Золотой Лис - Елена Павлова

— Ох! — до Квали только теперь дошло, в какую неприятность он втравил Лису своим, вроде бы, невинным умолчанием. Солгавшие — даже вынужденно, по принуждению — Видящие частенько сходили с ума. — Ой, ё… А может, обойдётся? Ты же не хотела…

— Да иди ты… — досадливо отвернулась она. Гром озабоченно засопел, Дэрри тоже нахмурился. Такой оборот не приходил ему в голову. Да, если бы его так подставили… Пожалуй, Лиса, наоборот, оч-чень мягкое и доброе существо. Он бы просто убил. Похоже, его семье действительно есть за что извиняться перед этой райей.

— Райя… Э-э-э, Лиса, но на-райе — статус, а на-фэйери — титул…

— Точно! Я ж никогда не хотел, я и в Руку поэтому пошёл, — оживился Квали. — И Птичка теперь человек по документам! Вот поженимся…

— Я поняла, да, очень изящная идея. От статуса можно отказаться, да? Только, вот беда: я-то знаю, что имела в виду. Не стоит пытаться подогнать действительность под враньё — дорого обходится, — с усталой иронией отозвалась Лиса.

— Но иногда окупается, — улыбнулся Дэрри. — Не спешите отчаиваться, райя, мы что-нибудь придумаем…

— Мы, на-фэйери Лив, Принц-на-Троне, повелеваем что-нибудь придумать! — фыркнула Лиса. — Слушай, тебе ещё раз в челюсть заехать, чтобы ты мне «выкать» перестал? Тебе что — понравилось? Меня зовут Лиса. Сделай над собой усилие, попробуй выговорить, и не зли меня, я и так злая!

— Служу Короне! — дал отмашку Дэрри, страшно вытаращив глаза.

— Убью, — устало пообещала Лиса. — И вообще, где обещанный костёр?

— Так, видишь, какая штука: Лягушонок все дрова-то похерил, да, — виновато прогудел Гром. Квали совсем скис.

— Видите ли… Понимаешь, докуда голос братца долетел — там везде вот так, как здесь, и дров не осталось, — объяснил Дэрри.

— Так, блин, вот портал в корчму, блин! Сходите, блин, и принесите! Дрова, блин, из корчмы, блин! Я надеюсь, там тебя слышно не было?

— Да, э-э-э, Лиса, мышление нестандартное! — восхитился Дэрри. — Из дому в лес дрова носить — такое мне в голову не приходило!

— Просто ты ещё маленький! Не расстраивайся, у тебя всё впереди, — подал голос Донни. — Покрутишься, обомнёшься… или обомнут…

— О, проснулся!

— А то! Вы так орёте, что можно по второму разу восстать! И снимите с меня эту голову многомудрую. Тяжеленный, как я не знаю что, гнёт знаний, видимо, или тяжких дум многовато. А я вампир, тварь по определению легкомысленная, не по мне такая ноша! И так живот пустой, а он ещё и продавил до позвоночника! — Роган спал, свернувшись калачиком прямо на земле, используя живот Донни вместо подушки.

— Роган? Ой, а что это с ним? — забеспокоился Квали. Дэрри и Гром аккуратно оттащили Рогана в тенёк. Маг от этого не проснулся, только зачмокал. Похоже, он и во сне продолжал пить коньяк из горлышка.

— Бутылка коньяка с ним! В одно жало и без закуски! — фыркнула Лиса, вытаскивая из мешка очередную бутылку со смесью. — Я вообще удивляюсь, как он долго продержался. Я бы уже давно пластом лежала: коньяк-то столетний! На, это печёнка в красном вине.

— Свиная? А молочка нет? — капризно надулся запеленатый Дон, даже не пытаясь пошевелиться.

— Р-р-р, — объяснила райя Видящая.

— Ну за что ж ты на меня рычишь, зверёк мой свирепый? — счастливо улыбнулся Донни.

— За что-о? За всё-о! — взвилась Лиса. — Всё наврал, всё, скотина хладнокровная! Даже имя, и то пришлось по заклинанию узнавать! И скажи спасибо, что узнала, а то бы ты тут не выделывался! За что! Обрюхатил и сдох, сволочь! «У вампиров детей не быва-ает!» — передразнила она Дона и замахнулась бутылкой, которую так и держала в руке. — У-у, зараза, так бы и треснула по чему попало! Твоё «не бывает» мне седьмой год дом разносит! Как ещё крыша над головой осталась!

— Что-о? — Дон задёргался под тряпкой, пытаясь выпутаться.

— То-о! Я тебе восемь лет мечтала морду набить!

Вампиры и эльф, невольно слушавшие семейную ссору, заржали.

— Так вот зачем, — сквозь смех еле выговорил Квали, — вот зачем ты его спасать кинулась… Чув-вства! Стр-расть! Хи-хи-и! Эти, как их, возвышенные мечты, во! Ха!

— Кто ещё знает? — Голос Дона был таким, что веселье как обрезало.

— Ну-у, мы, — нерешительно сказал Квали. — И мама с папой. Позавчера узнали. И-и… И всё. А что такое-то? — все растерянно переглянулись.

— Вы что — совсем тупые? Ну, Квали — ладно, он давно в этой кухне не варится, но, Дэрон, ты-то мог сообразить? — Донни задохнулся и закашлялся. Всё-таки, он был очень слаб.

— Я, как раз, ничего не мог сообразить, я об этом вот сейчас в первый раз услышал, — решительно возразил Дэрри. — Но тоже не понимаю. Дон, у тебя ребёнок — это же здорово!

— Ах-ха, жутко здорово, я прямо весь пищу! А скажи мне, трепетный мой, когда эта новость разнесётся, сколько вампиров пожелают обзавестись потомством? Но это ещё полбеды! Ле Скайн весьма сентиментальны — скажи мне, сколько из этого потомства, родного, не усыновленного, будет лет через пятьсот поднято во Жнеце? А учитывая закон — поднято нелегально? А даже если, всеми правдами и неправдами, легально — где они все будут жить? На ком кормиться? А что на всё это скажут Перворождённые? Райнэ, ещё одну войнушку за передел территории не желаете? Ф-фух! — задохнулся он, истратив последние силы. — И ДАЙТЕ ПОЖРАТЬ НАКОНЕЦ-ТО! — глаза сверкнули красным, и он бессильно откинул голову.

Притихшая Лиса поспешно взболтала бутылку со смесью и только тогда сообразила, что лёжа пить из неё Дон не сможет. Да и сесть, или хоть руки высунуть из-под тряпки, судя по тому, что даже не пытается это сделать, он тоже не в состоянии. Огляделась, вскочила, содрала соску с бутылочки кормлеца. Сойдёт. Сунула Дону — «На!» Вот что значит разница в шестьсот лет, думала она, придерживая бутылку. Ей за восемь лет жизни Ники ни разу такие соображения в голову не приходили. А, видимо, зря. Вон, у ребят как лица вытянулись.

— Нда, как-то это… не очень получается, — пробормотал наконец Дэрон. — А Перворождённые… Они не скажут, они споют. Созидание. А мы будем бегать кругами и орать Призыв Присяги…

Дон высосал полбутылки и выпустил соску, отдыхая.

— Не всё так просто, мой трепетный. У Лягушонка слуха нет, поэтому нас сразу и не разметало. Кстати, спасибо! — ухмыльнулся он. — Если бы не ты — я бы так мышью и остался. Никаких сил не было пьяной твари сопротивляться, а уж сменой облика управлять — ха!

— Но… Роган…

— Ничего бы он не нашёл, нет такого способа. Только уничтожение. Созиданием. Любимое оружие Перворождённых. Звери от него размножаются, а мы рассыпаемся. Ничего такого, кстати. Просто гармонические колебания, запускающие некие процессы. Ну и естественно, «Й» — беззвучный звук Созидания, его коварная улыбка. Только рядом с другим звуком…