В погоне за чувствами - Морин Мур

что хочу быть с ней, чего бы это ни стоило… Мне просто нужно слегка подтолкнуть ее и позволить ей задать темп.

– А еще не могу поверить, что мы едем на Теркс и Кайкос, – говорит она, закрывая ноутбук. Она писала большую часть полета, и я украдкой поглядывал на нее, когда мог. Видимо, ее муза в ударе, потому что она сказала, что дорабатывает последние несколько глав, и я надеюсь, что, когда она закончит, я наконец-то смогу это прочесть.

Я знаю, как это важно для нее и как она близка к осуществлению своей мечты о собственной печатной книге, и хочу поддержать ее так же, как она меня.

– Кстати об этом. Я беспокоюсь, что сигнал может быть прерывистым, пока мы будем там, так что, думаю, нам стоит позвонить Хэлли и узнать, как там Бу.

– Боже, я уже скучаю по ней, – говорит Вив, доставая свой телефон из кармана моего худи «Hellcats», которое она украла. Не то чтобы я жаловался. Я бы предпочел, чтобы она носила исключительно мою одежду, потому что я пещерный человек. По крайней мере, когда дело касается ее.

– Я тоже.

Ее пальцы стучат по экрану, когда она набирает номер Хэлли, и после нескольких коротких гудков знакомое лицо появляется на дисплее.

– Привет! – улыбается Хэлли. – Подожди, ты звонишь мне из… самолета?

Вив сладко смеется.

– Печально известного самолета Лэндри. Да, звоню. Мы не уверены, будет ли у нас связь или Wi-Fi, поэтому хотели позвонить и проверить, как там Бу.

Прежде чем Хэлли успевает ответить, я наклоняюсь к сиденью Вив, и мое лицо оказывается прямо перед камерой.

– Привет, Хэлли.

– Привет, Риз.

– Как поживает мой маленький медвежонок?

Хихиканье Хэлли эхом разносится по салону, и я чувствую, как Вив смеется рядом со мной. Это что-то вроде новой шутки, которую понимаем только мы с ней… О том, как сильно я люблю свою кошку. Это просто смешно. Если родитель не любит своего ребенка, кем это его делает? Психопатом. А я не психопат.

– С Бу все в порядке. Ты такой заботливый кошачий папочка, ты знаешь об этом? – дразнит она, прежде чем на секунду исчезает из поля зрения, а затем появляется снова, держа на руках мою пушистую крошку Бу.

– А вот и моя девочка, – воркую я. – Я надеюсь, что тетя Хэлли заботится о тебе наилучшим образом.

Вив смеется.

– Привет, моя любимая девочка. Я скучаю по тебе!

Я наклоняюсь к Вив и забираю телефон из ее рук, чтобы поговорить с Хэлли лицом к лицу.

– О, слушай, а ты греешь для нее еду? Помнишь инструкции? Она терпеть не может, когда еда холодная.

– Да, Риз! – отвечает Хэлли, преувеличенно закатывая глаза. – Я вполне способна позаботиться о Бу, пока вас не будет. Я доказала это… по крайней мере, десять раз, прежде чем вы ушли.

Я киваю.

– Да, это так. Спасибо тебе, но я просто хотел убедиться. А ты взяла новых мышек, которые я ей оставил?

– Все десять штук? Ага. Все здесь, – она вздыхает, явно насмехаясь над моей любовью к Бу.

Я не понимаю, в чем дело. Все так раздражены, что я веду себя как чересчур опекающий кошачий отец, но я ничего не могу с собой поделать, я люблю ее. Я не собираюсь за это извиняться. Я горжусь тем, что являюсь отцом такой потрясающей кошки.

Вив выхватывает телефон у меня из рук, и направляет камеру обратно на себя.

– Извини, у него кислородное голодание. Спасибо, крошка.

– Всегда. Пока-а-а, удачной поездки! – Хэлли заканчивает разговор прежде, чем я успеваю попрощаться с Бу. Грубиянка.

– Ты бы ни за что не позволил ей положить трубку! – Вив смеется, видя мое недовольство.

Она забирается ко мне на колени, устраиваясь на моем уже твердеющем члене, прежде чем наклонить голову и прошептать:

– Это так сексуально, что ты ведешь себя как любящий и заботливый папочка.

Мои губы растягиваются в ухмылке, и я протягиваю руку, убирая длинные волосы с ее лица.

– Я рад. Тогда тебе следует знать, что я даже купил специальные органические лакомства в одном французском ресторанчике, который нашел в Интернете, и которые, как мне сказали, помогают переваривать комочки шерсти.

– Ооооо. Мне нравится, когда ты говоришь мне непристойности, – хихикает она мне в губы.

Мы приземляемся через час – после того как Вив сдержала свое обещание и высосала из меня всю гребаную душу – на частной взлетно-посадочной полосе недалеко от города. Я осознаю иронию того, что, пока мы летели буквально сквозь облака, я был на седьмом небе от счастья благодаря ее талантливому рту.

Когда мы выходим из самолета и направляемся к нашему личному автомобилю, я могу видеть, что тревога Вив перерастает в воодушевление.

Облегчение наполняет мою грудь. Я волновался, что все время, пока мы здесь, она будет испытывать стресс, так как при взлете она была явно встревожена и чувствовала себя не в своей тарелке из-за полета и того, что находилась так далеко от своей мамы. Но разговор с Бу, Хэлли и мамой, которой она позвонила сразу после, казалось, помогли немного успокоить ее. Это и наше знакомство с заоблачным клубом.

Я переплетаю свои пальцы с ее, нежно сжимая их, пока мы едем на виллу моей семьи. Она взволнованно смотрит в окно, и я, черт возьми, даже не могу выразить, как я счастлив видеть ее такой.

Видеть, как напряжение постепенно покидает ее тело. Видеть, как ее улыбающееся лицо озаряется восторгом.

– Боже мой, смотри, это кокосы. Здесь растут настоящие пальмы. Это безумие. Не могу поверить, что мы только что прилетели на личном самолете в другую страну! – выдыхает она, и в ее глазах пляшут веселые искорки.

– Да, мы это сделали, детка, – я смеюсь и обнимаю ее за плечи, притягивая к себе и прижимаясь губами к ее макушке. Впитывая все это. Впитывая ее. – Мы должны приехать с минуты на минуту.

Я бы хотел, чтобы у нас было больше четырех дней. Это эгоистично, но я хотел бы оставить ее здесь, всю себе, но я знаю, что это невозможно, и это означает, что я должен использовать по максимуму то время, что у нас есть.

Может быть, если все пойдет хорошо и мы станем парой, я смогу привезти ее сюда на несколько дней этим летом в перерывах между играми.

Или, черт возьми, может быть, они с Хэлли смогут приехать сюда как-нибудь этим летом, отдохнуть с девочками. Я думаю, это сделало бы ее счастливой. Возможно, она даже сможет взять с собой маму, если она