Главное Убежище - Александр Неверов

— А где остальные? — спросил бандит.

— На станции. Меня послали за вами.

— Заходи.

Веник услышал как захлопнулась металлическая дверь. Щелкнул металлический замок.

"— Они убьют его", — подумал Веник.

Через минуту снова послышался звук открываемого замка.

Веник в ужасе выставил автомат перед собой.

"— Живым не дамся!" — только и подумал он.

— Вениамин!

Веник вздрогнул. Это был голос старика.

— Иди сюда!

Веник вдруг понял, что увидит внизу. В голове возникла картина — бандиты держат на мушке Максима Павловича и велят тому звать подельника.

Обреченно, словно забыв про автоматы в руках, Веник спустился вниз и вошел в дверь. Тут он чуть не вскрикнул. На полу лежали три трупа. Бандиты, судя по перерезанным глоткам были мертвы.

Веник ухмыльнулся. Как ни странно, это зрелище успокоило его.

"— Теперь я точно знаю, что сплю. Ведь не может такого быть, потому что, не может быть вообще и никогда".

— Иди за мной! — велел старик, направляясь в полутемный проем.

Они прошли несколькими коридорами и остановились на развилке. Веник припомнил, один из этих коридоров ведет к их тюремным камерам.

— Пойдем! — старик устремился туда. Вот и их камера. Старик распахнул засов и забежал внутрь.

Веник обернулся на коридор и заметил темный силуэт.

Неожиданно для себя он быстро навел туда ствол и дал короткую очередь. Фигура беззвучно повалилась на пол. Сзади подошел Максим Павлович. Как ни странно, в руках он держал грязный платок.

— Идем.

Выйдя в коридор, они увидели подстреленного Веником бандита. Приглядевшись, Веник с изумлением увидел, что это была грязная женщина в камуфляже. Она еще была жива и тряслась в предсмертных судорогах. В одной из вытянутых вдоль тела рук Веник заметил пистолет.

Старик, мельком взглянув на женщину, прошел мимо.

"— Добить надо", — подумал Веник, но не стал стрелять, а как привязанный пошел за Максимом Павловичем.

Они свернул в другой коридор. Веник отметил, что идут они не к выходу, но покорно пошел за стариком. Тот подошел к какой-то двери, запертой на большой висячий замок. Максим Павлович приставил дуло автомата к замку и нажал на спуск. Всего один выстрел и замок отлетел. Дверь открылась.

Старик не спешил входить, вглядываясь в проем.

— Стой на месте, — велел он Венику. — Здесь растяжка внизу.

Старик осторожно шагнул в комнату. Пробыл он там минут пять и когда снова вышел в коридор, Веник мог поклясться, что у того, что-то спрятано под одеждой. В руках старик держал странный предмет. Нечто похожее одновременно на большую винтовку и на костыль.

— Узнаешь?

Веник отрицательно помотал головой.

— Из этой штуки тебя вырубили на станции.

Старик многозначительно посмотрел на парня.

— Пневматика. Сжатый воздух. Стреляет резиновой пулей. Вот из нее тебя и… Меня, кстати, тоже.

Старик бросил странное ружье обратно в комнату. Они снова пошли по коридору назад к выходу, задержавшись в караульной комнате, возле двери наружу.

Там, на столе, лежал ряд темно-зеленых металлических шариков, размером с кулак. Одни были гладкобокие, другие ребристые.

— Знаешь, что это?

— Гранаты?

— Да. Возьми несколько.

Веник протянул руки к нескольким гладким гранатам.

— Не эти. Бери ребристые!

Веник послушно взял несколько и положил в карманы. То же самое сделал и его спутник.

— Использовать их легко, — говорил Максим Павлович, когда они быстрым шагом шли вдоль дома. — Запалы уже вставлены. Дергаешь кольцо и кидаешь. Тут и дурак справится.

Веник ничего ему не ответил. Мыслей у него не было, он шел за стариком как на привязи.

Старик и парень вышли из подвала.

На станции, все было по старому. Мертвый бандит на перроне и мертвец в кабине мотовоза. Пока Веник выбрасывал из кабины тело здоровяка, старик снова завел мотовоз и направил его назад в тоннель.

Веник уже не спрашивал, куда они едут. Стало как-то все равно. Он стоял в кабине и тупо смотрел себе под ноги, на кровь бандита, которая залила почти весь пол.

— Спокойно, Вениамин! — старик ободряюще потрепал парня за рукав. — Веселей! Домой едем.

Мотовоз набрал скорость.

— Станция скоро, — сказал Максим Павлович, выключая свет в кабине. — Доставай гранаты. Помнишь, что я сказал? Дергай кольцо и бросай!

Старик и парень присели на пол. Веник достал гранаты.

— Бросай только по моей команде! — предостерег его старший товарищ. — Сейчас мы будем на станции, а там тележка на путях стоит. Мы столкнемся с ней, так что держись. Как почувствуешь удар, сразу же бросай!

Мотовоз на полном ходу выехал на станцию. Веник мельком заметил ходящие по перрону темные фигуры в плащах и противогазах. Ему показалось или нет, но в голове снова зазвучала странная пугающая музыка.

Максим Павлович дернул за рычаг, резко сбавив скорость.

Веник почувствовал удар и больно ударился плечом. Откуда-то раздался вопль, ударивший по ушам.

— Бросай! — крикнул Максим Павлович.

Не обращая внимания на заболевшее плечо, Веник быстро выдернул кольца и одну за другой бросил гранаты. С перрона донеслись неразборчивые крики. Вдруг там несколько вспыхнуло и громыхнуло. По обшивке кабины что-то забарабанило.

Старик снова дернул до упора рычаг, запуская мотовоз на полную скорость и сам быстро, бросил несколько гранат. Еще несколько вспышек и взрывов.

Мотовоз прошел станцию и вошел в тоннель. В кабине стало темно.

— Ну, помогай нам бог! — сказал Максим Павлович. — Вениамин, посмотри, что у меня есть!

Веник повернулся к нему и увидел у самого носа кулак старика, словно тот, что-то держал в нем. Мгновение и из кулака, прямо в лицо парню брызнула сильная вонючая струя.

Не успев ничего подумать, Веник вдруг почувствовал, что быстро теряет сознание. Все вокруг закружилось. Последнее, что он помнил, это как Максим Павлович бережно подхватывает его голову и кладет ее на пол кабины.

Лазарет

Наконец, они ушли. Парень и старик остались одни в палате. Веник в изнеможении откинулся на подушку. Последние несколько часов прошли как в тумане. Он только недавно очнулся, и не успел толком осмотреться, как повалил народ. Сперва "самые близкие" — Борода и Рашевский. Затем смутно знакомые и откровенно чужие люди. Они все шли и шли. Борода теребил его за плечо, остальные что-то говорили, с чем-то поздравляли, а он ничего не понимал. Многие, впрочем, ничего не говорили, а просто смотрели.

Веник с трудом сообразил только, что он вроде бы на "Площади Ильича", в госпитале, в одной палате с Дедом, который уже оклемался и даже ходил по комнате без посторонней помощи.

И вот теперь он со стариком остались одни и Веник снова погрузился в сон.

Неизвестно сколько он спал. Когда он проснулся, все было по старому. Они одни в палате и Дед сидящий с задумчивым видом на своей койке.

Веник полежал немного. Голова вроде не болела. Он попытался встать и тут же свалился. Ноги не держали.

На удивление резво подскочил к нему Дед, поддержавший парня.

— Хватит, Веня, хватит. Отбой подвигам. Отдыхай.

Веник снова вытянулся на кровати. Старик присел рядом.

— Спи. Сил набирайся.

— Постой Дед. Ты это… Объясни мне, что происходит? Кто эти люди вчера были и чего они тут несли? Я ведь ничего толком и не понял. И вообще, как я тут?..

— Да а чего там, — развел руками старик. — Чего тут непонятного. Поздравляли героя.

— Этого кого? Меня???

Веник от изумления сделал попытку приподняться на локтях.

— Ну а кого же еще, — кивнул ему Дед.

— Да какой я герой??? Они что там, совсем? — парень снова откинулся на подушку. — Дед. Я ведь ничего помню. Ты можешь объяснить, как я тут оказался?

— Так у тебя что, этот, как его, провал в памяти?

— Наверное.

— А ну так, — замялся старик. — Ты чего не помнишь-то?

— Да ничего не помню. Помню, как в плену был. Помню обмен, а дальше ерунда какая-та.

— Вон оно что, — почему-то озадаченно пробормотал Дед и о чем-то задумался. Поскольку он молчал, Веник снова подал голос:

— Мне бы с Рашевским потолковать или хотя бы с толстым.

— А что они тебе расскажут-то? В смысле нового. Тут почитай вся станция знает про тебя.

— Про меня?

— Ну да. Там ведь когда тебя меняли, несколько человек погрузили на телегу выкуп, ну и повезли на Перово. Вот их ждали-ждали их и тут вылетает мотовоз к ним туда, на "Шоссе", весь, как решето в дырах от пуль, и ты в нем. Говорят, глаза безумные, но сумел затормозить.

— Э… — Веник переваривал полученную информацию. — Это я примерно помню, а затормозил то кто?

— Да ты чего? Совсем оглупел что ли? Я тебе про что талдычу??? Ты затормозил!

— Не помню, — пробормотал, задумавшись, Веник. — Вернее помню, но совсем другое.