Судебный дознаватель фараона - Анна Трефц

храмов, ободранные шпили которых касаются небес, можно лишь с полной грудью веры. С горящим этой верой сердцем, с пониманием, что ты абсолютно прав. А такой уверенности у него уже не было. И самое ужасное, то, что было раньше уменьшалось с каждым прожитым в Уадже днем. В Ахетатоне он никогда не задумывался, что люди создали до того, как великий царь Неферхепрура Эхнатон объявил о смене богов на одного отца своего Атона. Как жили люди в прошлом? В школе ему рассказывали, что жили они плохо. Их губили болезни, нашествия варваров-завоевателей, Река разливалась неправильно, то слишком обильно, унося в море весь ил, то слишком скудно, отчего урожаи собирали плохие, и народ голодал. Что страну заселили чужестранцев, понастроив свои храмы и засорив землю Хемит своими богами, которые так же принесли разорение и погибель местным жителям. Однако теперь, побывав в бывшей столице староверов, которая, казалось бы, должна была больше всего пострадать от старых своих и чужестранных богов, Гормери не мог не видеть и не понимать, что разорение и гибель городу принес именно Атон. Вернее те, кто ему служат.

— Ладно, — Тамит примирительно улыбнулась, — Давай к делу. Что случилось у вас с этой Хорит, можно узнать только у нее самой. Пойдем и спросим. А заодно посмотрим на ее губы.

— Гм… — он качнулся с носков на пятки. Вот и наступил тот самый момент. Ему вдруг тоже стало интересно, что там с Хорит и как й удалось обуклить его губы. Но теперь у него есть дела поважнее. Сердце его заныло, — Тамит… Я закрыл дело. Я нашел дочь ювелира, и на этом моя миссия окончена.

Она смотрела на него долго, не мигая, словно уже залезла взглядом в его мысли и теперь перебирает одну за другой, как свитки в библиотеке. Он терпеливо ждал, дав ей возможность осознать услышанное и принять его смысл. Наконец, она моргнула.

— Тебе совсем неинтересно, что с тобой произошло? — спросила глухим голосом. Из нее словно одним ударом вышибли радость и задор. Ведь она даже ругалась с чувством, а теперь вдруг стала похожа на собственную тень. Даже кожа посерела.

Ему хотелось сказать ей, что интересно, и при других обстоятельствах он бы обязательно продолжил расследование. Пусть просто ради того, чтобы поработать с ней бок об бок, ведь эти несколько дней принесли ему только удовольствие. Но губы его все еще чувствовали поцелуй прекрасной Неферет. А сердце сладко замирало от этого воспоминания. Нет, не может он сейчас бегать по городу за тайнами как мальчишка. Он стал мужчиной. Взрослым, основательным, понявшим и принявшим серьезное чувство. И ради этого чувства, которое и есть смысл жизни человека, стоит отказаться от ребяческих забав.

— У меня в конце дня запланировано свидание, — он и сам удивился, зачем выпалил это ей. Ведь его личная жизнь никак не связана с их расследованием. Да, он сделал выбор в пользу любви, но Тамит об этом знать вовсе не обязательно. Он не должен ей что-то объяснять. Но почему-то язык его решил по-другому.

— С красавицей Неферет, — не спросила, а уточнила девчонка все тем же скучным голосом.

Он кивнул, потому что не видел смысла скрывать. Все равно она узнает. К тому же с чего бы он от нее таился. Они напарники, а не парочка бывших возлюбленных. Что бы там ни думали в обществе Луны, где их уже почти поженили.

— Понятно… И ты хотел найти лодку, чтобы покатать девушку по реке?

Она вдруг улыбнулась, а в глазах блеснула прежня хитринка. По всей видимости их разговор сворачивал с намеченного им пути. Да так стремительно, что он не успел опомниться и придумать, как быть дальше. С Тамит всегда так.

— Лодку ты в Уадже не найдешь. Но у моего дяди целая флотилия прогулочных посудин. И штуки четыре он всегда придерживает про запас. Мало ли какому важному человеку придет в голову поразвлечься на воде с удобствами. Ты ведь понимаешь, быть полезным это куда больше, чем быть просто богатым.

— Ты можешь достать мне лодку? — он едва сдержался, чтобы не заключить ее в объятия. Дружеские, разумеется.

— Конечно. Он с радостью отдаст мне лучшую из своих запасов. Особенно если я намекну, что буду кататься с тобой. Но я сделаю это не просто так.

Желание обнимать ее и кружить, радостно смеясь, как-то сразу улетучилось.

— Чего же ты хочешь?

Она пожала плечами и произнесла:

— Самую малость. Давай прежде сходим к госпоже Хорит.

Глава 24

Топая по мощеной большими плоскими плитами улочке, усаженной тонколистными цветущими олеандрами, Гормери злился. Тамит его принудила шантажом. Опять! У девицы нет ни шата совести! Стоило ли идти у нее на поводу⁈ Ведь мог же и отказаться! Почему же не сделал этого? И так ли ему нужна ее лодка или на самом деле проведать вдову Хорит желало и его сердце, а он всего лишь подыграл дочке маджоя? Он с силой выдохнул через ноздри и мысленно ответил на вопрос: нет, ему конечно нужна лодка! Все ради лодки, ради того, чтобы доставить возлюбленной Неферет удовольствие. А для чего же еще? Не для того же, чтобы удовлетворить ненасытное любопытство непоседливой дурно воспитанной девчонки. Надо бы серьезно поговорить с ее отцом и дедом. Им следует поторопиться с ее замужеством. А то она совсем испортится, и никто не возьмет такую в жены. Кому нужна супруга — искательница приключений!

— Да не злись ты так, писец циновки! — весело крикнула она, семеня у него за спиной, — Все же ради тех бедняжек, у которых нет богатого папочки ювелира. Неужели ты не хочешь наказать их убийцу?

— Нет, — он пожал плечами, — И я не вижу связи между пропажей нескольких девиц и тем, что вдова Хорит обожгла мне губы в храме. Да и себе тоже, если тебе верить.

— Верить мне можно, в отличие от всех остальных, — тихо буркнула она.

Но Гормери решил не придавать ее словам значения. В Тамит прекрасно уживаются подозрительность к другим и сознание собственной непогрешимости. Впрочем, это скорее бурлящая в ней молодая кровь. С возрастом человек учится задавать себе вопросы, ответы на которые ставят под сомнение и то, и другое.

— Так поведай же мне… — он усмехнулся, продолжая идти вперед по длинной и жаркой улице.

Со слов