Кречет 2 - Константин Георгиевич Калбанов

— Убьёшь дух соперничества, и одной развлекухой в этой консервной банке станет меньше.

— Ладно, не буду, — признавая его правоту, легко согласился я.

Вообще-то, электронные шахматы никто не отменял. Но настоящие, резные, переставляемые по доске с тихим и внятным стуком, вызывали особые ощущения. Это я помнил ещё по «Страшному», где впервые и взялся за костяные фигуры. Собственно именно памятуя об этом и заказал набор, попав в яблочко.

«— Кречет, на сканере появилось неизвестное судно, меня начали глушить», — сообщил мне пилот.

«— И судя по всему не очень-то удачно», — уточнил я.

«— Да, наше оборудование без труда справляется с помехами, но фиксирует достаточно интенсивное воздействие.»

«— С тобой ещё не связывались?»

«— Как раз вызывают.»

«— Действуй по плану.»

«— Принял.»

— Прохор, потом унизишь Доку. Парни, подъём. У нас гости.

— Ну наконец-то! — поднявшись потянулся Багет, явно предвкушая адреналиновую встряску.

— Кречет, так не честно, я его уже почти сделал! — возмутился Дока.

— Но это не точно, — смахивая с доски фигуры, возразил Прохор.

— Я запомнил расстановку, — противник ткнул в него пальцем, и принялся помогать собирать шахматы.

— Та забей, — отмахнулся Степанов.

Парни грохнули дружным хохотом, и поспешили к своим шкафчикам. Меня тут же охватило нетерпение, и я ощутил как в кровь толчками вливается адреналин. Полтора месяца назад я уже ходил на абордаж, причём в одиночку, и эта затея едва не стоила мне жизни. Казалось бы должно хватить надолго. Но как бы не так. Только сейчас я понял, что в тот раз лишь раззадорил себя, и всё это время меня едва ли не ломало от желания вновь окунуться в круговерть абордажного боя.

Я и сам не понял, как оказался облачённым в скафандр. Руки делали всё сами, без участия разума. Наконец я закрепил на спине ранец и винтовку. Посмотрел на товарищей, и задорно улыбнувшись лихим взмахов опустил забрало.

— Антон, доклад, — направляясь к двери ведущей к переходному рукаву, уже в канале потребовал я.

— Приказали лечь в дрейф, открыть сливные штуцеры и выпустить весь газ. Пока туплю, — тут же отозвался пилот.

— Правильно. Делай как договаривались. И, кстати, уже можно вырубать маршевый двигатели. И начинай откачивать атмосферу из обитаемого отсека.

— Принял. Выполняю, — отозвался тот.

— Что за судно? И где располагается. Подай данные в тактическую сеть.

— Ракетный катер. Битюг докладывает, что нас захватили в прицел. Полагаю, ракеты у него всё же имеются.

— Конечно имеются. Им ведь нет нужды соблюдать закон. Но у тебя серьёзная шкура, не переживай. А с остальным мы разберёмся.

Я уже изучал поступающие данные, не забывая посматривать на светящийся индикатор состояния атмосферы. Тот стал уже жёлтым, что свидетельствует о низком давлении. Ещё немного и он начнёт меняться на красный.

Итак, большой ракетный катер. По вооружению данных нет. Но если стандартное, то должно быть четыре лёгких противокорабельных ракеты. Обычный тягач выдержит только одно попадание. Второе уже нанесёт повреждения, но на «Битюге» установлен усиленный генератор, и добраться до тушки получится только шестым.

Пират находится справа и выше, мы вылетаем с левого борта, значит придётся закладывать разворот, а это потерянное время. С другой стороны, катер конечно лёгкий и разгоняется быстро, но всё ведь познаётся в сравнении, и с нами ему не сравниться ни по скорости, ни по манёвренности.

— Кречет, пират уже пеной брызжет требует начать сброс газа, — доложил пилот.

— Тяни время. Канюч. Пресмыкайся. Моим именем прикрывайся. Тяни до последнего.

— А если саданут ракетой?

— Делать им нехрен, только ракеты тратить. Скорее уж на стыковку пойдут или ботом воспользуются. Ты его на палубе наблюдаешь?

— Да, малый на четверых.

— Вот видишь как много у них вариантов, а ракеты денег стоят. Да даже если и саданут, термоядерной у них точно нет, а обычные тебе до фонаря. Не минжуйся, нормально всё будет.

— Понял, туплю дальше.

Наконец воздух из отсека откачан и дверь отошла в сторону, выпуская нас наружу. Я ступил в переходной рукав, тут же ощутив невесомость и то, что держусь лишь за счёт магнитных подошв. По телу пробежала приятная лёгкость, по которой я успел уже соскучиться. Увы, но с выходами наружу у нас тут как-то не очень. Соблюдаем секретность. Мало ли как к нам могут подобраться. Мы в своё время по всякому изворачивались.

— Привет, Конёк. Застоялся? — устраиваясь в кабине, произнёс я.

— Это я-то застоялся? Да я плесенью покрылся, — возмутился искин.

— Опять Малой скормил тебе какой-то сериал?

— Вообще-то, пару десятков.

— Ну п-паразит, прибью после дела. И когда только успел, мы же не ходим на лётную палубу. Предполётная подготовка.

— Есть предполётная подготовка. А ему для этого не обязательно выходить сюда, — самодовольно ответил искин.

— Кречет, они грозят стыковкой, отправкой досмотровой команды и открученными яйцами, — вышел на связь пилот.

— Начинай сброс газа, — тут же отреагировал я.