Молочный вамп - Наталья Патрацкая

Корзинку расплели, предварительно замочив, чтобы она не сломалась, веточки напоминали по внешнему виду копченый сыр. Ко мне на огонек стал заходить Родька, то ли его тянула корзинка, то ли я сама, но он играл с малышом и уходить домой не собирался. Раиса стала забываться, а вот я, заполонила все его существо, или это корзина нас связывала? Кто знает.

Я иногда шутила:

– Икара не боишься?

– Эдика, который? Не знаю, если честно, но мне с тобой уютно.

– Как у Антона Ивановича работается? Не обижает?

– А чего нам делить? У нас разные обязанности, я свои выполняю.

– Давай назовем новый комплект мистической мебели "копченый сыр".

– Астра, ты лучше ничего не придумала?

– А чем плохо? Предложим его директору мясо – молочного комбината, где этот чудесный сыр выпускают.

– Ты, чего этот сыр любишь? Он дорогой!

– Так он сухой, есть иллюзия, что ешь его, ешь, челюсти устанут, а ты при этом не поправляешься.

– Если так, а по мне лучше бутерброд. Сообрази чай с лимоном и бутерброд с обычным сыром и маслом, я это все купил, в холодильнике лежит.

– Раз лежит – сделаем, мне недолго.

Интересные у нас складывались отношения, без страсти, без видимых взглядов. Так, теплые отношения, тихие слова, никаких совместных планов на будущее, у обоих были однокомнатные квартиры, и не было родственников в этом городе. Работа у Антона Ивановича на фирме благоприятно отразилась на внешнем облике Родиона, он стал уверенней в себе, стал лучше одеваться, лучше стричься. Мы не кидались друг другу на шею, не было поцелуев, но все чаще вечера мы проводили вместе, втроем гуляли по выходным в парке. Возникало ощущение, что, мы начинаем жить с чистого листа. Этого не могла не заметить Анна Семеновна, но и она не возражала, против дополнительной опеки ее внука, Евгения. Название нового комплекта мебели, "копченый сыр' я тут же предложила директору комбината, производящего копченый сыр. Тот, удивился, рассмеялся и купил, за хорошие деньги весь комплект мебели.

Весной Аскольд Николаевич, вместе с Серафимой поехал на дачу, видно было, что здесь никого зимой не было. Серафима отказалась от услуги Ирина, и сама занялась уборкой помещений. Ее хозяйская жилка, подсказывала ей, что это роскошь одним жить на такой большой даче. Она предложила дачу городскому детскому саду.

Приехала комиссия, дачу одобрили и к лету сюда заехали малыши с воспитателями.

Серафима, таким образом, спасала своего Аскольда Николаевича от посягательств чужих женщин. Он не возражал. Ирина Андреевна после такого расклада в жизни Аскольда Николаевича, пошла на работу к Антону Ивановичу, его предприятие расцветало, и ее взяли на упаковку готовой продукции, оплата у нее повысилась.

Антон Иванович, получая зарплату, сразу отстегивал деньги ей на Нину.

Неважные дела складывались у Раисы, она не могла дозвониться до Родиона, дома его постоянно не было, а работу он сменил, его визитка морально устарела. Три месяца беременность развивалась в скрытом варианте, потом так стала такой, что ничем нельзя было живот спрятать. А Родион молчал. Раису дома ни то, чтобы ругали, а презирали. Хуже было другое – финансовых средств в ее доме хронически не было, деньги ее дом стороной обходили. В гостинице, где Родион жил, она узнала его домашний адрес, на последние деньги купила билет на поезд, и приехала к его дому, ждать его там, пока не появится.

Он пришел поздно от Астры, у нее он спать не оставался. На скамейке у подъезда сидела Раиса с большим животом, он ее с трудом узнал, да и она его узнала, только потому, что впивалась глазами в каждого мужчину, заходящего в подъезд.

Код замка она не знала и в подъезд пройти не могла. Он привел ее к себе домой.

Срок у нее был серьезный, живот такой огромный, что Родька его с первой минуты забоялся. Рае было немного плохо после переезда. Она сразу легла на диван, теперь уже пришлось бегать Родьке и ухаживать за Раисой. Он не отрицал своего участие в образовании этого гигантского живота.

После работы он теперь шел домой, а ко мне больше не заходил, я и не спрашивала его не о чем. Был – хорошо, нет – тоже хорошо. Родька и Рая были вынуждена расписаться, потому что Раисе требовалось наблюдение врачей, она и приехала со своей медицинской картой. Родила она ближе к лету мальчика и девочку. Весь временный лоск с Родьки слетел, деньги уходили на детей и Раису. Все это так, но для дополнительного заработка нужна была вновь рассада для мистики на новую мебель, это понимали все, кто работал под моим руководством. Где ее взять? И главное, что взять? Ясно одно – это должно быть дерево. Родьку так напрягала Раиса с детьми, что его я не могла послать далеко и надолго. Свободным оставался сам реставратор Эрик Селедкин. Куда его послать? Вот в чем вопрос. Мне повезло.

Позвонил молодой человек и спросил:

– Вы берете ларцы, двухсотлетней старости? Или его надо в другое место сдать? У меня прабабка умерла.

– Размер большой у ларца? – 300х200х300, он с выступающей крышкой.

– Привозите! – с надрывом сказала я, боясь, что его отдадут кому-то другому.

Приехал симпатичный парень, поставил на стол ларец. Я решила, что ларец настоящий и ему лет триста, или мне так хотелось думать. Деньги я заплатила, чтобы случайно парень не забрал ларец назад. После его ухода я открыла ларец и чуть не закричала от обиды, внутри он был из свежего дерева, и как насмешка лежали деревянные бусы! Бусы на самом деле были старые и деревянные. Я еще раз осмотрела ларец и поняла, что его термическими циклами снаружи искусственно состарили, это значит, что кто-то парня из общих знакомых надоумил. А вот бусы?

Что если они тоже состарены? Их я отдала на дорогую экспертизу. Получила ответ: им лет 150. Надо было проверить их на мистичность. Вызвала знакомого экстрасенса.

Тот запустил свой стеклянный шар. Шар умудрился поговорить с деревянными шарами, ответ был тот же: 150 лет и бусы обладают свойством мистификации. Бусинок диаметром в 15 миллиметров было девять штук. Вполне достаточно для комплекта мебели, и на этот комплект руку наложил экстрасенс, он не захотел бусы выпускать из своих рук, а я без мебели, в которую их заточат, продавать ни за какие деньги не собиралась. Мы договорились о том, какая мебель нужна в данном случае.

Эрик пришел ко мне домой прорабатывать новый заказ комплекта мебели "бусинки".

Малыш подрос, и внимательно посмотрев на Эрика, спросил:

– Книги читать будешь, или азбуку со мной изучать?

– Я вообще-то пришел к твоей маме проработать новый, мебельный заказ.

– Она без тебя нарисует, а ты мне книги почитай, или смени мне видеофильм. Мог бы и машинку подарить, чего так просто пришел?