто находился в рубке. Большинству раненых просто перегрызли горло. Рейкеру даже пришлось ткнуть в лицо разошедшемуся солдату пистолет, чтобы сохранить живой молоденькую девушку и низенького толстяка с эмблемой медслужбы. Он передал их двоим штурмовикам и, напомнив им, что они головой отвечают за безопасность пленных, отправил их к своему истребителю. Спустя несколько минут он обнаружил еще одного уцелевшего, офицер довольно высокого ранга с эмблемой астронавигатора вполне устраивал майора. Рана на голове оказалась неопасной, хотя и сильно кровоточила. Рейкер позволил офицеру взять несколько бинтов из аптечки и под конвоем отослал его на летную палубу.

Внезапно ожила одна из лежащих на полу фигур - крупный, почти сравнимый по габаритам с рекнами мужчина, в прыжке достал ногой одного из солдат, одновременно ударив тяжелым кинжалом в стык шлема и бронекостюма капитана, командовавшего штурмовым отрядом. Удар был абсолютно точен и офицера спасло незначительное отличие командирского шлема от солдатского - более мощное переговорное устройство, занимавшее в шлеме больше места и размещенное у подбородка, приняло на себя удар.

- Не стрелять! - рявкнул Рейкер во весь голос, так что боль пронзила горло. - Живым!

Бойцу недолго удалось сопротивляться. На него накинули сеть и спеленав, как младенца, отнесли к остальным пленникам. Единственным для него утешением была сломанная нога у одного из штурмовиков - реакция у человека оказалась лучше.