Я из будущего - Владимир Поселягин

— Другие курсанты, что пропали со мной, тоже были лучшими на курсе, — повредил тот, внимательно меня слушая.

— Вполне возможно, — легко согласился я. — Так вот, причин не знаю, но похоже пиратам были срочно нужны солдаты, они отобрали несколько человек и поставили их нейросети. Тебе, например модели "Штурмовик-ТриМУ" и имплант силы. Это офицерская сеть, думаю, тебя старшим хотели поставить. Обучили бы, в ошейниках сопротивляться вы бы не смогли, так что выполняли бы приказы пиратов. Но с тобой не всё получилось, я бы даже сказал, совсем не получилось. Ты у нас Алексей особенный, редкий вид кто не может принимать знания из баз. Я медик, обучался этому, и такого редкого индивидуума вижу, да что вижу, даже слышу впервые. Таких как ты один даже не на миллиард, на пять миллиардов людей. Сеть тебе можно поставить и ты её усвоишь, вот только базы учить не сможешь, твой разум, точнее мозг, их просто не воспринимает. Так что для пиратов ты не более чем бракованный товар, поэтому они от тебя и избавились. Кому нужен раб, которого нельзя обучить? Я, правда, не понимаю, зачем они тебя на Землю спустили, и в живых оставили, а не сбросили на орбиту, чтобы ты сгорел в атмосфере. Но выяснить это мы уже не сможем. Скорее всего, просто охотники забыли это сделать, спустившись за очередным товаром, и выбросили тебя из бота или челнока. Дальше уже сам очнулся.

— А это? — коснулся тот затылка, разъёма. — Почему не убрали?

— Вот это как раз понятно, — нагнувшись, я достал из коробки подготовленную заглушку и передал её лейтенанту, чтобы тот вставил на место. — Сеть вторичная, ты последний пользователь, да и картриджи тратить не захотели. Отбракованный материал.

— Не совсем понял, — проверяя, как встала заглушка, тряхнул в недоумении головой лейтенант.

— А что тут непонятного? Ты бракованный товар. Нейросеть что у тебя стоит, "вторичная". Её поставить можно не более трёх раз, обычно её извлекают у трупов и ставят следующим рабам. Как я уже говорил не более трёх раз. Ты, скорее всего третий, значит извлекать её, смысла нет, больше никому не поставишь. Да и извлекать тоже денег стоит. Вот и всё.

— Из трупов, — немного заворожено пробормотал лейтенант и погладил вставленную заглушку на затылке.

— Не беспокойся, их чистят, и ставят полностью стерильными. Я раньше тоже переживал, а сейчас плюнул, не до того, мелочь всё это.

— И что теперь?

— А что, живи как живёшь, воюй.

— А эту сеть, штурмовик которая, её можно включить?

— Без проблем, только вот нужна ли она тебе без баз? Тебе ведь придётся самому её изучать, чтобы использовать все возможности. Я конечно на словах на начальном этапе поясню, остальное только сам.

— И что она может?

— Благодаря импланту ты станешь сильнее. Например, можешь, не напрягаясь на вытянутой руке держать пятьдесят килограмм чистого веса, пробежишь километров десять, не сбивая дыхания, сможешь выдержать без отупения долгий и тяжёлый бой. Это всё даёт усилитель, так называемый имплант силы. По нейросети, там много функций, и большинство тебе пригодиться, но часть останется навсегда неиспользуемой, эти функции позволяют взаимодействовать с современным оборудованием, вроде того что находятся на борту челнока. Но без баз знаний, ты всё равно воспользоваться ими не сможешь. Так вот, тебе проще будет командовать в бою, как Цезарь сразу выполняя несколько работ, есть дальномер, ты после практики и наработанного опыта сможешь стрелять так, что за километр попадёшь из винтовки в монету. Пулю за пулей будешь в неё посылать. Так же и с пушками. Нужна будет только практика, опыт наработать. Ха, если пойдёшь в зенитчики, все немецкие самолёты твои будут. Есть встроенный доктор. Он будет следить за твоим состоянием. Сильно на него не рассчитывай, но раны будут заживать чуть быстрее, контузия тебе грозить не будет, вернее ты от неё быстро избавишься. Опьянеть очень сложно будет, тут нужно доктора отключать. Память расшириться, ты сможешь даже всё детство вспомнить, какие книги читал, как учился. Учебник любой по памяти снова перечитать сможешь. Есть функция записи "под протокол". Включаешь и всё что ты видишь, будет записываться тебе на сеть. Советую первый бой записать, потом, как кино прокрутить сможешь и просмотреть, увидишь, какие ошибки совершил. Если выживешь, конечно.

— Я один смогу просмотреть или показать ещё кому?

— Запомни, о твоей сети никто не должен знать. Я понимаю, что ты как патриот хочешь помочь своей стране, но тебя пустят на опыты, изрежут всего, так ничего и не добившись. Пойми, я знаю, что тебя ждёт. Ваши учёные и через тысячу лет не смогут прийти к таким результатам, так что смысла показывать им такие технологии, просто нет. А ты живи и вовсю используй возможности сети. Может, полковником войну закончишь. Старайся особо не выделяться, чтобы не привлекать к себе внимания. Ещё постарайся выйти в штабные, у вас очень мало толковых танковых военачальников, да и те, что есть, нормальными назвать сложно. Катуков разве что, да и тот сейчас опыта этого набирается. Иди в штабные, там шансов погибнуть меньше, а благодаря тебе возможно и потери у таксистов будут не такими большими, и воевать они лучше начнут. Всё от тебя зависит.

— Я подумаю. Это всё, или ещё, что есть в нейросети? Да и про просмотр ты не сказал.

— Просматривать ты сможешь один, картинка тебе на глаза будет подаваться, закроешь глаза и смотри... Значит, решил включить сеть?

— Да, такие возможности, они мне пригодятся.

— Хорошо, — пожал я плечами.

Отсоединив планшет от крепления на бедре, подсоединил его с помощью шнура к разъёму на руке Алексея, и включил тому сеть.

— Теперь посмотри в верхний левый угол, там флажок должен быть. Посмотри на него.

— Ой! — подпрыгнув, воскликнул лейтенант.

— У тебя развернулся рабочий стол. Теперь снова посмотри в тот же угол на флажок... Свернулся? Вот так вот ты сможешь открывать и закрывать рабочий стол, он нужен для управления нейросетью. Теперь разверни рабочий стол, я научу тебя им пользоваться и входить в меню. Что такое меню потом объясню, к еде это никакого отношения не имеет. Сейчас давай настроим рабочий стол. Часы поставь на местное время, сейчас объясню как...

Глава 20.

С Алексеем я провозился с полчаса, обучая его пользоваться сетью. Первым делом я научил его включать и выключать запись, так что он записывал всё, чему я его учил, чтобы потом просмотреть. Все функции его сети мной были ему объяснены, дальше он сможет использовать их уже сам.

— Сложная штука, — вздохнул тот, вытирая выступивший на лбу пот. — Но очень интересная. Уходить очень не хочется, однако напомню, что я военный человек и вынужден выполнять приказы. Два часа уже прошло, я должен вернуться.

— Хорошо. Смотри, я на планшет скидываю карты передовой. Тут шестидесятикилометровый участок, что я зацепил в полёте. Сейчас скину тебе на сеть, потом более внимательно просмотреть сможешь, а пока рисуешь карту с ближайшим куском передовой, я пирожков напеку тебе с собой, товарищей боевых покормишь.

— Пирожки? Пирожки это хорошо. Нам бы такое оборудование, нажал кнопку и кушаешь всё что хочешь.

— Это точно.

— О, молочко с пирожками. Это я люблю.

Пока лейтенант сидел и перерисовывал карту, одновременно жуя пирожок с мясом, я вытряхнул один из своих мешков, убедился, что тот чистый, и стал через синтезатор гнать пирожки, с разными начинками. Доверху ими набил. Тут как раз Алексей закончил, и сверялся с картой, так что, мы стали прощаться. Всё же увидеться мы больше не сможем.

— Ты где живёшь? Может, в будущем заскочу к тебе? — спросил я, когда мы покинули челнок.

— Москвич я.

— Точно, письма же видел с адресом. Ну, смотри, буду поблизости в будущем, обязательно заскочу. Да, вот ещё, трофей, с бандитов снял. Запасного магазина нет, да и патронов всего четыре. Подарок на память. Своим если что, скажешь дружок, когда ходил к противнику в тыл, с трупа самолично убиенного им унтера его снял, мол, трофейные пистолеты уже закончились, раздарил.

Взяв протянутый мной "ТТ", лейтенант ещё раз обнял меня и, повесив на плечо тяжёлый мешок с пирожками, побежал в сторону расположения своей части. Ориентировался он теперь благодаря сети легко, помнил маршрут, да и мешок отнюдь не лёгкий нёс как пушинку, это имплант силы заработал, тот этого ещё не понял, но скоро поймёт. Проводив Алексея взглядом, пока тот не скрылся среди деревьев, я вздохнул и направился в челнок. Кто-то, наверное, уже вопит о том, что я снова влез менять историю. Но я считал, что сделал правильно, почему-то пребывая в полной уверенности в этом. Правильно сделал и всё тут.

На челноке я покушал пирожков с молоком, вкусно, не зря Алексей ел и нахваливал, после чего занялся делами. До наступления темноты улетать я не хотел, "палево", так что старался занять себя. Кстати, лейтенант, пока рисовал карту, всё пытал меня о будущем, как воевать будут, когда победят и остальное. Но я кремень, назвал только день Победы и сообщил, что немцы до Москвы дойдут, но это им не сильно поможет. Последнее поразило Алексея до глубины души. Немцы и до Москвы дойдут. На мой намек, что французы в ней уже были, тот только отмахнулся.