Экзорцист и демон - Лейла Аитова

Вредное влияние Кархагора?

А, может, не стоит всё валить на Кархагора?..

Министр наверняка получил подробный отчёт от своей группы, но он потребовал того же и от Вениамина. Разумеется, ни про Веллисию, ни про Фетессериуса тот упоминать не стал.

Зато оплата была достаточно щедрой. Теперь, когда на попечении его находилась маленькая ученица, денег вдруг перестало хватать. Демоны портили одежду почти каждое задание, но раньше это не представляло большой проблемы.

Сейчас высокая оплата оказалась вдруг очень актуальной. Поэтому материальную благодарность третьего министра за спасение сына он принял.

Позже, сидя на кухне с Кархагором, он попросил расколдовать Веллисию. Потому, как это состояние для неё всё опасней.

Или хотя бы вернуть ей магию.

— Если вернуть ей магию, она сама раскодуется, — возражал демон.

— Пусть. Ей грозит опасность в таком виде… с таким поведением.

Веллисия в ответ сердито фыркнула. Она сидела на столе спиной к друзьям с обиженным видом. Как обычно обиженным, на всякий случай.

— А ты понимаешь, что она ничуть не раскаялась? Что в аналогичной ситуации снова сделает какую-нибудь бяку? — возмутился Кархагор.

— Да сразу понимал, на что иду, когда связался с демоницей, — усмехнулся Вениамин. Крошка возмущённо пискнула, набросилась на него и укусила за палец.

— Веллисия! — укоризненно попросил экзорцист. — У меня так быстро не заживает.

— Вот! — воскликнул Кархагор возмущённо. — Это она ещё маленькая.

— Расколдуй. Или себе забери, — устало попросил Вениамин. — Мне без неё проблем…

— Так что случилось?

Рассказывать ли ему про отца? Такого вопроса даже не возникло. Нет, конечно. Очень возможно, что демон сказал правду. Зачем такое знать про отца?

Маг в очередной раз приписал себе избавление от опасного демона.

Один только вопрос возник у Кархагора, Впрочем, не только у него.

Откуда министр Вейрин узнал, что группе понадобится помощь экзорциста?

Это узнать можно только одним способом.

— Я ждал вашего вопроса, мастер Вениамин.

Министр не только совершенно не удивился, он, казалось, был раздосадован, что Вениамин не пришёл раньше.

— Вас не могли не заинтересовать мои источники. И, несомненно, я не открыл бы их вам, несмотря на все возможные аргументы, как то: вы можете подсказать кое-что, так как экзорцист, были на Бирузе, можете помочь предотвратить подобные случаи… Верно, я ничего не упустил?

— Неважно, — мрачно отозвался маг. Он что, настолько предсказуем? Или предсказуема сама ситуация?

— Так вот… одно "но": это был совет царевны Мэилер.

— Царевны? — не понял он.

— Именно. Так что я сам знаю не больше вашего.

Ну, это вряд ли, решил Вениамин. Но надавить на царевну министр не может. Та не настолько глупа. Да и отец её обожает.

Вот только кое о чём Вейрин всё же должен был догадаться. По крайней мере, это лежит на поверхности.

Вряд ли сама Мэилер могла определить, что понадобится помощь экзорциста. Скорее, это была Елиньяна, её подруга, увлечённая изучением демонов. Именно она и рекомендовала Вениамина. А министр мог решить, что заодно и проверит его на лояльность. Вот так сходится.

Только один воспрос остался. Что тогда знала Елиньяна?

Спать Вениамин отправился поздно. За размышлениями не хотелось.

Зайдя в комнату, он сразу начал раздеваться. Повесив рубашку, развернулся к кровати.

На ней сидела Веллисия.

Она снова куталась в крылья, из-под которых виднелись только голые ноги и плечи. Пламя керосиновой лампы рисовало разводами по её телу.

На ней же платье, как и в прошлый раз, правда?

— Спасибо, — нежным голоском произнесла она и улыбнулась. — Я уже так устала быть маленькой!

— Э… это Кархагор, не я… Ты что здесь делаешь? — растерялся экзорцист.

— Я к тебе.

Она отвела крылья назад и выгнула спину.

Платья в этот раз не было.

Не было вообще ничего, кроме маленького алого бантика в волосах.

— Веллисия… — он замер. Что ему делать? Объяснить, попросить уйти…

И опять всю ночь мучиться от желания. Эта девчонка…

Она мягко встала, подошла и повисла у него на шее, прижавшись всеми мягкими изгибами.

— Не прогоняй меня, — нежно попросила демоница.

Вениамин обхватил её чуть ниже талии, там, где кончались крылья, наклонился ниже, и выдохнул в ей волосы:

— Как я могу…

14. Что знала Елиньяна

1. Пока одни развлекаются, другие работают

— Ве-ен! Ну пожалуйста, выпусти меня, а?

Кархагор сидел внутри большой гептаграммы, слабо светившейся синим. Он безумно скучал. Конечно, рядом лежала стопка книг — но третий день взаперти! Непоседливый демон сходил с ума от безделья.

Но Вениамин не сдавался.

— Нет. Сначала подумай хорошо.

— Ты не понимаешь! Я не могу упустить такой шанс!

— Шанс? Кархагор, хватит! Жена сильнейшего экзорциста Коллегии — шанс?! -

взорвался Вениамин. Сколько он может ещё держать его? Маг считал, что либо у него получится убедить демона, либо тот сам забудет.

Не забыл. Третий день умолял выпустить его.

Вениамину было жутко стыдно. Он должен был предоставить другу свободу выбора.

Не мог. И способ защитить его видел только один.

— Самый сильный же — ты, — удивился Кархагор.

— Мастер Арген тоже. И у него гораздо меньше принципов. Убьёт тебя, не задумавшись.

Тут экзорцист немного преувеличил… Но, тем не менее, это могло случиться.

— Я могу за себя постоять! — демон гордо отвернулся.

— Исключено.

Вениамин осторожно обошёл гептаграмму и подошёл к шкафу. Контур пропустит человека, но близко к Кархагору подходить опасно.

Как его убедить? Чересчур самоуверен. Считает, что все другие экзорцисты этого мира не способны с ним справиться. Опасное заблуждение. Мастер Арген, может, не так эффективно ловит демонов, зато спокойно может убить, если что-то идёт не так.

— Вен! А я с Веллисией виделся. Разговаривал, — лукаво проговорил Кархагор.

Вот здорово. Сменил тему. И что ему ответить? А надо ли вообще отвечать?

Он открыл шкаф и принялся молча перебирать мешочки и пузырьки.

— Ты что, не девственник?

Пузырьки, сбитые локтем, разлетелись по полу десятками осколков.

— К-кархагор!.. — Экзорцист, краснея, стал собирать мусор. Ингредиенты перемешались, несколько пятен шипели, горели и вздувались пузырями.

— Ой! — невозмутимо прокомментировал демон. Его друг увлечённо продолжал собирать осколки, и он переспросил: