За кулисами второй мировой войны - Федор Волков

Еще в конце мая - начале июня 1945 г. Форин оффис выработал предложение о повестке дня в Потсдаме, предлагая согласовать вопросы, которые будут обсуждаться на конференции глав трех великих держав. В докладной записке, представленной 2 июля 1945 г. Черчиллю постоянным заместителем министра иностранных дел А. Кадоганом, сообщалось: "В конце мая мы послали в Вашингтон телеграмму, содержащую перечень вопросов, которые могут быть обсуждены (в Потсдаме. - Ф. В.). ...Затем мы послали пересмотренный перечень вопросов с небольшими комментариями и предложениями...

На предварительном совещании с американцами мы обсуждали вопрос о том, возможно ли рассмотреть повестку дня на высшем уровне.

Вы помните, что перед Крымской конференцией Вы и президент (Рузвельт. Ф. В.), министр иностранных дел и г-н Стеттиниус встретились на Мальте. Мне кажется, что президент Трумэн вряд ли согласится на это и обстоятельства, по-видимому, делают невозможной эту встречу сейчас. В то же время совещание на более низком уровне было бы весьма полезным. Если Вы согласны, я предлагаю послать телеграмму в Вашингтон, предложив, чтобы сотрудник или сотрудники госдепартамента приехали в Лондон для обмена мнениями с Форин оффисом перед встречей"{1013}.

Что касается проблем тактики английской делегации на конференции в Потсдаме, то Форин оффис предлагал подготовить для Черчилля "козырные карты", которые, как полагало министерство, "мы и американцы имеем в наших руках"{1014}.

Какие же "козырные карты" думали бросить на стол переговоров политические картежники? "Их немало, - сообщалось в записке. - Наиболее важные - американские кредиты. В нашем распоряжении также германский флот, германские заводы и ресурсы на ее Западе, германские архивы и, наконец, некоторые уступки, которые захочет Сталин получать от нас, например по вопросу о Проливах или, возможно, о Танжере. Мне кажется очень важным, чтобы мы не показали эти немногие козыри... в самом начале конференции. Даже если требования Сталина будут резонны, мы не будем удовлетворять их до тех пор, пока не добьемся взамен удовлетворения наших требований"{1015}.

В записке, направленной Кадогану 4 июля, Черчилль писал: "Несомненно, будет возможно иметь секретные контакты на разных уровнях с американцами. Конечно, подготовьте ваши предложения по каждому случаю, но пусть американцы приедут к нам, а не мы к ним, если они хотят предварительно достичь соглашения"{1016}.

Какие же вопросы предлагались для пересмотренной повестки дня конференции в Потсдаме, сообщенные английским послом в Вашингтоне Галифаксом государственному департаменту США? "1) Вопросы общего урегулирования в Европе.

2) Применение Ялтинской декларации об освобожденной Европе.

3) Германия. Западная граница Польши:

а) ...обмен взглядами о создании центральной германской администрации...

б) отношение к политическим партиям и их деятельности;

в) обращение с Германией как с единым экономическим целым. 4) Балканы:

а) внутреннее положение в странах бывших сателлитов (Германии. - Ф. Б.);

б) Вопрос об эвентуальных мирных договорах с этими странами;

в) положение в Югославии и выполнение соглашения Тито - Шубашич"{1017}.

В ответ на это государственный секретарь США заявил о своей твердой убежденности в том, "что предварительная дискуссия была бы весьма полезной"{1018}. Затем государственный департамент США передал 7 июня 1945 г. английскому посольству в Вашингтоне перечень вопросов для переговоров на встрече "большой тройки", направленных на одобрение президенту Трумэну. Какие же это вопросы? "1) Процедура и механизм для мирных переговоров и решение территориальных вопросов.

2) Политика в отношении Германии:

а) учреждение Контрольного совета;

б) соглашение об обращении с Германией в начальный контрольный период;

в) учреждение местной германской администрации;

г) рассмотрение Германии как единого экономического целого.

3) Выполнение Ялтинской декларации об освобожденной Европе.

4) Политика в отношении Италии.

5) Сотрудничество в решении европейских экономических проблем.

Возможно предположить, что будут дискуссии по вопросу политики, касающейся Дальнего Востока"{1019}.

Как констатировал госдепартамент, английская повестка дня, предлагаемая для Потсдама, "почти полностью совпадала" с предложениями США{1020}.

В записке Черчиллю, направленной Кадоганом, последний поднял вопрос о "передаче русским... списка вопросов для обсуждения на "Терминале"..." "Если Вы согласны, - пишет Кадоган, - я пошлю телеграмму в Вашингтон, и, если госдепартамент не будет возражать, мы предложим послать как можно быстрее список наших вопросов русским. Мы думаем, что подобный путь будет иметь ту выгоду, что русские будут уведомлены о них и не смогут отказаться от обсуждения любого из этих вопросов на том основании, что они не знали ранее о них"{1021}. На записке резолюция Черчилля, одобряющая это предложение.

Посол США в Москве А. Гарриман 7 июля 1945 г., а посол Англии в Москве А. Керр 11 июля в нотах народному комиссару иностранных дел сообщили эти вопросы Советскому правительству{1022}.

Таким образом, политики Англии и США намеревались прийти в Потсдам с готовой повесткой дня и навязать советской делегации дискуссии по тем вопросам, которые были выгодны для этих стран.

Более того, в радиограмме начальнику имперского генерального штаба Вильсону Черчилль предлагал собраться в Лондоне, перед "Терминалом", Объединенному комитету начальников штабов Англии и США. Затем он предложил устроить сепаратную встречу в британской столице с президентом США Трумэном, хотя не допускал предварительной встречи Трумэна со Сталиным. Однако Трумэн не решился на встречу с Черчиллем, мотивируя это следующим образом:

"Мне кажется, для того, чтобы избежать каких-либо подозрений о нашем сговоре, для нас было бы лучше проследовать к месту встречи отдельно"{1023}. Президент также возразил против предварительного совещания Объединенного комитета начальников штабов в Лондоне{1024}.

Однако это было сделано не потому, что Трумэн в принципе выступал против сепаратного сговора с Черчиллем перед Потсдамом. Он опасался, что резкое обострение отношений с СССР может помешать его участию в войне с Японией.

Советская делегация со своей стороны в дополнение к английским и американским предложениям рекомендовала включить в повестку дня Потсдама следующие вопросы: о разделе германского флота; о репарациях с Германии; о восстановлении дипломатических отношений со странами, воевавшими на стороне Германии, но порвавшими с ней после их освобождения; о ликвидации польского эмигрантского правительства в связи с созданием польского правительства национального единства; о режиме Франко в Испании; о Танжере; о Сирии и Ливане{1025}.

Как для американской, так и для английской делегаций были выработаны инструкции, определены общие принципы поведения на конференции в Потсдаме. В инструкции, данной делегации США 28 июня 1945 г., была сформулирована задача достижения дальнейшего международного сотрудничества трех великих держав. Но это были больше декларативные призывы, нежели реальная политика.

"Сотрудничество трех держав, - говорилось в инструкции, - так необходимо для установления длительного мира"{1026}. Необходимость этого сотрудничества объяснялась возросшей мощью СССР, его решающим влиянием в международных делах.

"Россия, - гласил документ, - со времени окончания войны остается единственной великой державой на континенте, занявшей исключительное положение в современной истории"{1027}. И хотя инструкция рекомендовала всячески поддерживать английскую делегацию в Потсдаме в борьбе с мнимой "русской опасностью" - установлением "господства в Восточной Европе"{1028}, все же в ней говорилось о необходимости достижения компромисса с СССР.

"Исключительность" положения СССР обеспечивалась мощью Красной Армии, продемонстрированной в ожесточенных боях с гитлеровской Германией.

"Терминал" начинает работу

27 мая глава Советского правительства через Гопкинса предложил британскому премьеру и президенту США провести встречу "большой тройки" в окрестностях Берлина-{1029}.

Через два дня Черчилль ответил согласием встретиться с ним и президентом США где-либо в уцелевшей части Берлина в самом "ближайшем будущем". В тот же день посетивший Сталина Гопкинс сообщил, что "Президент Трумэн считает наиболее удобной датой для встречи трех 15 июля"{1030}. Черчилль, узнав об истинных соображениях Трумэна, согласился с этой датой и окрестил конференцию новым кодовым названием "Терминал"{1031}.

В такой сложной международной обстановке должна была начать работу конференция трех великих держав в предместье Берлина - Потсдаме, в бывшем дворце немецкого кронпринца Цецилиенхоф, расположенном в живописном парке Сан-Су си. Берлин лежал в развалинах - итог ударов англо-американской авиации, ожесточенных боев последних военных недель. Из 250 тыс. зданий около 200 тыс. было совершенно разрушено или повреждено. Это было возмездие народов тем, кто вверг мир в кровавую войну.