Магия и банды Токио (СИ) - Ютин Макар

— Похоже, тебе стоит пересмотреть свои планы на этого деревенщину.

— Не такой уж он и дубовый, — Вяло возражает Рю. Парень слишком потрясен своей возможной догадкой, чтобы полностью вовлечься в диалог.

— Короче, разберись с ним. И чем быстрее, тем лучше. Мне не нужен убийца под боком, — Холодно и зло бросает девушка, — Если это правда он, то узнай причины. В идеале — что он использовал, и насколько успел наследить. В крайнем случае, просто сдадим его «Махо Синрикё». Пусть отрабатывает или влезает в долги к собственной семейке.

— Там и простой полиции хватит, — Угрюмо бурчит рыжий маг, — А дознаватели и так на него выйдут. Через документы в деле или свидетелей. В отличие от ментов, им те гопники расскажут все… — Харада раздраженно скривился.

«Вот как ты, Кано-кун, мог так по-дурацки вляпаться на ровном месте? Ну попросил бы меня о помощи. За бесплатный обед или ужин я бы тебе помог их отделать так, что мать родная не узнает. Или поиздеваться всласть, чтобы больше не лезли. Нет, гребаный параноик никому не верит и решает свои проблемы радикально…» — Бурчит про себя Рю.

Он не верит в то, что Кано изначально собирался убивать. Молодые да неопытные маги часто не могут соизмерять свои силы, и не понимают пределов обычных людей. Трагическая случайность. По крайней мере, так хотелось думать рыжему заклинателю.

— Честно говоря, я не думаю, что он специально их подкарауливал. Просто совпало. Уходил он из своей квартиры в довольно… плохом настроении. А тут эти клоуны. Уж поверь мне, дорогая кузина, я хорошо знаю, насколько навязчивыми и жестокими могут быть детские банды.

— Да, я прекрасно помню. После того разбирательства нам и вчинили дополнительную квоту на службу. Иногда дедушка перегибает палку, — Поморщилась девушка, — Ладно, планов пока менять не будем. Я тоже сомневаюсь, что с нами по соседству живет маньяк, садист или хладнокровный убийца. Но ты все же проверь его в следующий раз, как придешь. Поговори, вытяни хоть что-нибудь. Можно и не по делу. Будет мало толку, если он после первой крови на руках останется озлобленным уродцем или беспомощным мямлей.

— Ну, тогда просто откажемся от его услуг, — Предложил Харада. Девушка напротив согласно кивнула:

— Именно. Причем с веским поводом, так что нарушения правил не будет. Найти третьего за оставшийся срок мы точно не успеем. Да и ладно, невелика потеря — мы и вдвоем там справимся. А он пусть сам думает над своими обязанностями. Или пусть за него решают экзекуторы.

— Давай не будем горячиться! — Натянуто улыбнулся Харада и выставил руки в примиряющем жесте, — Я верю, что он достойный маг, пусть и очень неопытный. А так, даже если он наследил и его возьмет полиция, то Комитет отмажет. В конце-концов, они даже первому поколению прощают и более неприятные инциденты.

— Да, за кабальный контракт, — Фыркнула кузина, — Но вообще ты прав. Если он не полный идиот, то полиция на него не выйдет. Никто с ними из этой гопоты разговаривать не станет, а по-другому они на него не выйдут. Я бы больше опасалась мести всяких отморозков. У байкеров и другой уличной швали круговая порука очень распространена. Особенно, когда надо наказать одиночку, — Презрительно сказала она. Ее брат лишь молча кивнул, согласный с доводами. Однако на сердце все равно было неспокойно за своего шебутного соседа. Рю успел проникнуться дружеской симпатией к хмурому, злому на язык, но очень необычному магу из мрачного клана Кодзуки.

«У него должна быть причина. Не может не быть, пожри их всех пламя Аматерасу! И я выясню ее, даже если мне придется выбить из тебя все показания. Потому, что только так я смогу доверить тебе свою спину, Кано».

* * *

— Отец, ты действительно хочешь признать этого бастарда?!

Массивный деревянный особняк в традиционном стиле черной громадой возвышался над маленьким, декоративным японским городком. Здание скрывалось на обширной территории, пряталось в глубине, среди выложенных камнями дорожек, столетних деревьев, декоративного мха и глухих зарослей папоротника.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Если же случайный путник решит пройти по дорожке вперед, а затем свернуть на тропинку слева, то, при наличии ключа, он сможет попасть на внутреннюю территорию клановой агломерации через небольшую калитку. Там, в укромном месте располагался задний двор главного особняка: с навесами над энгавой, оградой от диких зверей из примыкающего леса, ненавязчивыми амулетами в виде бумажных фонарей.

Небольшая комната в конце крытой галереи северной стороны ничем не отличалась от других комнат. Разве что располагалась она напротив декоративного пруда с льющейся вниз водой и карпами-кои. Возможно, именно по этой причине бывший владелец клана любил вести приватную беседу именно в ней.

Так было и сейчас. За тонкими бамбуковыми перегородками и стенкой из рисовой бумаги сидело двое мужчин. Они не пользовались ни стульями, ни подушками: так и расположились за низеньким японским столиком в позе сейдза и степенно ужинали. Пространство между ними оказалось уставлено маленькими тарелочками с закусками, пиалами с соусом, чашами с супом, блюдами с цельной рыбой или креветками, а также другими деликатесами.

Ужин проходил в полном молчании. Слышался лишь стук палочек о стенки посуды да плеск напитков. Время от времени, за тонкой бумажной стенкой слышался ритмичный стук бамбуковой содзу — коромысла, что медленно наполнялось водой, затем клонилось вниз, а после удара о твердую поверхность сливало воду обратно в пруд, и все начиналось сызнова. Медитативный звук, что напоминает владельцам о беспощадном течении времени.

— Да, я хочу ввести Кодзуки Кано обратно в клан, — Спокойно ответил пожилой мужчина. Назвать его стариком не поворачивался язык: суровое лицо еще не превратилось в сморщенный сухофрукт, волосы и борода оставались цвета соли с перцем, а в цепких, пусть и выцветших глазах не было и следа старческой деменции.

Его собеседник, в свою очередь, выглядел старше своих лет. Грузное, раздутое тело, большой живот, красное лицо, постоянно текущий по шее и лбу пот. Он выглядел склочным и раздражительным, несмотря на все стереотипы о добродушных толстяках.

— Но отец! Вы же выгнали Айко из семьи! Никто не подтверждал ее брак с этим никчемушным оборванцем! Ее сын — незаконнорожденный, бастард!

— Что это меняет? — Недовольно спросил Дзюнбей, — Ох, Рёхей, ты так и не научился смотреть на суть клановых правил, а не бездумно следовать букве.

— О чем вы говорите, отец? — Нахохлился брат нынешнего главы клана. В исполнении здорового мужика это выглядело инфантильно и отталкивающе.

— О том, что пора бы тебе размять кости. Может и мозги на место встанут? — Пожилой мужчина покивал своим мыслям и отпил немного чая.

— Да зачем нам вообще нужен этот ублюдок? И куда ты хочешь меня послать?!

— Напомни мне, сколько людей у клана в данный момент?

— пятьдесят шесть, — Быстро ответил Рёхей. Так, словно готовился к нему загодя.

— Хорошо. А сколько из них молодых людей до тридцати лет?

— Так, сейчас посчитаю… — Толстяк вперился взглядом в палочки у себя в тарелке, зашевелил губами, — Двадцать один человек. Двадцать два, если Рена из побочной ветви Кавасаки родит здорового ребенка.

— А сколько из главной ветви? — Очередной вопрос не заставил себя ждать.

— Пятеро. Наследник брата, его второй сын, двое моих дочерей, плюс твой младший сын Сэймэй. Но ему уже двадцать восемь. И это нормальная численность! У большинства семей людей еще меньше! У Великих Домов и вовсе по десять-двадцать человек всего. Один пацан погоды не сделает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Зато он может закрыть квоту клана в армии, освоиться в Токио, а там, чем черт не шутит, помочь нам перебраться в город.

— Но у нас здесь все активы, компания, репутация, наконец! О чем Вы думаете, отец?!

— О жизни тех, кто доверился мне, — Мрачно бросил Дзюнбей, — Скоро запечатанное зло сбросит свои оковы, и древний демон Сягусяин вновь выйдет на тропу войны. Наши предки были прокляты за то, что уничтожили культуру и народ айнов.