Сержант без промаха - Дмитрий Кустуров

И действительно, снайперы где-то в середине мая прочли письмо одной жертвы фашистов — медсестры, лежащей в госпитале. Вскоре в адрес Охлопкова пришло письмо от редакции газеты "Вперед на врага" за подписью заместителя редактора майора П. Корзинкина. Как говорилось в письме, Охлопков и его боевые друзья должны были начинать движение мести снайперов фронта "за муки и страдания" этой девушки-калеки.

Со страницы газеты Зина выглядела совсем молоденькой, с коротко остриженными волосами. "Дорогие мои! — писала девушка. — Пусть это письмо дойдет до сердца каждого из вас. Его пишет человек, которого немцы лишили всего: счастья, здоровья, молодости. Мне 23 года. Уже 15 месяцев я лежу, прикованная к койке. У меня теперь нет ни рук, ни ног.

Русские люди! Солдаты! Я была вашим товарищем, шла с вами в одном ряду. Теперь я не могу больше сражаться. И прошу вас: отомстите! Отомстите за меня, за мой родной Полоцк".29

Письмо бойцы читали группой и с каждым словом письма им становилось не по себе.

Зина воевала вместе со своим мужем. Девушка — медсестрой. Марченко командиром взвода. В одном бою лейтенант не вышел с поля битвы. Зина не верила, что он пропал без вести, ей не хотелось верить в гибель мужа. И она пошла искать его. За несколько суток она вынесла с поля боя 123 раненых. Ее наградили орденом. Она продолжала искать своего Иосифа. Ей казалось, что Иосиф где-то близко лежит раненый и ждет ее… И в тот раз она ползла между телами убитых. Вдруг услышала стон, стон раненого. Повернулась лейтенант… Девушка поползла к нему. Затарахтел автомат и пули прошли сквозь ее ноги выше колен. Зина потеряла сознание. Пришла в себя от страшной боли. Это фашист наступил на ее ноги. А фашист, увидя на рукаве девушки красную повязку сестры-милосердия, с испугу или со злости стал колотить ложей автомата по ее рукам и ногам, по голове. Ее, полуживую, подобрали наши через двое суток

Затем — госпиталь, девять операций. И в каждый раз борьба за жизнь, борьба против падения духа и апатии.

Чуть стало легче, начала объезжать на носилках заводы и выступать перед рабочими. Ее желание принести хоть небольшую пользу оправдалось. Где она выступала, там план поставки военной техники фронту выполнялся.

— А один лишний патрон и снаряд — это удар по врагу. Так-то, товарищи снайперы. Теперь я жду вашего слова, — сказал в конце рассказа капитан.

Капитан, услышав что Охлопков и его друзья текст своего обращения к снайперам фронта отправили вчера, обещал прийти завтра еще раз.

— Так, тема задания на сегодня "Действие снайпера перед наступлением", — объявил лейтенант, когда ушел капитан, попрощавшись со всеми за руку. Теперь слу шайте это:

"Быть невидимкой, тщательно маскироваться на поле боя — святое правило снайпера. И в наступлении, и в обороне я всегда стараюсь примериться к местности так, чтобы враг меня не заметил.

… Перед наступлением я всегда изучаю складки местности, скрытые подступы к врагу. Заранее определяю с каким прицелом стрелять на том или ином рубеже, каким образом там можно замаскироваться".

— Кто скажет, откуда взят этот отрывок? Нет, нет, Попов. Из молодых кто скажет? Давай, давай, Баймратов? Ну- ка.

— Это из рассказов Охлопкова, — ответил боец-казах Кутувых Баймратов.

— Точно. Наверно, помните — рассказы Охлопкова о своем опыте опубликованы в "Защитнике Отечества" за 22 и 23 марта. Кто не читал их, может эти номера газе ты взять с собой. А сейчас мы с помощью самого Охлопкова отработаем приемы маскировки.

Снайперов лейтенант разделил на опытных и на молодых. Опытные Охлопков, Квачантирадзе, Смоленский — отходят метров на триста и ложатся в отдалении друг от друга. Они должны маскироваться. Молодые — Журин, Сартмамбетов, Попов, Парфенов, Хаялиев, Баймратов — остаются на месте. Им дано задание: найти место расположения опытных, используя складки местности, подойти незаметно до ста пятидесяти метров от них. Затем каждый из них должен встать и указать на того, кто лежит перед ним, подойти к нему. А опытные должны считать, сколько раз молодые дали себя заметить.

Получив задание, опытные пошли рядом к местам расположения. Примерное расстояние между ними по сто метров друг от друга. Скоро они исчезли из виду. Через пять минут двинулись молодые, но ползком.

Через десять минут молодые встали и, указав предполагаемое место расположения впереди лежащих, двинулись к своим «жертвам».

По итогам необычного соревнования молодых наилучшие результаты оказались у Журина и Сартмамбетова. Из опытных не обнаружили лишь Охлопкова.

Все пошли к месту, где лежал Охлопков и стали разбираться в «секретах» его маскировки. И ничего необыкновенного не нашли. Он не выбирал места, где густая трава, наоборот, лег там, где травы было меньше. Отполз шагов на десять назад, причем выпрямляя примятую им траву. Остановился среди отдельных кустиков полыни и лебеды. За одним оставил полено, надев на него пилотку, а сам отполз в сторону и притаился, присыпав травой голову.

— Ну, товарищи снайперы, в данных условиях проще такой маскировки вряд ли придумаешь. Теперь объясни те, почему Попов и Хаялиев не обнаружили Охлопкова? — допытывался лейтенант.

Некоторые сказали, что складки местности его скрыли. Они, чтоб убедиться, отходили назад и присматривались оттуда. Если убрать полынь, то человек виден достаточно четко. Другие объяснили тем, что Охлопков лег между двумя стебельками полыни, тем и заслонил обычные контуры плеч. С этим объяснением лейтенант согласился. Однако спросил у самого Охлопкова.

— Медведь скрывается от человека не за пнем или деревом, а за кустиками между этими пнями или деревьями, — ответил он. — И пока не подойдешь на 5–6 шагов, его так и не заметишь.

Опять заспорили. Кто-то сказал, что медведь не человек, цвет его шерсти тот самый для леса и шиш ты его увидишь. Другой сказал, что медведь вовсе на прячется, он же хищник, он может притаиться, чтоб при опасности напасть на человека. А лейтенант все-таки нашел в «медвежьей» маскировке отвлекающие зрение моменты: пни, деревья, медведь за ними притаиться может; когда сытый, ведь он никогда не набрасывается на человека. Когда лейтенант попросил подтверждение своих слов, Охлопков кивнул головой и добавил:

— Я по-медвежьему и сделал. Справа — поленце с пилоткой, слева кочка. И взгляд ребят из трех точек остановился на более привычном — на пилотку с поле ном.

Лейтенант от удовольствия качал головой и широко улыбался. А молодые снайперы все еще продолжали спорить между собой, мол, кто может предположить, что наденет пилотку на полено или не залезет в низину. Когда пыл молодых чуть остыл, лейтенант спросил у Охлопкова: