Темный контракт. Том 4 - Александр Андреевич Лобанов

недоумением выгнул бровь, то поспешила пояснить: — В том плане, что я киборг с душой. А не родовые секреты… — изгиб моей брови чуть уменьшился, но совсем не исчез. А девушка продолжила спокойнее: — И как ты видишь, он принял меня. Не испугался и не отвернулся. А принял и готов ждать, пока я получу тело!

— Мои поздравления, — я улыбнулся и приобняв девушку, поцеловал её в лоб с отеческой нежностью.

Я был искренне счастлив за сестру. Хотя не могу не признать, при признании девушки моё сердце болезненно защемило, ибо воспоминания невольно подсунули образ Марии Оксёновой… вернее, Владовски. Пора запомнить: она Владовски! Интересно она вместе со своим новым родом уже покинула столицу или поддерживает заговор?

— Но ты ведь прибыл сюда не для того, чтобы слушать о моей личной жизни, — синт тонко считывала людей и поняла, что я погружаюсь в нехорошие мысли, переведя разговор на всегда актуальные дела: — Ты хочешь узнать, накопала ли я что-то о «Серпах ночи», с учётом переданных тобой данных?

— Сестрёнка, ты хорошо меня знаешь, — весело хохотнул я. — И ты права… Но отметить твои личные победы я тоже должен, так что мой тебе небольшой дар: проект «Феникс» теперь под твоим контролем. Доктор Щербаков предупреждён.

Глаза девушки на миг в удивлении расширились. Она не ожидала, что я, наконец, сломаюсь и дам ей возможность создать себе тело. Но видя её рядом с Михаилом, я мог отпустить один из самых главных своих страхов, что Юлия может остаться одна в чужом мире, в качестве никем не понятого изгоя. Синт с душой — чужая и среди людей, и среди машин.

— Я ценю это, — больше девушка не стала распространяться, а прикрыв глаза и переведя дух, продолжила: — Но прежде чем я скажу, как выйти на «Серпы ночи», ты должен знать их предысторию. Мне удалось откопать кое-что в хрониках Кольца…

И Юлия начала свой рассказ. Он был крайне разрозненным, можно сказать, лоскутным, так как информация была отрывочная и между некоторыми моментами проходили годы.

Но в целом достоверно было известно, что «Серпами ночи» являлась охранная организация, которая осуществляла защиту сектора Кольца, принадлежащую Корпоративным штатам. Это было ещё во времена строительства Кольца. И тогда данная группа ничем не отличалась от обычных наёмников.

Однако в какой-то момент, когда сектора Кольца уже сливались в единое строение, «Серпы ночи» пошли против своих нанимателей и захватили часть Кольца. Более того, перекрыли космический лифт и попытались изолироваться, так как остальным странам безумные наёмники на космической станции были не очень нужны.

Так продолжалось несколько лет… и, на удивление, к «Серпам ночи» привыкли. Они стали частью структуры Кольца и даже начали торговлю со Штатами. И это притом, что они были весьма замкнуты… во всяком случае, их управление. Верхушка крайне мало контактировала с людьми.

И это стало причиной их конца. Корпорации не простили захвата власти и однажды устроили теракт, уничтожив главный центр с «Серпами ночи», где заседало всё руководство. Это привело вначале к войне осколков организации, а затем корпорации просто вернули контроль над этой частью Кольца.

По крайне мере, по официальным данным всё было так. Однако время от времени всплывают данные, что бывших членов «Серпов ночи» видят на Кольце, и они пользуются полной неприкосновенностью. Никто не смеет их трогать и все подчиняются их «просьбам», даже сильнейшие банды вроде «Чистого братства».

— … Я отследила сигналы из Парадайза до Кольца за последние годы — это оказалось несложно, так как техника у них устаревшая. Нашла пересечения с «Чистыми» и их базами. Провела отслеживание… — увидев, как мой взгляд стекленеет, Юлия решила форсировать объяснения: — В общем, в архивах «Чистого братства» я нашла интересные данные о местах, куда нужно обратиться, если требуется связаться с «Серпами». Тебе это интересно? — закончила повествование Юлия.

— Бе-зу-сло-вно… — протянул я в задумчивости. — Спасибо, милая! И да, надеюсь, моё прикрытие ещё работает?

Подвижки были существенные. Но прежде, стоило зайти к брату на огонёк… Если я, конечно, переживу дуэль между Романовым и Расстригиным.

Глава 33

«Если умирать, то с музыкой!» — именно таким девизом руководствовались организаторы дуэли между четвёртым наследником трона Российской империи и духовным наставником императорской семьи. Один из стадионов, принадлежащих императорскому роду, был буквально забит народом. Толпа на трибунах волновалась, но так как присутствовали по большей части аристократы, то кроме плотного гула особого шума не было.

Во всей человеческой массе выделялось лишь несколько элементов. Во-первых, конечно же, трибуна императорской семьи. В отличие от пресс-конференции, сейчас присутствовали все: раздражённый император вместе с супругой, которая выглядела, словно только проснувшаяся и не до конца понимающая, что происходит; их дочь на выданье, залипающая в какой-то гаджет, и сын-непоседа, которому едва исполнилось четыре годика — наследник престола; ну и, конечно же, оба брата императора: средний — чуть в отдалении, показывающий опалу брата после пресс-конференции, и голограмма младшего, сейчас находящегося на фронте.

— Бойцов прошу занять свои места на арене! — разнёсся глухой голос из-под сводов стадиона, так, что голограмма боя, через которую я всё наблюдал, вздрогнула.

Бой был официальный, а не какая-то там драка или спортивное мероприятие, поэтому тон был максимально сухой. Бойцы выходили на песок стадиона.

Расстригин шёл небрежно с голым торсом, босиком и из всей одежды на нём были только грубые, холщовые штаны. Ах да, ещё меч. Огромная оглобля, которую даже двуручным назвать язык не поворачивался. Практически два метра чёрной, как смоль, артефактной стали.

Его группа поддержки в подтрибунных помещениях уже вовсю пила, празднуя будущий успех своего лидера и можно было заметить лишь двух или трёх человек, что не участвовали в общем веселье — представители Общества последователей святого старца.

— Бойцам предоставляется последняя возможность для примирения. Готовы ли бойцы решить конфликт мирно? — вновь прозвучали казённые слова над ареной.

Бойцы даже не сбились с шага, молча продолжая движение с разных сторон площадки. Подобное только накалило обстановку.

Дмитрий крутанул в одной руке узкую шпагу средней длины,