Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ) - Евгений Бергер

— Пф-ф-ф-ф! Ещё бы он был в моём кругу… И вообще, круг не мой, а его! Он там главный и всем заведует… Если ты опубликуешь видео в сети — у Воробьёва будут очень большие проблемы! Поэтому, он сперва прикончит меня… А, потом доберётся и до тебя! Подумай сам… Хочешь ли ты связываться с этим тираном, из-за какого-то сраного дома для долбаных сирот⁈

— Представь себе. — холодно ответил я: — Если такая свинья, как ты — бросает их на произвол судьбы за лишний шекель в кармане! Твою мать… За всеми приходится делать ИХ работу. Даже за тебя, проклятая жирная свинья. А теперь — говори, кто там с Воробьевым в управлении?

— Больше, никого. Все остальные — марионетки в его руках! Не даром он Граф…

— А ведь, точно… Это же дворянин! — я алчно потёр ладони: — Какая восхитительная новость! В таком случае, ты скажешь, что делал всё по указке Графа Воробьёва.

— С ума сошёл⁈ Он меня освежует живьём… Воробьёв — очень влиятельный человек! Под ним ходит треть города…

— Ох, боже… Треть города? — я лишь усмехнулся: — Все вы так говорите. Этот опасен. Тот тиран. И вон тот ужас, летящий на крыльях ночи… Да, все вокруг опасные, если так подумать. А всё потому, что вы боитесь вытащить свои головы из задницы.

— Он нас убьёт! И всех наших близких… Это у тебя, никого не осталось! А у меня — семья… Я не буду ими рисковать!

— Уже рискуешь. Значит, сделаем так. Либо ты делаешь, как я говорю и продолжаешь жить. Либо я сам займусь твоей семьей. Как тебе такое? — я приставил пистолет к его второй коленке: — Но, прежде, чем я до них доберусь… Мы с тобой, как следует повеселимся. А? Как тебе такое предложение? И если ты искренне верил, что знаешь о боли всё… Я буду рад открыть для тебя новые горизонты.

— Хорошо! Я скажу… Но, что ты будешь делать с Воробьёвым?

— Есть у меня, кое-какая идея. — я повернулся к коту: — Семён! Доставай телефон. Будем записывать очень животрепещущее домашнее видео. Семён? Ты, чего там…

Кусок меховой тьмы в этот момент сидел на камине и разглядывал фотографии в красивых рамках.

— Ну, и что ты там завис? — поинтересовался я.

— Тут Деда Гавр… — удивлённо ответил кот: — И, причём — далеко не на одной фотографии.

* * *

— Солнышко светит. Погодка шепчет. Птички поют… А, ещё мы в прекрасном подземном бункере, где советские учёные проводили испытания на Тенях. Прекрасная суббота, правда? — с улыбкой произнёс Шурх, освещая фонариком пыльные стены катакомб.

— Угу… Лучше и не придумаешь. — насупившись, ответила Лика, то и дело поглядывая на свой АШ-12.

— Ну, неужели всё ещё дуешься? — Матвей подошёл к калитке, закрытую на цепь с навесным замком, и вытащил болторез.

— И, вовсе я не дуюсь… — хмыкнула Кобра, насупившись ещё сильнее: — Дурак он. Терпеть не могу наглых парней!

— Ну… Справедливости ради — он был на грани смерти. Да ещё и невеста ушла. — Шурх перекусил замок, а затем дёрнул слегка заржавевшую цепь на себя. Калитка с жутким скрипом раскрылась.

— Это не повод набрасываться на девушку и целовать её. — холодно ответила Лика: — И, вообще, кем Тигра себя возомнил? Альфач тоже мне! И то, что его невеста внезапно сбежала… Мне-то, что с того? Я, что? Рыжая?

— Рыжая.

— Я не об этом! Идиот…

— Ну, по-моему, он не особенно заметил этот разрыв. Может быть, она и не его была вовсе… Знаешь, понимание, что человек именно «твой» приходит не сразу. Многие, вообще, прямо перед свадьбой одумываются. Хреново, конечно… Но лучше уж так, чем портить жизнь человеку, которого, возможно, ты когда-то любил.

— А мне, какое дело⁈ Пускай отрывается, с кем угодно! Но только не со мной. Вон, они с Парацетамолом вечно парочкой ходят… Пускай на нём и отыгрывается.

— Лика, ты слишком строга. Ну, поддался эмоциям человек! С кем не бывает?

— Ты пытаешься успокоить меня или оправдать Тигру⁈

— Два в одном. Как «Хэд-энд-шёлдерс». — усмехнулся Шурх, освещая фонариком узкий коридор: — Так… А, что это у нас тут?

«Зона испытаний межпространственного квантового перехода» — гласила зловещая надпись красной выцветшей краской на стене.

— Межпространственный квантовый переход? — удивилась Кобра: — Это, что? Мы попали в очередной фильм Кристофера Нолана?

— Понятия не имею… Честно говоря — меня это место пугает до усрачки. — признался Шурх, подойдя к металлической двери: — Погоди, а это что за вмятины?

— Похоже на следы от кулаков… — задумчиво произнесла Лика, и присев на одно колено, подняла с пола лоскут грубой оранжевой ткани: — Может быть, это те Тени пытались пройти внутрь?

— Нет. Это явно след от человеческого кулака. Видела, какие бандуры лежали в коридоре? От них след был бы шире и глубже.

— Но, какой человек способен оставить вмятину на… металлической двери? Это явно, какой-нибудь высокопрочный стальной сплав. Или ещё, что покруче. — Кобра провела указательным пальцем по выбоинам с чётким отпечатком кулака.

— Вот, поэтому и пугает до усрачки. Чёрт знает, что тут происходило… И надо ли оно нам? — вздохнул Шурх, и крутанул колесо кремальеры. Металлическая дверь с гулом отворилась, а затем откатилась в сторону.

— Ты первый идёшь! — уверенно заявила Кобра.

— Кто бы сомневался. — усмехнулся Матвей, щёлкнув предохранителем своего АШ-12.

Вдалеке виднелось тусклое зеленоватое свечение. Как будто, кто-то включил ночник.

И чем ближе Шурх подходил к источнику света, тем отчётливее слышался странный треск.

Знакомый, такой…

Нечто подобное Матвей слышал в Бангкоке, когда вечером гулял по центральным улицам. Огромные переплетённые косы старых электрических проводов трещали аналогично.

— Ну, что там? — шёпотом спросила Лика.

— Ничего. Только треск. — ответил Шурх: — Давай, за мной! Прикроешь меня, если что.

— Ага… — Кобра так же сняла АШ-12 с предохранителя и направилась за напарником.

Спустя ещё сто метров Матвей обнаружил небольшой проход, над которым висела табличка: «Осторожно! Возможен сильный радиационный фон!»

Вытащив счётчик Гейгера, Шурх аккуратно заглянул в помещение.

Это был огромный зал с неимоверным количеством допотопных компьютерных мониторов. На всех мерцали белые цифры, а в центре расположилась странная установка в виде здоровенного кольца, диаметром метра четыре, если не больше. Вокруг установки стояло несколько громоздких блоков с проводами. А сверху висел огромный монитор, что больше напоминал спортивное табло на стадионе. Он был поделён на две части. В левой постоянно бегало несколько цифр, отделённых друг от друга точками. А в правой — замерла непонятная комбинация: «0002.0004.346.01.01.235».

— Как думаешь, что это такое? — поинтересовалась