Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

понял? – драконица заглянула в лицо Диллю, изогнув длинную шею и став похожей на громадного чёрного лебедя. – А, теперь я должна возвращаться. Если выживешь и окажешься в Запретном пределе, младший брат, заглядывай в гости. Так и быть, есть тебя не стану.

Огромные чёрные крылья на мгновение закрыли солнце, когда Тринн взлетела. Сделав круг и проревев на прощанье, она полетела на восход и вскоре скрылась из виду. Дилль ошарашенно смотрел ей вслед, забыв обо всём на свете. К действительности его вернул голос монаха:

– Дилль, – сиплым шёпотом сказал Герон, – как думаешь, она совсем улетела?

– Нет, частично, – хмыкнул Дилль. – Ну ты и спрашиваешь, мне откуда знать? А чего шепчешь?

– Голос сел. Наверное, от страха. Когда она надо мной свои зубищи оскалила, думал всё, конец. Никогда в жизни такого ужаса не видел.

Герон встал и пошёл к развалинам дома, куда драконица отправила каршарца. Дилль с трудом поднялся – его мотало из стороны в сторону, и спросил:

– Как он?

– Живой, только башку немного разбил, – просипел монах. – Да на заднице синяк здоровенный.

Герон влил остатки вина из фляги в рот пострадавшего. Живительный нектар привёл северного варвара в чувство – Гунвальд закашлялся, затем резво вскочил на ноги.

– Где дракон? – завертел он головой. – Я сейчас его точно прибью!

– Штаны надень сначала, – усмехнулся Дилль. – И вообще, с чего ты решил дракону показывать свою задницу? От магии совсем башню снесло?

Каршарец поспешно натянул штаны.

– А как бы Герон к тебе подобрался? Дракон же не хотел от тебя отворачиваться. Вот и пришлось придумывать на ходу, – несколько смущённо пояснил Гунвальд. – А что, сработало ведь.

– Сработало, – согласился Дилль. – Никто не любит, когда к ним задом поворачиваются, особенно дамы.

– А где дама? – удивился каршарец.

– Дракон оказался драконицей. Её Тринн зовут, – тут Дилль примолк, что-то соображая. – Погоди, то есть ты сражался с Тринн, чтобы отвлечь её от меня?

– Ну да, – подтвердил Гунвальд. – После того, как я пришёл в сознание, мы с Героном разработали план твоего спасения: я должен был отвлечь дракона, а он вытащить тебя в безопасное место.

– Ты пришёл в сознание? – Дилль выпучил глаза. – А ты разве его терял? Я же с вершины холма видел, как вы с Героном сначала поговорили с остальными из нашего отряда, а потом куда-то ушли.

– Ушли, – проворчал варвар, потирая то голову, то ушибленный зад. – Заплутали в этом Неонине. Тогда Герон, чтоб ему пусто было, предложил выпить вина, а потом так огрел меня по башке, что я выключился.

– Это для твоего же блага, – счёл нужным оправдаться монах. – Иначе заклинание магов заставило бы тебя бездумно броситься на дракона. А так, пока ты пришёл в себя, вино ослабило действие заклятья. Поэтому, – тут Герон обратился уже к Диллю, – к тому времени, когда мы узнали, где дракон, наш великий северный воин уже вполне мог соображать. Во всяком случае, настолько, насколько ему это вообще доступно.

Дилль ухмыльнулся – монах сделал то же самое, что собирался сделать с варваром он сам.

– Вот в следующий раз я тебя огрею твоим же топором и посмотрю, как ты будешь соображать, – буркнул недовольный каршарец. – Хотя, конечно, после этого магия перестала мне мозги туманить. Я, если честно, когда дракона увидел, понял, что одним мечом его никогда не победить.

– И всё равно полез драться?

– Надо же было тебя как-то вытаскивать, – пожал плечами Гунвальд. – Мы с Героном увидели, как ты лежишь в отключке, а над тобой навис дракон. Правда, почему-то не жрал тебя и огнём не плевался. Просто сидел.

– Он будто рассматривал, – добавил монах. – Голову то так повернёт, то эдак. Мы с Гунвальдом подумали, что примеряется, с какого бока тебя лучше укусить. Ну и ничего лучше не придумали, как отвлечь его внимание и вытащить тебя. Правда, ничего не получилось.

– Спасибо вам, друзья! – с чувством воскликнул Дилль.

– Да ладно, пустяки! А как ты оказался возле драконицы? – поинтересовался Гунвальд. – И почему она тебя не сожгла?

– Наверное не сожгла из-за того, что у неё закончились силы, а я опасности не представлял. А вот как я оказался на земле… Видимо, Тринн меня выплюнула, за что ей моя искренняя благодарность.

– Видимо выплюнула? – повторил Герон, выпучив глаза. – Значит, она всё-таки пыталась тебя съесть?

– А я всегда подозревал, что он ядовитый, – хмыкнул каршарец. – Даже драконы не могут Дилля сожрать.

– Нет, она не пыталась меня съесть, – вздохнул Дилль. – Дело в том, что я залез к ней в пасть и там потерял сознание.

– А зачем ты туда залез? – теперь глаза монаха и каршарца стали совсем круглыми от изумления.

– На самом деле драконица пришла к Неонину, чтобы маги помогли ей вылечиться, – пояснил Дилль. – А войска, расквартированные здесь, напали, не разбираясь. Как сказала Тринн, кто нападает – тот враг. Мол, это святое драконье правило. Вот она и задала жару всем, до кого добралась. Ну и драконоборцы, которых король сюда посылал, тоже не пива попить с ней приходили. Между прочим, знаете, что за драконий яд нам маги подсунули? Тринн сказала, что жёлтая жидкость – это моча василиска. Не знаю, насколько она ядовитая, но вонючая, просто ужас!

Гунвальд поспешно залез в свою суму и вытащил из неё бутылочку с ярко-жёлтой жидкостью.

– А я про эту штуку совсем забыл. Надо было…

– И тогда Тринн тебя точно прибила бы, – закончил Дилль. – Она сначала не нападала на наших, только спрашивала, привели ли ей мага. Вместо ответа теокиец ей швырнул бутылку с этим так называемым ядом, и драконица совершенно озверела. Ну и, собственно, после этого все наши превратились в угли.

– А ты-то как уцелел?

– Да, понимаете, я застрял у неё на спине. Она закопалась в развалины дворца наместника, а я забрался на самую верхушку этой горы мусора, чтобы поискать дракона. В общем, во время избиения драконоборцев я был на её спине ни жив ни мёртв от страха. А когда она уничтожила всех и обнаружила меня, я думал, всё, конец пришёл. Ну