"Фантастика 2023-110". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

И только Дина совершенно не обращала на нашего героя никакого внимания. Дима для Дины не существовал, как и большинство людей. Многие бы посчитали Троицкого и Чарскую идеальной парой, что в принципе, было не так далеко от правды.

Когда Дима наконец-то занял своё место, он даже бровью не повёл в сторону Чарской. Дима её даже не заметил. За два года, что Троицкий учился в этой школе, Дима успел привыкнуть к такому неординарному поведению одноклассницы. Её отсутствие на первом уроке совершенно не волновало школьного любимчика. Это было в порядке вещей. В отличие от её присутствия….

После того, как прозвенел звонок на урок, народ в бурном потоке начал рассаживаться по своим местам, то и дело, посматривая на нерадивую одноклассницу, которая мечтательно пялилась в окно.

Поприветствовав вошедшую преподавательницу, класс дружно опустил свои попы на стул.

— Итак, — Светлана Борисовна, учитель русского языка и литературы, раскрыла перед собой классный журнал 11 «Б» класса, — из отсутствующих, кроме Чарской, кого сегодня нет? — Моложавая женщина неопределённого возраста прошлась взглядом по списку.

— А Дина присутствует. — Подали неловкий голос с галёрки. Это был Валя Лапочкин.

Ещё один прекрасный цветок в саду 11-ых классов. И хотя его имя и фамилия были слишком милыми, сам Валентин милым не был никогда. Задира и вечный гуляка, Лапочкин имел примерно такую же, сомнительную славу, как и Дина. Красивый лентяй. Однако появлялся в школе гораздо чаще и был более участливым школьником. С тараканами в голове, но с обычными.

Светлана Борисовна подняла голову, чтобы самой убедиться в правдивости слов Валентина. Лишь её рука, которая замерла над журналом, немного подрагивала от неожиданности.

— Чарская! — Вдруг улыбнулась Светлана Борисовна, снимая изящные очки с лица. Будто бы без них она лучше видела. — Какой приятный сюрприз.

На восклицание преподавателя слишком резко обернулся Троицкий. Пребывая в шоке, Дима уставился на Дину, которая лениво перевела взгляд с окна на учительский стол.

— Сегодня точно начнется, по меньшей мере, ураган, раз Динка явилась на первый урок. — Хохотнула Варя Крылова, бывшая подруга Дины. Хотя, лишь сама Варя считала себя подругой Чарской и поэтому была крайне обижена пренебрегающим отношением со стороны Дины. Но всё это слишком сложно, чтобы раскрывать в самом начале повествования.

А Троицкий продолжал прожигать Дину взглядом. Это не укрылось от Стеши, которая ревностно следила за каждым поворотом головы Троицкого в сторону Дины. И даже понимая, что Дима ей ничего и никогда не обещал и надежд не давал, Хмельницкая продолжала считать себя девушкой школьного любимчика.

И хотя весь урок нет-нет, да Дина приковывала к себе внимание некоторых одноклассников, начало прошло более или менее спокойно. Ровно до этого момента.

— Дина, пожалуйста, задержись. — Попросила Светлана Борисовна, когда звонок с урока прозвенел, и класс начал медленно сливаться в коридор.

Раздражённо вздохнув, Дина продолжила сидеть на своём месте, не замечая, что, услышав просьбу учителя, Троицкий неожиданно замедлился в своих сборах. Но ненадолго. Его быстро вытянули из кабинета его приятели.

Дима был старостой класса, а посему был в курсе учебных дел всех одноклассников. Сам Дима не выставлял свою кандидатуру на этот серьёзный пост, но из-за своей отличной успеваемости, из-за внешности, когда Троицкий казался всем немного старше своих лет, его утвердили, даже не спросив мнение самого Димы.

Исходя из этого, Дима старался знать обо всех одноклассниках. В особенности, классная руководительница Людмила Сергеевна, настоятельно просила приглядеть за Чарской.

— Дина, — устало выдохнула Светлана Борисовна, когда дверь за последним учеником закрылась, и в кабинете остались лишь преподаватель и сама Чарская, — я не понимаю, что с тобой твориться. Ты перешла в эту школу год назад из-за низкой успеваемости, но и здесь ничего не изменилось. Что ни контрольная работа, у тебя двойка на двойке, двойкой покрывает. Ну что это за дела?

— С чего вы взяли, что я перешла сюда из-за низкой успеваемости? — Холодно спросила Дина, поднимая голову.

— Мне так сказали твои родители, когда мы решали вопрос о твоих годовых оценках за десятый класс. А разве это не так? — Светлана Борисовна сощурилась, заподозрив что-то неладное.

— Да, это не так. — Выдохнула Дина, едва поборов желание закатить глаза.

Родители всячески старались скрыть правду её истинного перехода в другую школу. Нет, они не старались оградить Дину от пересудов, они просто стыдились такой дочери. И, увы, Дина сама это прекрасно понимала. Однако не считала свой поступок чем-то зазорным.

— Тогда в чём дело? — Поинтересовалась Светлана Борисовна.

— А это имеет значение?

— Имеет, если проблема не была решена должным образом. Произошло что-то из ряда вон выходящее, что мешает тебе сконцентрироваться на занятиях. — Учительница встала из-за своего стола и подошла к парте Дины. — Тебя никто не выгоняет из школы, преподаватели наоборот, стараются помочь тебе.

— Оно и видно. — Дина едва заметно ухмыльнулась. — Поэтому на каждом родительском собрании мои родители слышат от учителей, что меня следовало бы отдать в исправительный интернат? — Чарская встала с места, перекинув сумку через плечо. — Не утруждайтесь, всё равно ничего не добьётесь.

И не дожидаясь разрешения покинуть кабинет, Дина вышла в коридор. Молча прошла мимо Троицкого, вокруг которого образовалась группа людей, жаждущих прикоснуться к прекрасному. И только сам Дима уже не обращал никакого внимания на одноклассников.

Дима взглядом провожал Дину, которая уже свернула в коридор в поисках кабинета истории.

Чарская всеми фибрами души ненавидела школу и этот год, как подразумевала сама Дина, будет самым тяжким. Ещё в 9 классе старой школы, перед новым годом, у Дины возникла идея уйти из школы в колледж. Как только эта мысль была озвучена дома перед родителями, Дина едва унесла ноги. Услышав дикое желание младшей дочери о прерывании среднего образования, отец не на шутку вспылил и всыпал Дине пряжкой ремня. По спине. Тогда Дина по собственной крови поклялась отомстить и поэтому перешла в наступление.

Нет, конечно, в России, к сожалению, имеет место насилие. Как по отношению к женщинам, так и к детям. Только об этом мало говорят. В целях воспитания родители не редко поднимают руку на ребёнка, тем самым уничтожая психику и самого человека в целом. Кожаный ремень, самое страшное орудие воспитания. И, что самое ужасное, до сих пор многие родители считают нормальным пару раз «шлёпнуть» по попе!

Дина долго раздумывала, прежде чем решиться на побег из дома. Она готовит его с невероятной скрупулёзностью. Имея на руках паспорт и достижение восемнадцати лет, Чарская спокойно устроилась на работу в кафе и уже как полгода хорошо зарабатывает себе на жизнь. Летом, когда Дина принесла домой коробку со сладостями, которую выдали на той же самой работе, мать разошлась в крике, обвиняя Дину в воровстве. Пирожные тут же попали в мусоропровод, а Динке родная мать расцарапала лицо. Опять же, в целях воспитания, будь оно не ладно.

Поэтому вся Дина была глубоко погружена в мыслительный процесс. Денег на первое время для снятия жилья, хотя бы захудалой комнатки, ей хватит, а работу бросать она не будет. Зарплата хорошая, а на полный рабочий день вообще отличная. Тем более Дина работает и как бариста, а это добавляет свои неплохие проценты к основной зарплате.

— Дина?! — Внезапно перед Чарской возникает Троицкий, он удерживает сумку на плече и немного переводит дыхание. Явно, что за Чарской Дима поспевал с трудом. Видимо сбегал от своих ярых фанатов.

Динка, которая продолжала витать в своих мечтах, от неожиданности вздрогнула. Переведя взгляд на одноклассника, Чарская нахмурилась и даже немного скуксилась.

«Тебя только не хватало для полного счастья». — Подумала Дина, вздыхая.

— Чего тебе? — Раздражённо спросила Дина, продолжая свой шаг на четвертый этаж.