Хозяйка дома Риччи (СИ) - Лара Барох

а менее уставшие их подруги ухаживали за ними — подносили напитки и еду. Окончательно силы к ним вернулись только с выдачей заработка, немного увеличенного за объём работы.

Примерно тоже самое продолжилось и на следующий день. Но городская стража догадалась перекрыть въезд по нескольким улицам — по ним только выезд и затора в последующие дни удалось избежать.

Глава 66

После окончания основного рассказа, сеньорита Роза вспоминала забавные моменты и делилась ими.

Например как отговаривали сеньору Орландо делать большие запасы, особенно из парчи и шёлка. Её же работницы отговаривали. А после первого дня торговли сокрушались, что мало пошили, и опять придётся на работе ночевать, чтобы успеть пополнить запасы.

И как сеньора Лаура отпаивала крепким вином сеньору Орландо в первый день, вернее вечер. Ни та, ни другая не могли даже предположить такого оглушительного успеха.

Но самой счастливой, как я поняла, была сеньорита Роза. Ей безумно понравилась вся эта кутерьма. Она едко высмеивала любопытство и жадность покупательниц. Хлопала в ладоши во время повествования. Одним словом веселилась как в последний раз.

Я от всей души поблагодарила сеньориту Розу за её рассказ. Добавила что ничего интереснее не слышала и отметила её незаурядные способности.

Мессир Жакоп тоже увлёкся рассказом, во время которого весело хохотал и хлопал рукой по столу.

Сеньора Лаура не сводила глаз с дочери. Держалась как королева, и только пару раз я заметила как увлажнились её глаза. Соринка должно быть попала.

После завтрака я предложила прогуляться по саду и показать свои изобретения. И мы всей компанией отправились на свежий воздух.

Начала я с летнего душа, объяснила назначение и устройство, а затем показала как это работает. Сеньорита Роза была в восторге. Она взялась играться, доставать пробку и засовывать её обратно. При этом изрядно облилась. На строгий взгляд сеньоры Лауры только рукой махнула.

— Мы же в деревне!

Про туалеты мне было очень неловко рассказывать высокородным дамам. Но я справилась и получила одобрение обеих.

Свежий воздух пьянил, и я предложила вынести стулья и столик в тень, а затем продолжить посиделки, которые плавно перетекли в обед.

После обеда все решили немного поспать, ну или просто полежать в своих покоях и встретиться за ужином.

На ужине строили планы на ближайшее время. Мне сильно хотелось на море. Вот прямо в ночь бы помчалась. Ко мне присоединилась сеньорита Роза. Оказывается она никогда не была на море.

В конце ужина договорились, что завтра день на сборы, а послезавтра выезжаем! Гвардейцы сопроводят нас, а потом отправятся в столицу.

И тут на дворе послышался шум въезжающих людей. Мы переглянулись и я пошла смотреть кто приехал.

Когда я распахнула дверь, к крыльцу уверенно шёл гость. Сеньор Викензо Рапаке — глава Тайного ордена.

— Вы? — только и смогла вымолвить я. Это сейчас опять спаивать моего мессира Жакопа будет? Только ведь приступ закончился.

— Сеньорита Ринальди, не пугайтесь, я в отпуске. — он устало улыбнулся и изобразил поклон.

Он думал что напугал меня? Хотя наверное, это профессиональная деформация. Скорее испуг это обычная реакция на его появление.

Появление его в гостинной вызвало бурю эмоций, прямо скажем неоднозначных. Мессир Жакоп очень обрадовался, подошел и обнял гостя. Усадил за стол, потребовал приборы для него и всячески радовался.

Веселье поугасло, когда сеньора Лаура встала и сообщила, что завтра они с дочерью уезжают домой, а потом направилась к выходу. Понятное дело, ошеломленная сеньорита Роза заторопилась за ней.

Я помчалась следом и догнала сеньору Лауру только у её покоев.

— Сеньора Лаура, позвольте с Вами поговорить — понятное дело, что причина в госте, но как её узнать? И остановить их отъезд.

— Сеньорита Натале, я очень устала, давайте поговорим завтра — сеньора буквально закрывала дверь перед моим носом, и я решила пойти ва-банк.

— Конечно, конечно. Только один вопрос — если Вас ударят палкой, Вы обидитесь на человека, ударившего Вас или на палку?

Сеньора Лаура резко остановилась и замерла. Но потом всё же закрыла дверь в свои покои. А мы с сеньоритой Розой остались снаружи. Что делать дальше? Что говорить? Мы смотрели друг на друга и молчали. Так прошло несколько минут. Затем дверь распахнулась и сеньора Лаура пригласила нас войти.

— Сеньора Натале, надо поговорить. Это что получается, я много лет так глубоко заблуждалась? Я жила все эти годы со своей ненавистью. Я больше скажу, я мечтала убить этого человека, но понимала что сама не смогу, а нанять — за такой заказ не возьмётся никто в стране. — сеньора Лаура металась по комнате и разве что волосы на себе не рвала. Мы стояли и только хлопали глазами.

Я отчетливо понимала насколько сейчас тяжело этой женщине. Но есть решение, которые должен принимать человек самостоятельно. Они невыносимые и очень болезненные, но иначе нельзя. Жить нельзя, думать, радоваться, общаться, детей растить. Одним словом ничего. Обида, злоба кушают человека изнутри и от них обязательно надо избавляться. Любым способом.

Метания сеньоры Лауры закончились слезами. Она упала ничком на кровать и разрыдалась в голос. Мы переглянулись и стояли молча. Она ведь знает что мы её любим. Если ей будет чуточку легче, мы просто постоим рядом сколько нужно. Словами тут не помочь.

Ещё через некоторое время рыдания стали стихать, и вот тогда я решила подать голос.

— Сеньора Лаура, позвольте я сбегаю за вином, и мы поговорим, или просто посидим все вместе? Только не просите оставить Вас одну, мы не уйдём.

Она только кивнула в ответ все так же лёжа на кровати лицом вниз. Я осторожно вышла, заглянула в гостинную, где при моём появлении сеньор Рапаке вскочил. Я только махнула рукой.

— Всё будет хорошо, но нужно время и немного вина — я подмигнула мессиру Жакопу и пошла на кухню. Там попросила принести нам вина и закусок, а также разместить гостя. И сопровождающих его гвардейцев. Я совсем про это забыла.

Ещё заскочила к себе, оторвала кусок чистой ткани в качестве носового платка и подхватив кувшин для умывания пошла к сеньорам. У них было тихо. Сеньора Лаура сидела на кровати и обнимала дочь, которая держалась из последних сил, чтобы не разреветься.

— Сейчас принесут вино, а пока предлагаю умыться — и протянула кувшин и тряпку.

— Сеньорита Натале, так странно, у меня ни одной мысли в голове нет. Но и тяжести в груди тоже нет. Это впервые после смерти мужа. — сеньора осторожно приводила себя в порядок. А я только изумлялась