Что хотят женщины - Л. Аделайн

Я поблагодарила Анджелу, поддавшись желанию крепко обнять ее. Она ответила мне тем же.

– Спасибо, – пробормотала я ей в плечо.

– Спасибо тебе, – ответила она без излишней сентиментальности. – Он, вполне может быть, станет последним рекрутом С.Е.К.Р.Е.Т., Кэсси. Так что учи его как следует, заставь нас гордиться тобой!

Я кивнула, удивляясь тому, что мне вдруг стало не по себе. Последний рекрут. С.Е.К.Р.Е.Т. так много мне дал. И грустно было представить, что все это может вскоре закончиться, что никакая другая женщина уже не ощутит всех тех выгод, которые дало это общество мне, не научится тому, чему оно научило меня.

Вооруженная красными лентами, я пошла – нет, заковыляла – по длинному коридору, устланному толстым ковром, к восточному крылу Особняка. Резким толчком я открыла дверь в Комнату игр. Ее выбрали, потому что она была яркой и шикарной, с бильярдным столом в одном конце и большой уютной зоной отдыха в другом. Мне хотелось, чтобы Уиллу было спокойно и приятно. Первым, что я увидела, было мое собственное отражение в зеркале над камином. Я была потрясена вспышкой алого на моих губах, облаком кудряшек, фантастическим декольте! Это уж слишком, подумала я, прикрывая грудь красными лентами. Но вообще-то, моя грудь выглядела в этом платье потрясающе! И мое изумление тут же сменилось искренним восторгом. Я подошла поближе к зеркалу, положила ленты на каминную полку. Женщина в зеркале определенно была моей версией, одной из тех версий, которые помог мне открыть в самой себе С.Е.К.Р.Е.Т.

Просто я оказалась женщиной со многими лицами, скрытыми глубоко внутри, и где-то там оставались и другие варианты меня, которые предстояло открыть. Я была вдовой и официанткой. Я была подругой и искательницей приключений, хозяйкой, заботливой женщиной, партнершей в сексе, членом общества С.Е.К.Р.Е.Т., деловым партнером, наставницей и любовницей (и неплохой любовницей!). Я была всем этим вместе. А сейчас я стала вот такой женщиной – тренером, помощницей, дарительницей, руководителем, проводником. Но под всеми этими личинами я всегда оставалась Кэсси Робишо, девушкой из Мичигана.

Я услышала удары. Один, два, три…

Я встала перед пурпурным бархатным диваном у камина.

– Войди! – прохрипела я.

Дверь открылась – и на пороге появился мой Уилл, мужчина, который знал все мои версии, а теперь должен был познакомиться еще с одной. Но и Уилл был другим вариантом самого себя. Поначалу он был уж очень нервной версией, окинувшей меня взглядом с головы до ног как ошарашенный подросток.

– Черт побери, Кэсси! – воскликнул он, хлопая себя по груди. – Ты посмотри на себя! Выглядишь как… Я даже не знаю, что сказать, разве что «вау»!

Я с трудом удержалась от того, чтобы не ухмыльнуться и не покраснеть. Я должна была помнить о том, что обучаю его тому, чтобы быть подчиненным, но «без унижения мужского достоинства», как в особенности подчеркнула Анджела.

– Спасибо, Уилл, это очень приятно слышать, – ответила я, прежде чем перейти к суровости. – Но мне нужно, чтобы ты вышел и попробовал еще раз, хорошо? На этот раз ты должен быть… немножко неуверенным. Чуть тлеющим. Попытайся забыть, что это я. Постарайся ничего не говорить сразу. Пусть все это как бы хлынет на тебя.

Вау! Я сказала все это, а Уилл выслушал так внимательно, что я чуть не перепрыгнула через диван, чтобы обхватить ладонями его лицо и расцеловать, он был таким крутым!

– Чуть тлеющим. Ладно. Понял, – пробормотал Уилл, выходя из комнаты и бесшумно закрывая за собой дверь.

Я ожидала стука. Ждала и ждала. Секунд через десять я услышала за дверью голос:

– Кэсси, а мне снова постучаться?

– Да, Уилл! – взвизгнула я. – Постучи еще раз!

– Постучать и войти? Или постучать и подождать, пока ты ответишь и разрешишь?

Ох, это уж точно что-то не то.

– Просто постучи и войди.

– Ну, не знаю, смогу ли я войти и при этом быть чуть тлеющим. Неуверенным. Я просто думаю, может… ну… мне бы прибавило неуверенности, если бы ты ответила или сама открыла дверь, а я бы вроде как стоял тут. Неуверенный.

Уилл кричал все это сквозь едва приоткрытую дверь, а я гадала, сколько человек в Особняке слушают его и хихикают, потому что и сама с трудом сдерживала смех.

– Уилл, ты просто войди, ладно? Мы можем и пропустить момент неуверенности.

Уилл широко распахнул дверь и шагнул через порог; его лицо пылало.

– Извини. Может, я смогу поработать над этим дома. Куда мне пройти?

– Почему бы тебе пока не сесть вот тут и просто… постараться расслабиться? – Я показала на синее бархатное кресло рядом с диваном.

Я и сама удивилась тому, как спокойно прозвучал мой голос, как ровно я это произнесла и даже успокаивающе, уверенность словно исходила из меня, и я ощущала себя чертовски сексуальной.

Когда Уилл пересекал комнату, я встала, уперев одну руку в бедро, а другую свободно опустив вдоль тела, и моя грудь лишь едва заметно вздымалась при дыхании. Уилл шел к креслу, не сводя глаз с моего платья, моей груди, моего лица. Когда он оказался ближе, у него стал такой вид, словно его охватило нечто вроде теплых воспоминаний, и все его тело как будто ослабело и уменьшилось. Мне хотелось сказать: «Вот, это именно то, что нужно!» Но я не хотела, чтобы он это осознал.

– Сюда? – спросил он, показывая на кресло и вскидывая брови.

– Сюда, – кивнула я.

Уилл опустился в кресло, его ноги слегка раздвинулись. Вскинув голову, он опять оглядел меня словно бы озадаченно.

Да. Наконец-то он начал улавливать.

Настал мой черед.

Я сделала несколько шагов в его сторону, слегка покачиваясь на высоких каблуках, и наконец очутилась почти между его ног. Я это сделаю, я могу. Наклонившись вперед, я положила руки на подлокотники кресла.

– Итак, мистер Форе, – прошептала я, почти вплотную приближая свои ярко накрашенные губы к его лицу. – Во что поиграем сегодня?

Я видела, как он скорчился, как дернулся его кадык.

– Я рад сделать все, что ты сочтешь наилучшим.

Его правая рука машинально поднялась, чтобы коснуться моей груди. Я резко выпрямилась, понимая теперь в точности, почему Анджела была права. Путы – это единственный способ продолжить игру. Я не должна была позволить рукам Уилла коснуться меня. Если бы это случилось, то я бы потеряла контроль над ситуацией. И над собой. Я пошла к камину за атласными лентами, а потом вернулась к Уиллу, который теперь нервно потирал ладонями подлокотники кресла.

– С твоего позволения… это поможет тебе лучше сосредоточиться, – сказала я.