Антем вечности. Книга первая. Аппроксимация - Сергей Станиславович Сериков

В коридоре грянул ещё один взрыв наступательной гранаты, шрапнелью брызнули во все стороны осколки обшивки переборок и напольного покрытия. Верхняя левая часть грудной клетки с лохмотьями головы, разорванного на части мертвого ксарга, обугленными внутренностями забрызгав палубу перед камерой контрактника, нелепо шмякнулась о силовое поле. Выстрелы снаружи стихли. Сенсоры шлема, не без труда разобрали среди воя сирены предсмертный хрип очередного инсектоида. Глухой звук тупого удара оборвал муки антропоморфного насекомого. Тяжелыми шагами, к силовому полю камеры вальяжно подошел протокольный дроид контрабандистов с ног до головы, увешанный оружейными модулями и военным снаряжением.

– Согласованная констатация: если мешок с костями, внесенный в протокол «эхо» не пригнется, возможно его бессмысленное существование оборвёт очередь моей винтовки.

Эндрю не потребовалось дополнительных просьб чудаковатого робота, чтобы, проворно перемахнув через койку, припасть к холодной стене тесной камеры.

Дроид, прицелившись в пульт управления силовым полем камеры, открыл огонь из массивного танкового пулемета. Стрелянные гильзы, водопадом брызнули на измазанный люминесцентной кровью чужих палубный настил. Не прошло и секунды, как искрящая проводами сквозная дыра, на месте превратившегося в месиво пульта управления, полыхнула алым пламенем. Силовое поле, в последний раз моргнув своим лиловым светом, окончательно погасло.

– Искренний вопрос. Тебе понравилось, как я ликвидировал эти органические формы жизни, мешок с костями? – синий визор дроида буквально сверлил своим взглядом Эндрю. Заставив последнего невольно вздрогнуть.

– Хорошие боевые протоколы, это базовая подсистема? Или ты был боевым дроидом? – подойдя к железной машине спросил контрактник.

– Удивлённое замечание. Мешок с костями не так безнадёжен каким показался при первом контакте. Абсолютное утверждение. Мои протоколы ликвидации органических форм жизни безупречны.

Мгновенно развернув голову, робот, вскинув правую руку, короткой очередью сбил с ног, выбежавших из-за поворота коридора пару ксаргов.

– Инертное несогласие. Нет, я не был боевым дроидом. Уточняющая констатация. Твоя самка и тщедушный, кучерявый, слабовольный мешок с костями, находятся в трёх камерах слева от меня, освободи их и прогрей корабль к моему возвращению.

– Легко сказать железный дровосек, было бы не плохо изолировать весь тюремный уровень… – подобрав с пола, заляпанный кровью бластер ксаргов, бросил через плечо Эндрю.

– Согласованная констатация. Глупый мешок с костями, тебе стоит знать, что мною успешно саботированы системы оповещения, подстанция управления, изолирован ангарный и тюремный уровни. У тебя, твоей самки и вашего ущербного компаньона, около десяти минут, чтобы добраться до корабля, прежде чем не внесенные в протокол «эхо», органические формы жизни смогут восстановить подачу энергии на заблокированные палубы, – размеренно шагая дальше по коридору ответил робот.

***

2195 г. 9 ноября 06:15 МСК

Космическая станция «Тенебрус»

Нейтральные территории, на периферии пространства галактического совета

планетарная система V616 Моноцеротис

3003 световых года от Земли

Багряно-алое зарево диска аккреции, потоками света, газа, солнечного ветра, плазмы и космической пыли, разрывало тьму ослепительно белым сиянием у кромки горизонта событий. Физическое воплощение неумолимой бездны пожирало тлеющую звезду. Завораживающая агония утопающего в сингулярности светила, изредка озарялась неимоверно яркими вспышками, коллапсирующего газа, у внешнего края аккреционного диска.

Несмотря на значительное расстояние от горизонта событий, вполне достаточное для нормального течения времени, величественное вселенское явление можно было лицезреть в мельчайших деталях. Еле заметная в багровых отсветах космического чудовища, слабая вспышка голубого света со стороны края системы, осталась бы незамеченной, если бы не последовавшая за ней рябь псевдодвижения, буквально выстрелившая в реальное пространство замедляющим ход маленьким челноком класса «Кодьяк».

Защищенная мощнейшими барьерами, угловатая структура необычной конструкции, оставаясь постоянно повернутой к черной дыре одной стороной, двигалась по стабильной орбите, медленно вращаясь вокруг своей оси. Прямые и грозные черты гигантской станции, сверкали гладкой поверхностью монументальных блоков. Объект «Тенебрус», рассекая потоки звездной пыли, быстро увеличивался в размерах по мере того, как челнок подлетал всё ближе.

Кат, проведя по голографическим индикаторам приборной панели, включил исходящую передачу кодов безопасности для системы «свой-чужой». Убедившись в стабильном соединении со станцией, оперативник, задав вектор подлёта, повернулся к своей спутнице.

Мира, подтянув колени к груди, почти свернувшись в калачик в своём кресле, так и не проснулась. Красавица, поёжившись от сквозняка, плотнее закуталась в свой тонкий плед, когда впереди, за колпаком кабины показался провал одного из ангаров Тенебруса.

– Зайчонок, ээй, просыпайся. Пора домой, – химеровец легонько коснулся плеча своей девушки.

– М.. мы уже прилетели? – потягиваясь, проговорила напарница.

– Да, проходим силовое поле станции, завтракать будешь? – Кат кивнул на открытый ланчбокс с остывающей картошкой фри.

– На станции поем, после «разбора полётов», – сглотнув ком в горле, отмахнулась Мира.

Челнок несильно тряхнуло, когда кинетические барьеры ангара остались позади. Ярко освященный провал посадочной площадки заполонил собой всё доступное пространство по ту сторону иллюминатора.

– Непривычно возвращаться домой в качестве заложницы… – устало протянула девушка.

– Ой вот не надо тут, а! Ты не заложница, – фыркнул оперативник.

– Разве ты не знаешь как Цирцея поступает с провалившимися агентами? Сам себя то слышишь?

– Это другое. Тебя никто не убьет, ты зря сбежала. Цирцея не посмеет тронуть тебя.

– Из-за тебя…

– Да, из-за меня.

– Не у всех оперативников, с госпожой такие отношения. Когда ты мне наконец расскажешь? В чем дело? Почему она так тебе доверяет?

– Когда нибудь расскажу, зайчонок. Сейчас не до этого…

– Второй год, не до этого… Она точно меня убьёт…

– Нет. В прошлый раз ты так же говорила.

Девушка махнула рукой.

– Да и хвосты я подчистил, никаких утечек, информация у нас. Данные в безопасности.

– Это тебе твоя шлюшка Мия сказала? – встав со своего кресла бросила хищница.

– Я не буду в очередной раз доказывать тебе, что я её не трахаю, у меня с ней чисто рабочие отношения, – Кат отвернулся от спутницы, разглядывая приборную панель челнока.

– Ну, ну…

– Ты зря напрягаешься.

– Ага, как же… – Мира, скептически ухмыльнувшись открыла кабинку встроенного шкафа.

– Не «ага, как же», а здравый смысл и логика, – отключая субсветовые двигатели, ответил химеровец.

Лязгнули металлическим скрежетом опорные катки стабилизаторов, опускаясь на холодный палубный настил.

Рассчитанный на корабли малого метрического объема, ангар, был небольшим. Узкие колонны, с лева и справа, несущими конструкциями тянулись до самого потолка, а почти всё свободное пространство было занято приземистым легким фрахтовиком класса «Гидра», наспех накрытым чехлом.

– Значит, ты нашел меня только для того, чтобы как верный пёсик, принести меня в зубах своей хозяйке? – раздраженно бросила Мира, натягивая высокие закрытые сапоги поверх простого лётного комбинезона.

– Цирцея и твоя хозяйка тоже, не своди всё к банальщине, Мир.

Девушка, выпрямившись, заглянула в глаза любимому человеку. Так и не увидев в них ожидаемой фальши, оперативница тяжело выдохнула,